Тимофей Печёрин - Наследник подземного мира

— Ну ё-мое! — с досадой воскликнул Замшелов, в бессилии опуская меч, — и что теперь делать?

А вот Дазза случившееся, похоже, нисколько не волновало. Более того, невзначай обернувшись, Олег заметил улыбку на его лице. Слабую, застенчивую, но все же далекую от выражения скорби.

Кстати, самому Замшелову в его прежней жизни тоже доводилось так улыбаться. Например, на работе. Когда сразу нескольких его коллег вызывали к начальству, а его самого — нет. Или в школе, в университете, если удавалось успешно списать контрольную работу. А то и целый ответ к экзамену. Как вариант, домашнее задание осталось невыполненным, однако к доске вызвали другого. Повезло, то бишь.

Да, подобное выражение трусливой радости было близко и Олегу. Но тем только больше его рассердило.

— Что-то не понимаю, отчего ты веселишься, — произнес Замшелов, мрачно уставившись на Дазза.

— Оттого, что теперь мы можем спокойно продолжить путь, — без обиняков отвечал гонец, — более того, возможно мы даже успеем пересечь эту пещеру прежде, чем гарпия опять проголодается. Или… тебе правда так дорог этот тип?

Олег даже опешил от такого вопроса. А Дазз продолжал — тоном одновременно покровительственным и снисходительным. Словно разговаривал не с почти сверстником, а с несмышленым дитем:

— Молчун, если ты не забыл, нам чужак. Пришелец из другого мира. Причем не сказать, что этот мир настроен к нам дружелюбно. Иначе бы не стал присылать к нам шпионов… друзья так не поступают. Да что там: мне самому там оказали такой теплый прием, что пришлось двух человек убить. Просто чтобы доставить тебе письмо.

Под его словами Олег даже смутился слегка. Ведь действительно: забыл, что его родина, как и у Дазза, здесь. В Подземном Мире. А не там, где светит солнце, а небо настоящее. И откуда прибыл Монк по прозвищу Молчун. Так и не открывший, кстати, спутникам-союзникам свое настоящее имя.

— Да, польза от него кое-какая была, — меж тем подводил черту гонец, — но ты же понимаешь, он с нами не из чувства долга пошел. Преследовал свои цели. А мы будем преследовать свои. Согласись, было бы хуже, если б в когти гарпии угодил я или ты.

— Смотря кому хуже… — только и смог возразить Олег. Чем крыть вроде бы безупречную логику Дазза, он не представлял.

А затем вдруг вспомнились прощальные слова ара Халласа. «Помните, что нужно именно вам. Не позволяйте никому и ничему заставить вас поступиться этим». Никому и ничему в данном случае означало — в том числе и доводам союзников. С виду разумным, но с заметной гнильцой.

— Так… нечестно, — произнес Замшелов, сам чувствуя, сколь по-детски наивно это звучит, — если бы не этот… чужак, тот одноглазый колдун уже отправил бы тебя на Дно. Да-да, это Монк придумал, как тебя вызволить. Без него я бы так и лез напролом. Бился бы со слепышами в одиночку… и погиб наверняка. А так мы выждали, пока у этих тварей тихий час настанет. И вот тогда уж пришли, освободили.

Дазз замолчал. Даже взор потупил. Чем не преминул воспользоваться Олег, чтобы перейти в наступление:

— И если уж на то пошло… сам-то ты готов будешь меня спасти, если что? Своего законного властителя? Или так же удерешь, злорадствуя. «Ха-ха, главное, что не меня…»

— Ну, сравнил тоже, — молвил обескураженный гонец.

После чего добавил — так, между прочим:

— Все-таки Поднебесный Мир тебя размягчил, Алгар, сын Ашсара. Отец-то твой не щадил ни своих, ни чужих. Жертвовал при малейшей надобности. А Сабина и подавно.

Замшелов пожал плечами. Дело хозяйское, мол.

— Ладно, — проговорил Дазз, зачем-то прохаживаясь по траве, — допустим, мы обязаны спасти Молчуна. Допустим, я целиком «за». Но вот вопрос, как это сделать? Гарпии устраивают свои гнезда под самым сводом, за облаками. А туда не добраться. Стены-то у пещеры — смотри. Почти отвесные.

И в подкрепление своих слов он указал на ближайшую из стен. На фоне травы и деревьев та смотрелась как скала или крутой склон горы на краю долины.

— А летать ни ты, ни я не умеем.

— Это понятно, — Олег нахмурил лоб, как делал всегда при попытках задуматься, — а… слушай, ты не знаешь, эти гарпии… разумны? И речь понимают?

— Речь понимают, сами умеют говорить, — подтвердил Дазз, — разум тоже кое-какой имеется. Примерно как у ребенка, который сам ходить-говорить едва научился. А что?

— А то, что мы могли бы… договориться.

Теперь гонец уже не разменивался на слабую улыбку. А в голос, от души расхохотался.

— Ты, случаем, напитка слепышей не пробовал? — осведомился он с ухмылкой. Олег нахмурился, одновременно ощутив тепло от рукояти меча.

— Только не надо мне дерзить, гонец, — резко молвил он, — не зарывайся.

— Прошу прощения, — немного смутился Дазз, — но предложение и вправду кажется нелепым. Мы же пища для этих тварей. Сам посуди: ты бы стал разговаривать с грибом? Перед тем как бросить его в котел? Или с куском мяса?

— Если у гриба прорезались зубы, — ответил Олег, — то пожалуй. Тем более, если этими зубами он едва не отхватил мне палец. Инстинкт самосохранения, знаешь ли.

— Допустим. Но нам-то как укусить гарпий? Чем надавить? Говорил же: их гнезда…

— Да Дно с их гнездами, — перебил Замшелов, — надо захватить гарпию здесь, внизу. И шантажировать. Устроить что-то вроде обмена военнопленными.

— Вопрос насчет напитка слепышей остается в силе, — Дазз хмыкнул, — да не смотри на меня так! Просто не представляю, как это сделать. Ты же видел, какая она проворная. А у нас — ни сетей, ни арканов.

— А как насчет посоха? — осторожно предположил Олег, — ты вот используешь его как простую дубину. А тот одноглазый колдун с его помощью поймал сразу нас троих. Сделав землю вязкой. Так может, и с воздухом так же получится?

— Может быть, — гонец пожал плечами, — только я ведь не знаю ни одного заклинания…

— А ты слышал, чтобы тот колдун произносил какие-то заклинания? Я вот нет. По-моему, посох сам по себе сработал. Одноглазый только ткнул им в землю.

— Может быть, может быть, — нехотя соглашался Дазз, — ладно. Подождем и попробуем.

Долго ждать им не пришлось. Гарпия появилась спустя полчаса. И сразу направилась к двум оставшимся путникам. Сопровождая свой полет свистом — как показалось Олегу, невеселым.

И сам Замшелов, и Дазз сидели на траве — на первый взгляд, спокойные и не ожидающие нападения. Или просто покорные своей судьбе. Они дали крылатому противнику приблизиться настолько, чтобы заметить: гарпия на сей раз явилась другая. Не та, что пленила Молчуна. Вернее, не тот: голова данной особи волос была почти лишена.

Когда между ним и гарпией осталось около метра, Дазз резко подскочил на ноги, обеими руками воздевая посох Гнеша над головой. Хищник с воодушевлением заклекотал, попытавшись ухватить лапами посох вместе с его нынешним обладателем. Но не смог. А вместо этого судорожно и часто замахал крыльями, силясь удержаться в воздухе. Пока наконец не рухнул на траву.