Валерий Иващенко - Маленькая ведьма

- Значит вы, сир Павол, сын Андерея, - немилосердно коверкая чуждые здесь имена, спросила предводительница, - Сможете командовать нашими ладьями? В мореплавании и даже в бою? Воистину щедр дар богов!

А когда выяснилось, что прибывший и сам потомок древнего старинного рода, да ещё и его поместье в Симбирской губернии оказалось раза этак в два поболе, нежели все прежние земли леди Ольвы - нескрываемо обрадованной этим известием красавицы, то собравшиеся стали обращаться с Давыдовым с той примесью почтительности и уважения, так хорошо ему знакомой ещё по родным местам.

Отсутствие на ладьях элементарнейших для моряка приспособлений - якоря, лота и лага повергло деловито вызнающего подробности моряка в глубокую задумчивость. Куда более неприятной новостью выяснилось полное незнание того, что такое компас и как он действует. Большие тёмные глаза леди Ольвы даже подозрительно заблестели от обиды, но тут старый Бенето - шаман и колдун - хлопнул себя по лбу.

- А ведь хорошая идея, клянусь всеми богами! И как мы раньше не додумались!

С помощью столяра он мигом соорудил дощечку с торчащим посередине шипом дерева, подозрительно напоминающего южную акацию. На получившуюся ось надел гладко оструганную щепочку с отверстием посередине. Долго шептал что-то над нехитрым устройством, сбиваясь, ругаясь немилосердно, и всё же продолжая свои мудрёные изыскания.

И в конце концов, получилось-таки у старого очковтирателя! Как лейтенант ни тряс и поворачивал дощечку, наскоро вымазанный тёмно-алым соком каких-то ягод конец щепки упрямо показывал в море, а белесым хвостиком чистого дерева - вглубь суши. От удивления и сам шаман едва не впал в прострацию, и лишь въехавший под рёбра кулак Давыдова вывел того из столбняка.

- Чтобы к вечеру такие были на каждой ладье! По два штуки!

Бенето с усилием оторвал от диковинного компаса зачарованный взгляд и потопал с мастерами - работать. А леди Ольвия уже руководила погрузкой на покачивающиеся у берега ладьи имущества, детей и раненых. А также семян, инструментов и нескольких чудом уцелевших домашних животных. Сам же лейтенант собрал тех, кого впоследствии стали называть капитанами - и начал читать первую в своей жизни, но отнюдь не последнюю лекцию…

Замершая в небольшой бухточке ладья еле заметно покачивалась на мелких волнах. В почти зеркальной воде отражались величавые вековые сосны, словно вставшие поприветствовать гостей. И взгляды, за время скитаний истосковавшиеся по земле, по зелени, скользили по берегу словно ласковая рука умелого любовника.

Из задумчивости Давыдова вывел звонкий окрик промеряющей глубину девчонки с носа ладьи:

- Пять ярдов, ярл! - с лёгкой руки леди Ольвии его стали звать-величать этим титулом.

Бывший лейтенант с непонятным волнением отдал несколько команд - и семь ладей - все, кто смогли пережить последнюю бурю, устремились к столь долгожданному берегу.

Вечером, когда на небе вновь засиял Мост Богов, на полоске песка меж лесом и водой пылали костры. Трое ребят уже успели добыть оленя и двух кабанчиков, так что пир шёл своей чередой.

А леди Ольвия стояла перед Давыдовым, и исхудавшие, оборванные её подданные стояли подле и вокруг. Она, достав из принесённого служанкой ящичка драгоценности, надела их на себя, став боле похожей на земное воплощение богини, чем на прекрасную, осязаемую и желанную женщину.

- Ярл Павло, как я и мои люди могут отблагодарить вас? Всё, что мы можем - передать вам всю полноту власти. Хотите стать нашим ярлом? И я первая присягну вам на верность…

Лейтенант молча смотрел на отблески пламени, пляшущие в любимых тёмных глазах. Наконец, решившись, он шагнул вперёд и стал перед женщиной на одно колено - будто где-нибудь в гостиной, а не на песчаном пляже неведомого острова. Осторожно, словно величайшую драгоценность, взял в ладони кисть её руки, мягко поцеловал.

- Леди Ольвия, вы станете матерью моих детей?

Сначала на нежные щёчки выполз лёгкий румянец. Затем - несмелая, осторожная улыбка. Догадываясь, что только что нарушил некие правила или традиции, Павел Андреевич, едва дыша ожидал ответа. И уже когда сердце молодого моряка готово было от отчаяния пойти ко дну, в вечернем воздухе послышался нежнейший голос.

- Долго же ты думал, дорогой…

Старый колдун сцепил пальцы рук и сгорбился, облокотившись на столик.

- Таким образом, именно от Морских Ярлов мы, люди, получили навигацию, лунный и сонечный календари. Морские законы и правила судоходства, тактику морских сражений и первые фрегаты. И много-много других, весьма полезных знаний - как теоретических, так и практических. Хотя происхождение самого первого, легендарного Ярла так и осталось покрыто завесой тайны, потомки его и тех, кто приплыл с ним, населяющие ныне наш остров, и по сей день остаются непревзойдёнными мастерами в морских делах.

Герцог улыбнулся и пару раз неслышно приложил ладонь к ладони - словно аплодируя.

- Вы, почтеннейший Эккер, оказывается, великолепный рассказчик! Значит, дублет белого золота - это парадные регалии Морских Ярлов ещё с тех времён? Дающие тем, кто в состоянии их надеть, неслыханные возможности?

Тот кивнул, устало отхлебнув из бокала белого вина.

- Совершенно верно, ваша милость. Правда, в легендах упоминались ещё и другие драгоценные предметы, но с течением тысячелетий они оказались утерянными. А вот теперь и эта парочка… - и он безнадёжно махнул рукой.

Собеседник его раздумывал некоторое время, опустив взгляд в огненное нутро камина, затем покивал головой.

- Ну что ж, быть посему. Я сейчас зайду в посольство, переговорю по хрустальному шару с кем надо. Думаю, к завтрашнему утру будет ответ - не сомневаюсь, что положительный.

Линн поправила на плече лямку тяжёлой заплечной котомки и призадумалась. Если верить её чутью, влево и прямо скоро снова пойдёт болото. Сил опять лезть в трясину она себе попросту не ощущала, а посему свернула чуть вправо, чутко обходя топь по незримой границе.

Здесь, в самой глубине огромного острова, людские поселения встречались куда как реже. Было что-то в населяющих Крумт людях, что тянуло их к воде. Море или река, в крайнем случае перекрёсток дорог с непременным ручьём рядом. А тут, где леса и пустоши перемежались с болотами, была самая настоящая глухомань. Линн прислушивалась к своим ощущениям - но похоже, отсутствие поблизости людей её совершенно не тяготило.

Тем сильнее она удивилась, увидев за одним из выступающих на поверхность гранитных валунов необычную картину. Две скалы и каменистая, поросшая молодыми сосенками осыпь образовывали небольшую, прелестную, защищённую от ветра долину. Там неярко горел маленький бездымный костёр, у которого спокойно сидела одинокая фигурка. И судя по некоторым признакам, женская. Накинув на голову серо-зеленоватый, словно линялый капюшон длинного плаща, та что-то варила в подвешенном над огнём котелке.