Андрей Платонов - Пришлый. Месть ради мести

— Вчера они ушли на дело, после этого я их не видел. Либо они сбежали, либо мертвы, и вероятней всего второе. Странные слухи ходят по хибарам.

— Какие еще слухи?

— Слухи о том, что вчера Веселым Топором были наказаны ассасины, проворачивающие дела за его спиной.

— Так это люди Топора перехватили твоих убийц?

— Возможно, а возможно их прикончил Пришлый. Торех хитер и любую ситуацию перевернет себе на благо.

— Все это пустые разговоры. Я понял, что твои люди провалились, как только сегодня утром мне объявили о приходе Пришлого. Но я до сих пор на месте начальника стражи, потому что у меня всегда есть запасной план. Ты сегодня же пойдешь к Плешивому Атаману, скажешь, чтоб ждал гостя. Я направил Пришлого к трем соснам, пусть организует там засаду. Пусть Плешивый делает, что хочет, но этот человек уйти живым не должен. И так он слишком долго задержался на этой земле. Я надеюсь, тринадцать человек хватит, чтоб уничтожить одного охотника за головами. И сам ты должен остаться там. Проследишь за всем.

— Двенадцать, — бросил Цнег.

— Что двенадцать?

— У Плешивого Атамана уже двенадцать человек — одного убили при последнем налете на караван.

— Так вот ты и будешь тринадцатым! — вскипел Карл, — и без головы Пришлого можешь не возвращаться. Ясно!

— Я все понял, господин.

— Иди уже, а то еще увидит кто, что ты возле моего забора трешься.

В эту ночь один из стражников ворот стал богаче на пять серебряных ноготков. Он выпустил через калитку странного человека. Если бы его попросили описать вышедшего в ночь, он бы вряд ли смог. Единственное, что запомнил солдат: шрам над правым глазом.

Глава 19

Поспать удалось хорошо если три часа — едва рассвело, мы с мастером двинулись в путь. Вчера вечером сходил к начальнику стражи и дал свое согласие на эту авантюру, попутно повысив вознаграждение до двух золотых ноготков. Пока я торговался с Карлом, мастер торговался на рынке: покупал нам припасы, непромокаемые плащи и остальные вещи, необходимые в дороге. И вот, солнце едва выкатилось из-за горизонта, а мы уже топтали западный тракт Ролеста. Из оружия у меня имелось два клинка, висящие за спиной, кинжал с арбалетом, прикрепленные на поясе, да пару метательных ножей в карманчиках на куртке. У мастера за спиной висел меч чуть поменьше полуторного и круглый щит, закрывающий всю спину, кинжал у старика также имелся, про метательные ножи, думаю, он тоже не забыл.

— Только этого нам не хватало, — буркнул я, вытирая каплю с лица.

— Да дождик будет длинный, — произнес мастер, посмотрев на затянутое тучами небо.

— И почему ему надо было пойти именно тогда, когда мы двинулись в дорогу? Хоть в местах, откуда я родом и говорят: «Дождь в дорогу — это хорошая примета», но я думаю, это чтоб не расстраиваться. Хоть что-то в этом хорошее ведь должно быть.

— А что ты хотел, Рус? Осень уже за середину перевалила, а дождей не было. Этот, думаю, не меньше чем на неделю зарядил. Хорошо, что я непромокаемые плащи купил, да, и скажи спасибо, тебе меховую жилетку подобрал, а то бы ходил тут в своей кожанке, мерз. Да и хорошо это — дождик, он нам на руку.

— Что же в этом хорошего, мастер? Что мы все в грязи будем идти?

— А то хорошо, что в дождь к врагу незаметно легче подобраться. Или ты намерен вызвать всех их сразу на честный бой?

— Тут ты мастер, конечно, прав. Но мог бы он подождать хотя бы дня три, до того как мы до места доберемся.

— Может, пусть эти бандиты сами сюда придут, да головы еще друг другу посрубают, чтоб ты ноги не замочил?

— Да, это было бы совсем не дурно. Кстати, а почему ты с собой взял меч и щит? Я-то думал ты обеерукий и с двумя клинками тебе работать сподручней.

— Думал он. Пусть конь думает, у него голова большая. А ты должен наблюдать и анализировать. Двумя-то клинками, он-то мне, конечно, сподручней, но ты мог бы за неделю заметить, что пальцы левой руки у меня до конца не сгибаются.

— Да как-то не обратил внимание. Это наверно старые раны дают о себе знать?

— Ага, типа того. Артрит, будь он неладен. Интересно, на что только ты обращал внимание на наших спаррингах? Ты должен в бою каждую мелочь подмечать.

— Я все понял, мастер, — закончил я разговор.

Мы шли уже третий день, дождь моросил, не переставая, не переставал меня поучать и мастер. Мы все промокли и были в грязи как черти. За это время нам на дороге никто не встретился — еще бы, какой дурак в такую погоду куда-либо пойдет? Ночью я не мог спать — мешала сырость и холод, не помогал даже непромокаемый плащ. Мастер мог бы и палатку захватить, для приличия, все полегче было бы. Хотя сам он дрых без задних ног, не обращая внимания ни на что. И вот, к исходу третьего дня, я увидел его. О услада моих глаз и всего тела — это был гостиный двор. Хоть до темноты было еще часа полтора, но я смог уломать Нурпа, чтоб мы переночевали тут.

Как же все-таки хорошо просто посидеть в тепле и сухости, поесть нормальной еды, а не сушеного мяса. Выпить хорошего пива. Хотя, может оно и так себе, но я этого не ощущал, сейчас для меня любое пиво — это напиток богов. Мы с мастером сидели в главном зале гостиного двора и грели кости у камина. От нашей одежды шел пар — настолько она промокла. Не думав ни о чем, я просто ловил кайф. Посмотрел на мастера: он с блаженной улыбкой засунул ноги, чуть ли не в огонь. Видать и ему человеческое не чуждо. Отогревшись, мы сытно поужинали нормальной едой, а не походным суйпайком и поднялись на второй этаж в свою комнату. Наш номер люкс оказался крохытной комнаткой, в которой едва помещалось пару кроватей. Но нам большого и не надо — главное, что тепло и сухо.

Как же это прекрасно: спать не на жесткой сырой земле, а в теплой кровати, укрывшись одеялом. Правду говорят, что не оценит комфорт тот, кто не испытывал нужды. В сон я провалился, как только дотянул одеяло до подбородка, ведь предыдущие ночи мне приносили не сон, а мучения.

***

Сегодня Шалопаю повезло — ему выпало дежурить в гостином дворе. В банде Плешивого Атамана на данный момент было два наблюдательных поста: один в сутках пути от этой таверны в сторону Столицы, один в таверне. Посты нужны были для обнаружения караванов. Если кто-то из постовых увидит неохраняемый караван, то он должен мигом бежать к базе и сообщить об этом Атаману. Плешивый наверно и сам бы постоянно дежурил в таверне, да знают его. Были еще два поста в секреты на деревья. К лагерю разбойников можно подойти лишь с двух сторон — со всех остальных такой непролазный кустарник, что даже если там ползет мышь, это слышно на пятьсот шагов вокруг. Для наблюдения за этими подходами атаман и приказал устроить «гнезда» на деревьях.