Вячеслав Грацкий - Сердце ангела

Больше они не разговаривали.

Сытый Эрик блаженно отвалился на спинку скамьи, небрежно отодвинув недоеденное жаркое, расстегнул пояс с баронским мечом. В отличие от него Берсень мяса не ел, уделяя внимание каше, овощам, фруктам и вину.

— Хорошее у вас тут вино, — в очередной раз сообщил он, наливая себе и Эрику.

— А ты, видно, большой любитель?

— От плохого вина больше толку, нежели от хорошего мяса, — пожал плечами маг.

— А мяса ты совсем не ешь?

— Только в пути. Его удобнее хранить. — Раскрасневшись от вина, Берсень стал словоохотливее. — Но по возможности стараюсь избегать. Оно плохо совместимо с магией.

— Надо же, — зевая, пробормотал Эрик. — Вот уж не знал.

Ему страсть как хотелось спать. А еще хотелось принять горячую ванну. Или лучше все-таки поспать? Задумавшись над этой дилеммой, он и не заметил, как задремал.

— Эй, Эрик. — Берсень легонько толкнул его в плечо. — Ты ведь так и не сказал мне, как очутился там, в колодце.

Эрик зевнул.

— Барон, тот, что в замке, он привез меня туда и спустил в колодец.

— Что еще за обычай?

— Это не обычай, это… — Эрик снова зевнул. — Он вдруг решил, что я обрюхатил его сестру, и захотел меня на ней женить. Дурь!

— А ты и его сестра?.. Эрик отмахнулся:

— Я же не идиот. Что я, не помню своих женщин?

— Ты полагаешь, что барон идиот?

— Откуда мне знать? Может, хотел выгодно сплавить сестру. Хотя я, знаешь ли, не настолько богат, чтобы считаться выгодным женихом. Но, с другой стороны, мало ли идиотов в провинции?

— Не больше, чем везде, — тихо сказал Берсень. — Интересно, а не проще было твоему барону засадить тебя в подвал в своем замке?

Эрик не ответил, он опять клевал носом. Берсень прикрыл глаза, прислушиваясь к ощущению смутного беспокойства. Он и раньше отмечал косые взгляды посетителей трактира, но относил это на счет неопрятной внешности. Однако сейчас воздух в харчевне словно пропитался ненавистью и страхом. Многие люди поднимались и уходили. А вышибалы явно вознамерились просверлить взглядами в черепах Берсеня и Эрика дырки.

— Эрик, — маг растолкал спутника, — мы должны уходить, проснись.

— Да-да, я уже встаю. — Эрик повел вокруг осоловелыми глазами. — Хозяин, еще по одной!

И вновь повесил голову. Берсень огляделся, уже не таясь. Трактир был пуст. Только у входа зыркали исподлобья вышибалы, но пока ничего не предпринимали. Ощущение неминуемой беды стало настолько острым, что Берсень не выдержал, схватил бутылку вина и вылил остатки на макушку Эрика. Тот мгновенно встрепенулся, замотал головой, окатил мага враждебным взглядом:

— В чем дело?! Что ты себе позволяешь?! Я потомственный аристократ!

— Ты идиот, — прошипел Берсень. — Ты что, не видишь, что вокруг никого нет?

Эрик огляделся, развел руками:

— Что тут произошло? Это ты распугал народ? Своей дурацкой магией?

— Убираемся отсюда, придурок, пока не нагрянули стражники.

Берсень схватил его за руку, но Эрик вырвался — и едва устоял на ногах.

— Но мне нечего бояться. Я и сам собирался пойти в полицию. Я говорил тебе. Мое слово, слово потомственного дворянина…

— Я уже здесь, сударь. Полиция к вашим услугам, — раздался от входа спокойный голос.

Невысокий кряжистый мужчина с длинными вислыми усами медленно продвигался прямо к ним. На нем красовалась алая бригантина с вышитым на груди гербом города Уормса. На поясе висели меч и шлем, за спиной — небольшой круглый щит.

— Капитан городской полиции Бернар де Ренси к вашим услугам, господа. С кем имею честь?

Эрик смерил его взглядом с головы до ног, икнул.

— Виконт Эрик де Мержи, сударь. А это, — он кивнул на Берсеня, — мой слуга и телохранитель Берсон.

Маг раскашлялся, схватил кружку и с неудовольствием поставил обратно — она была пуста. А остатки в бутыли он успел израсходовать на идиота виконта. Причем совершенно напрасно.

— Присядьте, виконт, вы едва стоите, — предложил капитан и первым сел за стол.

— Да будет вам известно, капитан, я никогда не пьянею, — снисходительно заметил Эрик.

Он заметно покачнулся и, подумав, уселся. Его примеру последовал Берсень.

— Господа, вынужден сообщить вам, что вы арестованы и должны последовать за мной в городскую тюрьму.

— На каком основании? — вскинулся Эрик.

— По подозрению в убийстве баронов фон Лабер, их воинов, друзей и слуг, а также в разорении их родового замка.

— Что вы несете, капитан?! Это какой-то бред! — Эрик треснул кулаком по столу. — Да, мы были там. Да, нас заметил какой-то малолетний недоумок и, видно, вообразил невесть что!

— То есть вы признаете, что вы были сегодня в замке?

— Нет, то есть да! Но это какой-то бред! Вы что, всерьез полагаете, что мы вдвоем перебили всех в замке?

— Мальчик сказал, что лично видел, как вы убили барона.

— Да!.. То есть нет!.. В смысле я действительно был вынужден убить барона, но только это была самозащита. Он первый напал на меня! Он спятил!

— Остальные тоже напали? И тоже спятили?

— Какие остальные?

— Все, кто находился в замке.

— Да при чем здесь остальные?! Когда мы прилетели в замок, все были уже мертвы!

— Прилетели?

Эрик осекся.

— Прилетели — в смысле мы мчались туда сломя голову, хотели кого-нибудь спасти!

— То есть вы знали о том, что происходит в замке?

— Конечно. Когда мы были на Стене, мы заметили дым над замком. И тотчас бросились туда. Мы подумали, что зеленоглазые, то есть твари из Финмара, добрались и туда.

— Вы утверждаете, что барона и его домочадцев убили финмарские звери?

— Вы чем слушаете?! Барона убил я! Защищаясь! Остальных убили зеленоглазые!

— Он издевается, Эрик, — тихо заметил Берсень, глядя в пустую кружку.

— Господь с вами, я просто пытаюсь понять, что действительно произошло в замке и на Стене. Но в общем-то это уже не мое. дело. У меня простой приказ — доставить вас в тюрьму. Инквизиция проведет следствие и во всем разберется.

— Инквизиция? — Эрик ощутил, как пересохло в горле.

— С вами или без вас, но здесь не обошлось без финмарских ублюдков. Так что дело будет вести Святая Инквизиция.

— Инквизиция… — растерянно прошептал Эрик, трезвея на глазах.

— Господа, должен вам сообщить, что сопротивление бесполезно. Возле трактира дюжина моих людей. Во избежание ненужного шума и кровопролития предлагаю вам сдать оружие и последовать за мной.

— Разрешите нам подумать, капитан, — тихо сказал Берсень, по-прежнему не отрывая взгляда от кружки.

— Хорошо. Даю вам пять минут. Я постою у входа, не возражаете? — Полоснув по Берсеню взглядом, капитан поднялся и отступил к дверям.