Инна Зинченко - Жизнь без правил

В полупустой комнате воцарилось тягостное молчание. Было слышно, как под плинтусом спешат по своим делам тараканы. Ги бросил короткий взгляд в зеркало и тихо произнёс:

— Велес! Да смотри же, там Велес! Что этому чернокнижнику надо?

Анатолий спохватился и вернулся к тому, чем занимался до прихода Ги. Поведение Велеса его насторожило. Скотий бог нагло вмешивался не в своё дело и вообще, нарушал все писанные и неписанные законы. Сцена спасения Дианы привела его в замешательство. Что происходит? Что ему до этой слепой девчонки? Или… Точно, этот хитрец никогда не станет просто так рисковать! Если Влас вмешался, то это может значить только одно — Диана тоже непростая девушка и имеет какое-то отношение к Чернобогу.

— Забавно, — тихо, как будто те, в комнате, могут его услышать, сказал Ги, — мне кажется, что святых среди нас нет. Все запачкались, а?

Они ещё какое-то время наблюдали за происходящим и вновь вернулись к обсуждению таинственной линии. Полчаса пытались они найти разгадку, но концы с концами никак не сходились.

Вдруг по зеркальному стеклу пробежала мелкая рябь, оно на мгновенье затуманилось, как это бывает во время купания в ванной комнате, но тут же посветлело. Уп знал, что сейчас кто-то явится в гости. Гостей волк недолюбливал, он был замкнутым и подозрительным. Однако, когда в комнате неизвестно откуда появилась безумно красивая женщина, Уп заскулил и незаметно забрался под кровать. Увидев гостью, братья даже привстали.

— Лил? А ты с чего вдруг к нам наведалась?

Ни говоря ни слова, женщина стянула с кровати простыню и завесила большое зеркало. Только после этого, она вздохнула облегчённо. У неё были густые каштановые волосы, пронзительные тёмно-карие глаза, чувственные неестественно яркого алого цвета губы и узкие, почти полупрозрачные ладошки. Одета она была в фиолетовое обтягивающее платье, которое не столько скрывало её тело, сколько наоборот — подчёркивало именно те места, которые больше всего привлекают внимание мужчин. Она, не спрашивая разрешения, уселась на кровать, закинула ногу на ногу и заявила:

— Кое-что я о вас узнала. Теперь послушайте меня. Я зла! Я вне себя от ярости! А вы, мальчики, прекрасно понимаете, что это значит. Этот шакал, эта мерзкая псина убила моё единственное продолжение. Один лишь раз я позволила себе связь с мужчиной и то только потому, что мне надоело производить на свет этих уродцев, которых неизбежно умерщвляет кто-то из вашей братии. К тебе, Гипнос, это не относится. Я давно смирилась с тем, что меня понизили в звании, опустили ниже некуда, что надо мной смеются все кому не лень и только потому, что кому-то из наших сумасшедших демиургов приспичило сотворить меня такой, а не другой, наградив меня неположенной для моего пола y-хромосомой. Но этого я прощать не собираюсь!

Выпалив это, она замолчала и выжидающе уставилась на братьев. А они, растерянные и смущённые, не знали, что ей ответить. Лилит им было искренне жалко. Демоница, а она в своё время была понижена именно до этого звания, умела делать всех мужчин вокруг себя виноватыми в своей несчастной участи. То, что с ней обошлись жестоко и несправедливо, у братьев сомнения не вызывало. Они давно подозревали, что случилось это только потому, что она в своё время отказала кому-то из верховных и этот кто-то отыгрался по полной. Но, как говорят: 'подозрение к делу не пришьёшь'.

— А от нас ты чего хочешь? — Спросил недовольно Танатос. — Я твою девицу не трогал. Сама знаешь, что это работа Анубиса, ему и предъявляй свои претензии.

Лилит насупилась, но что-то вспомнила и повеселела.

— Давайте договоримся.

— Ты о чём? — Испуганно спросил Гипнос. Всем было известно коварство этой загадочной женщины, её жестокость и скверный характер.

— Я предлагаю вам свою помощь.

Анатолий не смог сдержать смех, чем вызвал у гостьи вспышку гнева.

— Лил, я-то знаю, чем может закончиться твоя помощь. Уволь нас от этого!

Женщина в гневе ударила кулаком по стене, оставив в бетоне чёткую вмятину. Глаза её полыхнули поистине дьявольским огнём. Она встала и направилась к зеркалу.

— Хорошо, — прошипела она, — значит, вы больше не хотите знать, что это за незнакомая линия?

Она получила ту реакцию, на которую рассчитывала. Танатос вскочил со стула, подбежал к ней и схватил за руку.

— Только без рук! — Предупредила Лилит, но было видно, что она довольна произведённым эффектом. — Чего ты подорвался?

— Говори, что знаешь? — Приказал Анатолий Анатольевич.

Теперь она была хозяйкой положения и могла диктовать свои условия, а всего-то надо было несколько нужных слов! Улыбаясь так сладко, что хотелось срочно запить эту улыбку водой, она вернулась на своё место.

— Значит так, — произнесла она тоном, нетерпящим возражений, я хочу снести эту сволочную верхушку наших верховных! И не смотрите на меня. Как на преступницу. Эти старые пердуны, которые пишут законы, но при этом даже не собираются сами их соблюдать, которые прорвались к власти на дешёвых спецэффектах, эти грёбанные пиротехники должны освободить место для более достойных. Зевс… Похотливый козёл, наплодил столько полукровок, что бедняга Гера устала подчищать все его огрехи. Он тащит к нам своих ублюдков, даёт им статус богов и не собирается от них избавляться. Скажите, чем он лучше нас? Наверное, только тем, что умеет тарахтеть громами и устраивает эти фейерверки из молний, да? Вы тоже недовольны всем этим, верно? Нас уже пятеро. Да, пятеро, я не ошиблась: Я, Велес, Гипнос и ты, а ещё Фрейя. Но есть ведь и другие, о которых я пока не знаю.

Танатос нервно заходил по комнате. То, что предлагала Лилит ему нравилось, но это было чертовски опасно, да и связываться с ней ему не хотелось. Эта женщина или не женщина, никогда не внушала ему доверия и пускаться в эту авантюру вместе с ней…

— Я знаю, кто сможет вам что-то рассказать об этой линии! — Бросила она свой главный козырь.

— Кто? — Хором спросили братья.

— Вы принимаете моё предложение?

— Да! — Делать было нечего. На свой страх и риск, они всё же согласились.

— Вам надо поговорить с кем-нибудь из демиургов. Только они смогут вам что-то разъяснить.

Настроение у братьев сразу же испортилось, появившаяся было надежда растаяла без следа.

— Лил, ты соображаешь, что говоришь?! Да они же все во вневременьи! Кто станет их оттуда вызывать? — Спросил Танатос.

— Твой брат, кто же ещё! Это его работа. Верно, Гипнос?

Ги нахмурился. Он-то прекрасно знал, чем это всё чревато! Платой за дар творца был разум. И все демиурги, рано или поздно, становились безумцами. Именно поэтому их держали во вневременьи, от греха подальше. Вызывали в реальность крайне редко да и то предприняв все необходимые меры предосторожности, но даже это не всегда помогало.