Наталья Лустина - Нечеловеческие хроники

Перед самым входом, Моника извлекла веер из складок платья и, раскрыв его, прошептала:

— Разделимся сейчас, с тобой побудет Саша, и Юра будет недалеко. Наслаждайся праздником.

— Большое тебе спасибо! Ты никогда не пробовала чем-либо наслаждаться, находясь под неусыпной охраной?

Она захохотала, потом внезапно остановилась.

— Попробуй относиться к ним как к друзьям, которые за тебя искренне переживают.

— А за тебя ТАК переживали?

— Под этим солнцем все случиться может…

С этими словами она вошла в зал, и мы все последовали ее примеру. Громкая музыка вальса, буквально обрушилась на нас шквалом звука, совершенно оглушив на какой-то момент. Этот праздник был похож на сцену бала из фильма «Ван Хельсинг». Вместо второго этажа, по всему периметру огромного зала были балконы, на одном из них устроился оркестр, который и создавал само праздничное настроение. Пестрая толпа непрерывно двигалась, обтекая огромные колонны ярким морем, только в центре, кружащие пары создавали впечатление водоворота, закручивающегося к центру. Ближе к стенам движение успокаивалось и замирало. Это море, неуклонно бороздили, словно белые кораблики, официанты в белоснежной униформе, держа над головами подносы, размером с хороший журнальный столик, на которых были затейливо выстроены всевозможные яства. Я осмотрелась, Моники и Юры, конечно рядом уже не оказалось. Саша взяла меня за руку и, наклонившись к моему уху, буквально прокричала:

— Иди за мной по правой стороне, там будет не так громко. — она указала на основание одной из колонн, в виде широких ступеней, которые многие уже облюбовали под скамеечки для себя и столики для напитков и еды. Я только кивнула в ответ, и она, не выпуская мою руку, двинулась в указанном направлении. Мы добрались до импровизированного кафе. Здесь музыка, действительно не оглушала, и можно было довольно сносно общаться. Саша тут же остановила одного из официантов — корабликов, и в следующий момент уже развернулась с двумя бокалами шампанского, один из которых сразу протянула мне.

— Спасибо. — сказала я, настроение было паршивое и я боялась даже самой себе признаться в истинной причине.

— Что-то у тебя не праздничный голос.

Я пожала плечами и стала рассматривать толпу. В небольшом отдалении, возле ступенек такой же колонны, я увидела Монику. Она стояла в обществе нескольких арабов, если верить костюмам и разношерстных придворных из разных эпох. Судя по ее поведению, я поняла, что она с ними флиртовала, шутила, и смеясь периодически обмахивалась веером. К Нике, подходили новые люди, сменяя друг друга довольно быстро, перекинувшись несколькими фразами. Саша заметила, за кем я наблюдаю, и шутливо сказала:

— Давно не видела Монику в таком хорошем настроении.

— Я рада, что ей весело. — мой голос был глухой, и я почувствовала укол ревности. «Интересно, а среди ее кавалеров есть Дарий? Он уже перепутал меня с Никой?» думала я раздраженно.

— Та-ак, что я слышу? Обиду?

— Я вообще не знаю, что со мной твориться в последнее время. — неловко соврала я.

Саша придвинулась ко мне ближе, и жестом предложив выпить, заявила:

— Дария там нет.

Шампанское мне не пошло! Неудачно сделав глоток, я чувствовала, что еще чуть-чуть и его бульки у меня через нос полезут, отчаянно хотелось содрать полумаску с лица, чтобы привести его в порядок, а еще накинуться на мою приятельницу толи с кулаками, толи с расспросами! Я так и застыла с открытым ртом, жалея, что его не скрывает сейчас глухая смеющаяся маска дня. Затем, справившись немного с собой, я решила все же ограничиться расспросами, по возможности придав своему голосу нотки безразличия.

— Для вас что, и маскарадные костюмы, и маски не мешают узнавать друг друга? — скрыть заинтересованность не получилось, я ругнулась про себя.

— Мне не мешают, а для остальных это наверное проблема. — смеясь сказала Саша.

— Это как?

— У каждого свои странности, помнишь? — я была уверена, что она мне подмигнула.

— А подробнее? — начала я допрос с пристрастием.

— Для меня каждый человек имеет свой индивидуальный цвет и запах, оттенков великое множество, но хорошо знакомые, я отличаю сразу. Если не чувствую запах, определю по цвету.

— Вот это да! — я искренне восхитилась, вдруг внезапная догадка озарила меня, и я решилась на рискованное любопытство, — А ты знала Дезирэ?

— Нет, — вздохнула Саша, — она исчезла задолго, до моей инициации.

— Исчезла? Мне сказали, что она утонула!

— Можно сказать и так. — моя приятельница наклонилась ко мне совсем близко. — Она ушла в воду и не вышла, но могла ли она на самом деле утонуть? Вот это вопрос, так вопрос.

Я пыталась быстро сообразить, что бы еще такого спросить, чтобы как можно больше прояснить ситуацию, но Саша вдруг взяла меня под локоть и развернула нас лицом к стене.

— Елизар. — процедила она.

Однако нам все же пришлось повернуться на голос, так как обращался подошедший именно к нам.

— Вот где укрылись от посторонних глаз самые известные красавицы нашего времени?!

Мы развернулись, а подошедший паяц, склонился в поклоне.

— Узнаете ли вы, дорогая Дезирэ, короля в шутовском наряде?

— Если верить историкам, различия довольно часто были символическими. — быстро нашлась я, а Саша, дернувшись от скрываемого смеха, крепко сжала мой локоть.

— По этой причине я был столь сурово лишен возможности потанцевать с вами обещанный мне танец на прошлом балу?

— Так сложились обстоятельства. — уклонилась я.

— Возможно, вы сейчас исполните обещанное? — настаивал он.

— Конечно, не обрекать же мне вас на трехлетнее ожидание. — съязвила я, передавая свой бокал смеющейся уже в голос Саше.

Танец получался довольно напряженный. Елизар, судя по всему, обиделся.

«И что теперь делать», почти в отчаянии думала я, «как ему объяснить, что я зла не на него, а скорее на себя. Да я вообще в последнее время с катушек слетаю из-за всего, что происходит». Танец закончился, и мой кавалер вернул меня к ступеням колонны, все еще молча. Там, возле Саши стоял белоснежный официант, держа на кончиках пальцев небольшое блюдо, с красиво оформленным десертным ассорти. Как только мы подошли, он оживился и быстро сказал, протягивая мне поднос:

— Мадам, это угощение передано лично для вас.

Я удивленно взяла блюдо, а официант, поклонившись, исчез.

— Оу, у кого-то отменный вкус, я и сам подумывал о том, чтобы заказать такое для вас, памятуя вашу любовь к сладостям. — Елизар заметно оживился и обстановка немного разрядилась.