Люциан Ферр - Чужая вера

– Хохотун? – осторожно переспросил Арлис. – Кто это?

– Уж простите старика, но не могу знать, – сожалеющее вздохнул стражник и развел руками в стороны. – Да и никто толком не знает. Хохотун бережет покой города. И если появляется кто-то или что-то, с чем не может справиться стража, то появляется он и решает проблему. Очень таинственная личность. Люди поговаривают, что это человек герцога. Кстати, вы с ним немного похожи – одинаково одеваетесь.

«Одинаково? – быстро прикинул в мыслях храмовник. – Может ли статься, что…»

– Можете его описать? Рост, цвет волос, лицо?..

– Ростом с вас будет, уважаемый, – окинув храмовника оценивающим взглядом, сказал страж. – А вот со всем остальным помочь не могу. Он же постоянно в плаще с капюшоном ходит – ничего не разглядеть. Да и не часто он при дневном свете показывается. Прямо скажу: крайне редко.

– Ясно, – Арлис задумчиво кивнул. – Если это все, то я пойду. Мне еще место для ночлега искать. Кстати, можете что-нибудь посоветовать?

– Конечно! Идите прямо по этой улице и вскоре будет добрый трехэтажный трактир. «Янтарная капля» называется. Славное местечко – хорошее пиво, еда, комнаты внаем есть и недорого совсем. Очень советую.

– Спасибо, – благодаря, приложил руку к сердцу храмовник и собрался уже было уходить, но вдруг кое-что вспомнил. – Уважаемый, я хотел бы увидеться с правителем города. Не знаете, как это можно устроить?

– С господином герцогом? – удивленно приподнял брови стражник. – Даже и не знаю что посоветовать. Мне такое без надобности – вот и не задумывался раньше. Нет, не знаю. Лучше сходите завтра в ратушу и попытайтесь пробиться на прием к его секретарю. Думаю, он сумеет найти СТОЯЩИЙ путь решения этого вопроса.

– Так я и поступлю. Еще раз благодарю за помощь. Спокойной службы, уважаемый.

– Легких дорог, – попрощался страж и занялся приведением в себя напарника.

Отойдя на некоторое расстояние храмовник начал обдумывать все услышанное.

«Хм, Хохотун. Он похоже одевается, прячет лицо. И поскольку старик опасался за итог нашей встречи, значит еще и хороший воин. Отступник?.. – быстро предположил Арлис, но тут же отмел эту мысль. – Нет, из Ордена не уходят. Если человек становится храмовником, то это навсегда… Или нет? А я? Я разве не отступник?! И Гиш, и Варрок, и Кадэм, и Вальро – все мы собирались бежать из цитадели. Только удалось это лишь двоим. Почему мы так поступили? Ради чего мы собирались оставить наш дом?..»

***

В дверь негромко постучали. Несколько секунд Арлис боролся с собой, а затем неохотно приоткрыл один глаз. Обычные потемневшие от времени доски, собранные воедино парой железных полос и десятком-другим гвоздей. Вышибить такую «преграду» не составит труда даже немощному старику. Тем более что каких-либо запоров на двери не было. Собственно просто потому, что в них отсутствовала всякая нужда. Ведь если кому-то из обитателей цитадели действительно понадобится войти, то никакой замок его не остановит. Если же великой нужды нет, то без согласия хозяина он не войдет. А коли так, зачем что-то мудрить?!

Арлис сверлил дверь взглядом, в душе истово надеясь, что стук не повторится. Однако этим надеждам не суждено было сбыться. Раздражающий звук повторился и храмовник уже не мог его игнорировать. Раз кто-то так настойчиво хочет его видеть, значит, дело важное.

«Хотя и не настолько, чтобы врываться без разрешения, – мысленно заметил хозяин комнаты. – Однако и не безделица. Ха-ха, неужели я проспал ужин!»

Храмовник сел на кровати и принялся разминать затекшие во время сна мышцы.

– Войдите! – далеко не самым приветливым голосом крикнул он неизвестному визитеру, когда с разминкой было покончено, а разум стряхнул последние остатки сна.

Тихо скрипнула дверь, и Арлис сделал себе в памяти зарубку смазать петли. А едва глянув на вошедшего, добавил к этой зарубке еще одну: попросить кого-нибудь из магов создать артефакт для того, чтобы видеть гостя до того, как он войдет.

«Впрочем, – мысленно сам себе заметил храмовник. – Каждый раз при возвращении сюда я собираюсь это сделать, и постоянно находятся более важные дела».

– Доброго вам вечера, учитель, – вежливо поздоровался незваный гость.

– И тебе, Вальро, – отозвался Арлис, возвращаясь обратно в кровать. – Хотя я бы предпочел, чтобы ты сказал «доброе утро» или еще лучше «добрый день». Впрочем, раз уж ты все равно пришел, присаживайся. Поговорим.

– Благодарю, учитель, – кивнул молодой послушник, занимая единственное свободное в комнате кресло. – Как прошло ваше путешествие? Хотя по вашему настрою могу предположить, что все вышло не совсем так, как вы хотели.

– Мягко сказано, – устало поморщился храмовник, впрочем, маска привычно скрыла эту гримасу от собеседника. – Все оказалось совсем не так. Очередная пустышка. Опять пытались продать труп какого-то преступника. Хотя в этот раз маска у них получилась довольно похоже. Наверное, именно поэтому цеховики купились и передали информацию нам.

– Уже в пятый раз. Человеческая жадность не имеет границ. Некоторые люди готовы пойти на что угодно ради блеска золота. Прискорбно это, – глядя в пустоту и ни к кому конкретному не обращаясь, произнес Вальро, после чего повернулся к храмовнику. – Учитель, вам не кажется, что назначение награды за тело Основателя было ошибкой.

– Может и так, – неопределенно покачал головой Арлис. – Но тело Основателя должно упокоиться в мира, а осквернители останков должны понести заслуженное наказание. Это меньшее чем я… чем мы можем ему отплатить за все, что он сделал.

В комнате повисла тишина, в которой тонкий слух храмовника без труда различил тоскливые крики послушников и ленивые окрики их наставников, доносившиеся со двора даже через закрытое окно.

– Бездна и все ее демоны!!! – зло прорычал храмовник, вскакивая с кровати, и принялся вышагивать из стороны в сторону. – Виктор кив'Мара! Почему ты не мог не спешить так? Почему не дождался меня?!! Тогда возможно удалось бы найти другой выход. А теперь я не могу даже достойно похоронить тебя в обители Ордена…

Начав с крика, с каждым словом Арлис говорил все тише и тише пока окончательно не сбился на неразличимый шепот. Одновременно с этим взрыв эмоций шел на спад, и к нему возвращались трезвость мыслей и ледяное спокойствие.

– Ладно, – заключил воин Храма, возвращаясь на кровать. – Мы все равно вернем тело Основателя в цитадель. Пусть это произойдет не сегодня и не завтра. Впрочем, довольно об этом! Говори уже, зачем пришел – и дураку ясно не за тем, чтобы поинтересоваться моими успехами и самочувствием.