Дэвид Бишоф - Единороговый гамбит

Билл Кистер, явно собрав в кулак все силы, повел рукой и произнес таинственные слова.

Из пустоты сгустилось и полилось вниз, на монолит, некое белое тягучее вещество.

Монолит замер.

А спустя мгновение с громким взрывом раскололся и рассыпался на мириады осколков.

Облака рассеялись.

На дороге осталась только куча щебня с красивыми белыми пятнышками.

Аландра приблизилась к ней.

— Бедные мои руны! — проговорила она с непритворным раскаянием.

— Раздвоение личности — обычная болезнь метафорических созданий, — пояснил Кроули Нилрем. — Я внушил монолиту мысль, что он является сандвичем из «Макдональдса», и вся его психическая организация разом обрушилась.

— Это мне урок, — промолвила Аландра, смахивая слезу со своих очаровательных глаз.

— У меня один вопрос, сэр, — вступил в беседу Кистер. — Как вы узнали, что именно майонез окажется ключом к победе? А не сливочное масло, скажем?

Нилрем величественно поднял брови.

— Позвольте, Уильям. Я все-таки забочусь о своем здоровье! Сливочное масло — на гамбургер?!

— А-а, — протянул Кистер, и отряд продолжил путь.

Глава 8

— О, Ян, — пролепетала принцесса Аландра. — Как же скверно я себя повела!

— Перестань себя винить, — ответил Ян. Он готов был из кожи вон вылезти, лишь бы утешить любимую.

Весь день, пока они шагали по шоссе «Три шестерки», Аландра не переставала стенать.

— Нет! Не пытайся смягчить пилюлю! Я этого достойна! О, Боже, как я этого достойна! — Лицо принцессы мертвенно побледнело. — Это урок, преподанный мне прямо с Небес, я это знаю.

— Послушай-ка, Аландра, — проговорил Ян, несколько утомленный всеми этими стонами. — Ты это... позволь заметить... слишком.

— Мне нужно излить душу, Ян, — парировала она, обиженно сдвинув брови. — Разве неясно?

— Да нет, ясно. После того как ты потеряла и руны, и голову, и девственность — правда, это утрата довольно давняя, я так понимаю...

Сзади кто-то насмешливо хмыкнул.

— ...ты стала еще невыносимее, чем раньше! — докончила Хиллари.

Аландра окинула своих спутников изумленным взглядом — и расплакалась.

— Вы только поглядите, что вы наделали! — вскричал Ян, крепко прижав принцессу к себе.

— Боюсь, что у нас есть дела поважнее, чем забота об обидчивых дамах! — возразил Кроули Нилрем.

— Она — причина и цель нашего похода!

— Отнюдь, — отвечал Нилрем. — Не скрою, ее присутствие необходимо — но лишь благодаря ее чисто метафизическим свойствам. Которые, кстати сказать, обусловлены не личными качествами, а наследственностью. В том случае, если наша... принцесса... вновь будет создавать нам трудности, мы с маэстро Кистером без особых усилий наложим на нее Заклятие Оковы и от-не-сем ее к месту назначения на руках.

Маг поглядел на Аландру в упор. Аландра подавила в себе рыдание:

— Вы... вы не джентльмен, сэр.

— Этой роскоши я в данный момент не могу себе позволить, — парировал Нилрем. — А вот маэстро Кистер — джентльмен. В то же время он мой ученик.

— Ну и что с того? — возмутилась Аландра.

— Маэстро Кистер, какое мнение о женщинах вынесли вы из жизни в вашем мире? — спросил Нилрем светским тоном, когда отряд вновь зашагал к горизонту по 666-му шоссе.

— Довольно-таки низкое.

— О? Позвольте узнать почему?

— Увы, по красоте ни одна из них не могла бы соперничать с нашей леди Аландрой. Однако во многих дамах я замечал сходные личные качества.

— Прошу вас, расскажите.

— Ну-у... я назвал бы это общей зацикленностью на себе. Это выражается в склонности винить в своих проблемах окружающий мир, прежде всего — мужчин.

— Мы живем в жестоком Полимире, — сухо проговорил Нилрем.

— Да, именно что в жестоком! — вскричала Аландра, переходя от горьких рыданий к своей обычной досаде. — Где уж вам вообразить, каково это, когда твой папочка погиб от руки убийц, а ты оказалась пленницей этого гнусного черного хорька, Хырца Моргшвина.

— Осмелюсь предположить, что это кошмарно, но в данный час и на данном месте я бы вас очень попросил воздержаться от трагических излияний!

— Я попробую.

— Превосходно. Ну-с, сэр Годфри. Как, по-вашему, далеко ли еще до нужного нам форта?

— Не менее полудюжины лиг, сэр.

— Ну что ж. Не будем терять время.

— Минуточку, — процедила Аландра. — Если вы такие уж замечательные и могущественные волшебники, что вам мешает наколдовать для нас какую-нибудь повозку-самовозку?

— Эта мысль меня посещала, — невозмутимо ответил Кроули Нилрем. — Однако, необходимо беречь силы для грядущей битвы.

— И каков же наш план действий? — спросил Ян.

— Думаю, что, как только форт Пугара станет виден, разумнее всего будет вызвать самого Пугара, чтобы он присоветовал лучшую стратегию атаки.

Рыцари единодушно одобрили этот замысел. Не преминем отметить, что отряд, по-видимому, был вполне доволен новым предводителем. Конечно же, порой кто-нибудь высказывал вслух свои сетования и опасения, но Кроули Нилрем рассеивал их уже самим своим видом высококвалифицированного специалиста по волшебным делам.

И так они шли по вьющемуся серпантином шоссе, и вскоре им начали попадаться обещанные Зверем представители местной фауны.

То были бандерлохи и андросвинксы. Мавки и шавки. Хиппогрифы и хипербореи. Хмыстоиды и хрямзоиды, растафары, растабары и прочие страсти-мордасти. Но, если не считать отдельных приветственных свистков и косых взглядов, никто из местных слова не сказал путникам — не говоря уже о том, чтоб нападать. У зверюшек были свои дела — кто усердно работал, кто усердно расслаблялся.

— Боже милосердный, — вырвалось у Хиллари. — Мне рассказывали, сколько всякого разного зверья в Круге, но я и представить себе не могла, что они все толкутся на одном месте! — и спряталась в самой гуще отряда.

— Да, шоссе «Три шестерки» всегда привлекало особый интерес Магов-Игромейстеров, — пояснил Кроули Нилрем. — Оно само по себе является миниатюрным Игровым Полем, а также гоночным треком. Собственно, для того Ирлер Мошкокрыл его и создал, чтобы устраивать гонки своих оригинальных машин. Увы, насколько я вижу, те золотые дни ушли безвозвратно.

— Погодите, — произнес Билл Кистер, изумленно дернув подбородком. — Я думал, шоссе номер шестьсот шестьдесят шесть — это дорога, по которой Люцифер прибудет в мир людей!

— Боюсь, мой мальчик, вы попались на удочку религиозной пропаганды. Увы, истина в том, что в плане автовождения Люцифер всегда был безнадежен. На чемпионате Темного Круга ему всегда доставался один и тот же приз — «Красный фонарь».

— Кто-то надвигается! — вскричал сэр Мортимер.