Михаил Горнов - Капитан

  До Дастграна добрались к позднему вечеру. Почти сразу же гном попрощался со мной, выразив благодарность за доставку и кучу занимательных развлечений во время полета. Язвил, но беззлобно.

  Пока разбирался с местом для стоянки, охраной и таможней, успело стемнеть. Повезло, что хоть ночь оказалась лунной. И удачно подвернулся кучер, который отвез меня в гостиницу. Не самую роскошную, но без пьяных рож, насекомых и с симпатичными служанками.

  С утра, после плотного завтрака, наведался к начальнику стражи и получил премию за убитых гоблов. За всю шестерку. Рыжебородый еще на корабле отказался от своей доли. То ли не хотел наведываться к Главу, то ли для него выданная сумма была слишком маленькой, чтобы трепать ноги. Ну и боги с ним. Целее деньги будут и мне больше достанется. После Глава вернулся на корабль и прихватил трофейное оружие, которое осталось от гоблинов. Все это железо, тщательно скрутив в плотную связку и закрыв куском холста, я отволок в оружейную лавку.

  Пришлось попотеть, пока тащил увесистый узел, но дело того стоило. Отдай я трофеи страже, то получил бы едва ли треть от цены, что мне выложил оружейник в городе. А так сразу разбогател на три золотых. Большую часть суммы - два золотых - я выручил за парные ятаганы гоблина, который едва меня не прикончил. Все прочее железо пошло за сущие гроши, чуть-чуть дороже металла, потраченного на их изготовление.

  Изрядно отяжелив кошель драгоценным металлом и скинув с плеч тяжелую ношу, я повеселел. Теперь можно и делом заняться. После вчерашней схватки у меня в голове крепко засела мысль, что противника следует держать на расстоянии. И убивать их нужно раньше, чем они приблизятся на дистанцию удара шпаги или копья. Это я к тому, что пора бы приобрести еще один пистоль в пару уже имеющемуся. В самом деле, будь вчера у меня по пистолету в каждой руке, то уложил бы и 'нептуна', и ятаганщика на месте. И не пришлось бы бегать от мелкого гоблина по палубе.

  В идеале я искал нечто вроде многозарядного пистолета, чтобы можно было подряд сделать несколько выстрелов из одного 'ствола'. Да хотя бы мини-двустволку, которой можно было бы управляться одной рукой. Не нашел...

  В оружейных лавках валялись десятки образчиков огнестрельного оружия. Не было только подходящего. Несколько раз сердце радостно замирало, когда на глаза попадались многодульные пистоли, но каждый раз я разочаровывался после просмотра. Все они стреляли только раз и сразу изо всех стволов, после чего требовали перезарядки. Один из пистолетов меня поразил особенно сильно. Представьте себе обычный древний 'громобой', у которого было пять стволов, расположенных веерообразно. Словно ладонь с растопыренными пальцами. Пистолет так и назывался - рука смерти. Кроме тяжести, оружие отличалось еще и плохой транспортабельностью. Уж очень неудобно таскать такую штуку за поясом или в оружейной сумочке. Тут больше подойдет ящичек стола или скрытая ниша в двери кареты. То есть, для путешественников, кучеров, клерков и прочего люда, который больше времени проводит на пятой точке, чем на ногах.

  Еще мне попался пистолет, у которого было четыре ствола, высверленных в одной стальной болванке. Напоминало это револьверный барабан, просто удлиненный раз в десять. У этого чудовища имелось два курка, на каждый из которых приходилось по два ствола. Вроде и нашел свою мечту - многозарядный пистолет, но брать не стал. Отпугнули цена и вес. Платить семь золотых за оружие весом почти под три килограмма показалось глупой идеей.

  Была и еще одна причина, и вот какая. Рассматривая этот образчик верха инженерной мысли (по местным меркам), я вспомнил о револьверах. Когда-то, еще подростком, я со своими приятелями увлекался созданием самопалов. Чего только не лепили: и поджиги, и курковые с деталями от зажигалок, и более-менее 'современные' модели с бойками под строительные патроны. А однажды Сашка, мой двоюродный брат, сделал револьвер. Не очень качественный, со стволом из обычной бесшовной трубы. Но в барабан со стороны ствола можно было засыпать порох, вкладывать шарики от подшипников и забивать ватой или тонким войлоком. С другой стороны вставлялся обычный жевело-капсюль. Револьвером активно пользовались все мальчишки из нашей компании, пока однажды тот не взорвался. Из-за того, что барабан неплотно подходил к стволу, часть искр и горячих газов расходились вдоль барабана. И одна из этих искорок подпалила порох в двух гнездах. О результате я уже упомянул выше.

  Сашку выдрали ремнем и запретили выходить на улицу в течение месяца. Да и потом его еще с год подвергали тотальному контролю. Но от тяги к огнестрелу не избавили. Скорее наоборот, только подстегнули в моем брате еще больший интерес. Во время 'заточения' и контроля я оказался единственным, кого подпускали к Сашке и оставляли длительное время наедине. А я под видом учебников и тетрадей (даже обложки надевал от 'Химии', 'Физики' и прочих) приносил ему брошюры и книги с историей оружия. Поневоле увлекся сам и стал получать наслаждение от просмотра длинноствольных штуцеров, тяжелых пищалей, угловатых и вытянутых 'кольтов'. Даже сны частенько снились, как я стоял в первой шеренге стрелков против наполеоновских гренадеров. Или несся в лихой атаке на полчища индейцев, сжимая в руке верный кольт. Эх, были же денечки...

  Впрочем, что-то я отвлекся. Все эти воспоминания были отголоском возникшей мысли: сделать себе револьвер. На 'современные', знакомые кому 'вживую', а кому по экранам телевизоров, револьверы не замахивался. Все упиралось в проблему боеприпасов - создавать патроны я просто не мог. А вот получить аналог револьверов войны между Севером и Югом вполне вышло. Тех самых капсюльных, наподобие револьвера Старра - старый армейский кольт или его военно-морской братец того же года выпуска, но чуть меньшего калибра.

  Загоревшись этой идеей, я пробежался по лавкам и прикупил всякой всячины, начиная от воска и тонких металлических проволочек с пластинами и заканчивая набором резаков для украшения деревянных поделок. Следующие три дня я провел у себя в номере, вырезая из деревяшек, лепя из воска детали и сгибая проволоку-пластину.

  - Красавец, - прошептал я, вертя в руках макет будущего грозного оружия. Длина ствола около пятнадцати сантиметров, всего револьвер в длину был чуть больше двадцати пяти. Шесть камор в барабане под пулю диаметром с сантиметр. Или немногим больше. Я пощелкал курком и спуском, проверяя работу оружия, и остался доволен. Осталось только найти мастера, который согласится выполнить работу в металле и сохранит секрет в тайне ото всех прочих.

  - Двадцать золотых???