Наталья Лустина - Нечеловеческие хроники

— За что пьем? — если честно, мне было не до тостов.

— За наш успех.

Я поддержала тост и сделала хороший глоток шипящего напитка. «Интересно, как скоро я опьянею» пронеслось в моей голове.

— А мы сегодня что, без охраны?

— Ну, почему же? — Ника кивнула вправо, там, через несколько столиков от нас, сидели Юра с Сашей, тоже с шампанским в руках.

— Ясно.

— Катя, мне что-то не очень нравиться твое настроение в последнее время, такое впечатление, что эта работа на тебя дурно влияет.

— Ты права, но это от усталости, и, кроме того, гостиница — студия, студия — гостиница, я даже не видела города!

— Вот в чем дело? Не огорчайся, мы задержимся на несколько дней, после окончания работы, так что у тебя все еще впереди.

Я заметно оживилась и Моника довольная собой закурила.

— Что за карнавал?

— Это местная давняя традиция. Очень красивое зрелище, возможно, мы попадем еще и на зимний карнавал в следующем году.

— А костюмы?

— Фирма предоставляет, — она смеялась, по детски весело и задорно. — в них же нас еще и фотографировать будут, так что повеселимся от души.

— Ты тоже участвуешь в съемках? — искренне удивилась я.

— Иногда, по старой памяти. Фотосессия днем, а вечером бал.

Мои мысли крутились вокруг бала- маскарада в доме Виктора.

— Здесь праздник тоже Виктор организует?

— Только отчасти, но это зрелище тебе понравится, оно просто великолепно, каждый год по-разному. Это сплошной фонтан эмоций и блеск великолепия.

— До которого часа я завтра сплю?

— До часу точно.

Я действительно обрадовалась этой новости. Появился официант, и мы принялись поглощать блюда, название которых, я не уверена, что смогла бы повторить, но их отменный вкус от этого нисколько не портился.

Эту ночь я спала безмятежно, как младенец и проснулась даже раньше, чем Ника пришла меня будить. Она зашла как раз в тот момент, когда я с удивлением рассматривала лежащий на моей подушке золотой веер из перьев украшенный разноцветными камнями. Он, прекрасный и сверкающий лежал там, где обычно красовались орхидеи.

— Да-а, тебя явно хотят узнать на карнавале. — смеялась моя подруга и примостила поднос на кровати.

— Думаешь, он там будет?

— Конечно, а как еще можно истолковать такой прозрачный намек?

Мои глаза загорелись, а Моника засмеялась еще громче.

— Только я вот думаю, что ты этот веер с собой не возьмешь.

— Почему это?

— С ним пойду я, и заодно посмотрим, сможет ли он найти тебя в этой красочной толпе, без специального опознавательного знака.

В ее глазах дразнились черти, а мне эта идея не сильно нравилась. «А что, если он меня не узнает?» пронеслось в голове, а в груди защемила резкая боль. Мне отчаянно хотелось видеть Дария, не во сне, а наяву. Вдруг Ника рассеяла мои опасения:

— Я думаю, что отсутствие в твоих руках этого веера, осложнит для него твои поиски на лишних пятнадцать минут. — она продолжала веселиться. — Однако шутка хороша, и я не вижу причин, почему бы нам не подшутить над ним.

— Ты уверена, что он меня найдет и без веера? — спросила я подозрительно.

— Абсолютно. — Моника взяла веер и покрутила его в руках. — Красивая вещица, я возьму ее, с возвратом, можно?

Я колебалась и, очевидно на моем лице мое смятение читалось четко, потому, что Ника, внезапно стала серьезна.

— Я не шучу, он найдет тебя даже среди самой огромной толпы людей в масках и костюмах, что с веером, что без. Просто мне хочется доставить ему хотя бы тысячную долю от того беспокойства, которое он заставляет испытывать меня, Виктора и Юру.

— Почему вы так беспокоитесь? — недоумевала я.

— Твоя безопасность, штука очень относительная и зыбкая, а Дарий не добавляет нам спокойствия своими выходками.

— Ты о цветах? — спросила я, заливаясь краской.

— Я о том, что он находится рядом с тобой тогда, когда хочет и столько, сколько считает нужным, при этом даже не таясь.

— Это плохо?

— Смотря, с какой стороны посмотреть! Вообще-то, это форменная наглость с его стороны.

Я нехотя согласилась с тем, что веер возьмет Ника, скорее, смирилась, уступив настоятельным просьбам моей подруги.

Переодевались мы в студии. Моника, все еще смеясь, выбрала себе платье небесной бирюзы, искусно отделанное золотом. Мне понравилось изумрудное платье с тонкими волнами золотых кружев. На сам карнавал все одевали не полумаски, а полноценные маски, с нарисованными лицами. Наши головы украшали, вплетенные в волосы огромные перья и яркие ленты. Подошедшую к нам с приветствиями Сашу, я узнала только по рыжим волосам. Они очень выигрышно подчеркивались серебряным с черной отделкой, оригинальным платьем. Наши нарисованные лица были задорны и веселы, но здесь были и арлекины и пьеро, на масках которых были прорисованы и грусть, и печаль и удивление.

Съемки проводились на фоне белоснежного полотна, я высказала свое непонимание, и Моника объяснила, что так удобнее менять фон на более подходящий к каждому отснятому кадру. Это более рационально, чем носиться со всей этой толпой по городу, в котором сейчас не протолкнуться из-за начинающегося карнавала. Съемки вскоре были закончены.

— Что дальше? — шепотом спросила я.

— Дальше мы будем разъезжать по городу в великолепной гондоле в карнавальной процессии, под музыку, посыпаемые серпантинами и конфетти.

Как только я, Моника, Саша и Юра, переодетый в костюм пьеро заняли свои места, наш гондольер, направил нашу лодку, сквозь двигающуюся красочную толпу в таких же лодках и лодочках. Я себе это представляла совсем не так, как вышло на самом деле. Это действо превзошло все мои самые смелые ожидания. Мы действительно смешались с огромным количеством ярких разукрашенных суденышек. Однако толпа глазеющих тоже была в карнавальных костюмах, может немного проще, чем у нас, но все же очень ярких. В глазах рябило, а веселая музыка не давала усидеть на месте. Поэтому, танцуя и приветственно махая руками толпе, мы двигались в этом красочном море, откуда нам в ответ кричали, махали руками и засыпали серпантинами и конфетти ряженые и веселящиеся люди. Всеобщее веселье продолжалось до первых сумерек, а дальше наш гондольер доставил нас к огромному дому, скорее замку по водным каналам, освещенным светом факелов.

Перед самым входом, Моника извлекла веер из складок платья и, раскрыв его, прошептала:

— Разделимся сейчас, с тобой побудет Саша, и Юра будет недалеко. Наслаждайся праздником.

— Большое тебе спасибо! Ты никогда не пробовала чем-либо наслаждаться, находясь под неусыпной охраной?