Инна Зинченко - Жизнь без правил

Мужичонка хихикнул и вдруг стал серьезным и раздраженным.

— Дверь? — Недовольно воскликнул он. — Я же вас предупреждал, чтобы не было никаких зеркал! А вам всё как об стенку горохом.

'С ума сошёл': — подумал я. Но Влас продолжал:

— Пеньки вы безмозглые, а не люди! Нельзя вам даже рядом с зеркалом находиться.

Этот бред начал меня раздражать, но хамить своему спасителю не хотелось, поэтому я ответил вежливо:

— Влас, какие зеркала? Нет здесь зеркал. Диана ведь слепая, ей не нужны зеркала.

Мужик нахмурился, тряхнул головой и выругался. Потом не пускаясь в длительные рассуждения, ткнул рукой в сервант и Спросил:

— А это что такое?

До меня не сразу дошло о чём он, но тут я увидел в серванте большое зеркало, в котором отражались фужеры и рюмки! Всё верно, есть здесь зеркало! Но что всё это значит?

— Влас, что за дурь с этими зеркалами? — Спросил я.

Он сердито плюнул на пол и сердито сказал:

— Сам ты — дурь! Через зеркала к вам кто угодно пройдёт, не только я и Яма, да любой! И не Влас я, а Велес!

Всё это напоминало мне какой-то бредовый сон. Вокруг одни сумасшедшие или, может, это я свихнулся? Велес… Я знаю, кто такой Велес — один из славянских богов, его ещё называют скотий бог или Чернобог. Короче, или мир, или я, но кто-то точно свихнулся! А вот Диана всё восприняла иначе, она сразу же поверила этому нелепому дядьке. Успокоившись немного, она сказала:

— Тогда я знаю, кто такой Яма.

— Неужели? — Ехидно поинтересовался Велес. — И кто же?

Дина то ли сделала вид, то ли и в самом деле не заметила в его голосе сарказма. Она, как прилежная ученица на уроке, ответила:

— В индуизме Яма — бог смерти. Я верно сказала?

Дурдом! Настоящий дурдом! Боги какие-то. Откуда они взялись да ещё в таком количестве? Хотелось бы верить, что это чей-то жестокий розыгрыш, но не получалось. Яма, Велес…

— Так, уходим отсюда! — Приказал наш гость. — Здесь больше оставаться нельзя.

Он проводил нас до самой моей двери. Всю дорогу мы шли в полном молчании, никто не проронил ни слова. И только в лифте я решился его спросить:

— Велес, — язык споткнулся о непривычное имя и я почувствовал себя идиотом, который подыгрывает ещё большему идиоту, — может, ты всё-таки объяснишь нам, что всё это значит?

— Объясню, но немного позже. Ты. Парень ещё не готов принять то, что я тебе расскажу. Пдождём немного, думаю, что скоро всё прояснится.

Я лишь на секунду отвёл глаза в сторону, чтобы посмотреть, как на это всё реагирует Дина, а он исчез! Из закрытого лифта!

ГЛАВА 9

Незнакомая линия

Анатолий Анатольевич внимательно всматривался в зеркальную гладь. То, что он видел, встревожило его не на шутку. Чёрный волк лежал у ног и недовольно пыхтел. Уп прекрасно понимал, что привычный порядок вещей безвозвратно нарушен. И во всём виноват этот мальчишка. Загрыз бы!

А в старинном зеркале отражалась комната Дианы и всё, что там происходило. Анатолий Анатольевич напряжённо ждал развязки. Он не спешил вмешиваться и Упу это казалось странным. Так нужен ли хозяину этот мальчишка или нет? Почему не спешит на помощь своему избраннику? Уп от нетерпения скрёб лапами пол и ждал какого-нибудь приказа, но хозяин молчал. И волк устал от неопределённости и ожидания, он тихонечко, чтобы не очень мешать хозяину, заскулил. Теперь Анатолий позволил себе оторваться от захватывающего зрелища и уделить внимание своему верному помощнику. Он потрепал волка по холке и успокоил его:

— Не волнуйся. Уп, всё идёт нормально. Яма не собирается убивать Ярослава. А девица… Ну, она меня совершенно не интересует — это добыча моего коллеги и я не стану её у него отнимать.

Но, когда поверженный неведомой силой Яма упал, лицо Анатолия Анатольевича стало серьезным и голос его изменился, спокойное созерцание сменилось тревогой и любопытством. Он заёрзался на шатком облезлом стуле, потом вскочил и заходил по комнате.

— Ты это видел? — Спросил он у волка. — Этого не может быть! Даже я на такое не способен. Яма силён, очень силён, а этот парень расправился с ним, как с грудным младенцем. Мне показалось, что он и сам не понял, что произошло, а?

В коридоре кто-то робко кашлянул. Анатолий насторожился, бросил короткий взгляд на свою собаку и направился к двери.

— Это я. У меня две новости, но какая из них плохая, а какая очень плохая — это решать тебе.

Конечно же это был Ги! Толик позволил себе расслабиться и вздохнул облегчённо. Он боялся, что его вновь посетил заклятый друг Степан, или же, как его называют друзья и родные — Сет.

Ги выглядел, как новая копейка! Дорогой костюм стального цвета, начищенные до блеска туфли, добавим к этому ухоженные и отполированные ногти, причёску — волосок к волоску и получится портрет преуспевающего респектабельного мужчины средних лет, каковым он и являлся. Братья были так похожи друг на друга и настолько отличались, что это казалось какой-то, только им одним понятной игрой. В Танатосе не было ни шика, ни лоска и глаза у него смотрели на весь этот сумасшедший мир устало и разочарованно. Гипнос же излучал спокойствие и мягкую силу, сопротивляться которой не могут даже боги. Они были, как день и ночь, добро и зло, один не мог существовать без другого. Две половинки одного неделимого целого.

— А хороших не припас? — Усмехнулся Толик.

— Зря ты иронизируешь. Я посмотрел тот материал, что ты мне дал. Так вот: во-первых — это твоя линия! Никогда бы не подумал, что мой законопослушный братец способен на такое! — он даже засветился от радости. — Вторая гораздо хуже…

Танатос подобрался, как кошка, готовая к прыжку.

— Что там ещё?

— Вторая линия настолько сильная, что я просто никогда с таким не сталкивался! Но я не знаю чья она.

Упуат недовольно фыркнул. Начинается! Мало с этим пацаном было проблем, так вот ещё что-то непонятное свалилось. 'Нет, — подумал встревоженный волк, — я его точно загрызу при случае'. Лицо Анатолия резко изменилось. Вместо ироничной улыбки на нём проступила тревога, потом тревогу сменил едва уловимый страх. Запах этот Упуат знал хорошо — слишком часто он сталкивался с этим чувством, но то, что и его хозяин может чего-то бояться — это неприятно поразило пса. Страх? Нет, что угодно, но только не это! Хозяин ничего не боится, это какая-то ошибка.

— Незнакомая линия? — Переспросил Танатос. — Разве такое возможно? Нас ведь не так уж и много, все известны. Может, ты что-то перепутал?

Ги вышел из себя.

— Я знаю своё дело и ничего я не перепутал! — Вызверился он. — Это совершенно неизвестная линия и очень сильная, настолько, что она просто никому принадлежать не может!