Дмитрий Распопов - Клинок выковывается

Я осмотрелся: небольшая комната с единственной кроватью и угловым столиком у окна, несколько стульев. В окне резвилось солнце, пуская лучи, которые, преломляясь через кусочки слюды, раздражали меня все сильнее. Зашипев и стиснув зубы, я стал сползать с низкой кровати, стараясь делать минимум движений. Ругаясь и злясь, я доковылял до окна и, дотянувшись до внутренних ставней, закрыл их. У стола я сделал небольшую передышку перед тем, как вернуться в кровать, стиснул зубы от боли, повернулся к кровати… и замер.

На проходе стояла маленькая девчушка лет семи, рыжая, как то солнце, которое я только что успешно погасил, и с испугом на меня смотрела.

– Брысь, – скомандовал я хриплым голосом и с улыбкой увидел, как резко она сорвалась с места, скрываясь в проеме комнаты.

Добравшись до кровати, я с облегчением улегся и блаженно зажмурил глаза, намереваясь вздремнуть. К сожалению, этого сделать мне не дали. Громко хлопнула дверь, а затем раздался топот ног… Когда я открыл глаза, чтобы прекратить это безобразие, в комнате было не протолкнуться. Дарин, Рон и полный состав правления – все были в комнате и смотрели на меня. «Странно, но в их взглядах только одно чувство – облегчение», – с удивлением заметил я. Дарин подошел к кровати и положил протез мне на руку.

– Как ты, Макс? – в его голосе я услышал тревогу.

– Пока вы не ввалились, как стадо коров, вроде все было отлично, – хрипло ответил я и закашлялся. – Мне воды кто-нибудь подаст?

Половина людей вперемежку с гномами попытались броситься за водой, но, поняв смехотворность ситуации, остановились. Ушел кто-то один. Дождавшись, когда мне принесли воды, я промочил горло и удовлетворенно откинулся на подушки.

– Рассказывайте, – сказал я с закрытыми глазами, – с того момента, как я пропал.

– Позже, – услышал я голос Дарина, – мы едва вытащили тебя с того света.

Я открыл глаза и обвел всех удивленным взглядом: новость, что я был при смерти, меня потрясла.

– В смысле при смерти?

– В прямом, – вмешался в разговор Рон, подходя к кровати, – раны воспалились, и пошло заражение. Если бы не человеческие старейшины, которые нашли у себя бабку-повитуху, мы бы тебя потеряли. И это все на фоне сотрясения головы и всего прочего, что с тобой наделала дубинка орка.

Смутные воспоминания о старом сморщенном лице, склоненном надо мной, возникли у меня в голове. «Похоже, все так и было, – подумал я, – странно, что я почти ничего не помню с того момента. Последнее мое четкое воспоминание – это тень от дубинки орка и сильная боль в груди».

– Я себя отлично чувствую, – вслух произнес я, – думаю, можно устроить небольшое совещание. Располагайтесь кто где, быстро выслушаем результаты работы всех старейшин.

Несмотря на ворчание Дарина и Рона, все стали располагаться в комнате. Когда расселись, я увидел в углу Дорна.

– О, Дорн! – Я радостно его поприветствовал. – Рад, что ты выбрался, кого еще тогда пленили?

– Ваш прорыв отвлек кочевников от нас, выбрались все, мой тан, – глухо ответил Дорн.

– А чего тогда такой грустный, если все живы? – удивился я. – Или что-то серьезное случилось за мое отсутствие?

– Он не может себе простить, что тогда оставил вас, – хмуро ответил за него Дарин, – впрочем, так считают многие.

Я оглядел всех и понял, что действительно рядом с Дорном сидели только люди, никто из гномов не пожелал присесть рядом с собратом.

– Так, – я резко повысил голос, – говорю один раз, он же последний. Тан Дорн выполнял мой приказ, и, если бы он его не выполнил, я собственными руками убил бы его. И если когда-нибудь кто-то из вас не выполнит того, что я ему приказываю, его участь будет решена.

В комнате после моих слов настала тишина, все отводили взгляд, когда я уже смотрел на них.

– Тан Дорн, сядьте здесь, – приказал я гному и показал место рядом с собой, – вы все сделали верно. Все живы, и это главное… А теперь, когда мы разобрались с непониманием в системе подчинения, – продолжил я, пододвигаясь на кровати, – начните по одному и докладывайте о результатах. Первый Дарин, затем слева направо.

– Вернулась часть гномов, ушедшая с бунтовщиками, – хмуро начал он. – Эстер и Ватан вернулись вниз, забрав с собой только своих. Все гномы, не принадлежащие к их Кланам, остались снаружи. Идти им было некуда, и они вернулись с повинной. Поскольку тебя не было, на общем собрании было решено отдать их на поруки старейшинам Кланов и привлечь пока на черновую работу.

Гном посмотрел на меня, ожидая моей реакции, я не был сильно удивлен данным фактом, а также был согласен с решением правления, поэтому кивнул головой, велев продолжать дальше.

– Запущено три кузницы, – поблагодарил он меня, чуть наклонив голову, – две наших, одна человеческая. Среди людей нашлось несколько кузнецов, отобрали всех, закончили практику у наших мастеров, теперь трудятся самостоятельно.

– Теперь проблемы, – гном нахмурился, – остро встал вопрос о нехватке сырья. Денег, чтобы закупать внизу, у нас больше нет, местного не хватает. Нужно заняться серьезной разработкой местных руд, как понимаешь, для этого нужны руки, которых нет. И самое главное, у нас появились случаи саботажа на некоторых участках – то животные вдруг дохнут, то пожар, то все начинают болеть одной болезнью.

– Случаи появились до или после прибытия блудных сыновей? – поинтересовался я.

– Самое противное, что до, – ответил за Дарина Дорн. – С каждой неделей количество инцидентов и ущерб от них растут. Сегодня уже нельзя махнуть на это рукой, налицо явное и целенаправленное вредительство. Вчера кто-то поджег дом одного из старост правления. Рядом с домом нашли гномий башмак.

Я посмотрел на людей, и один из них кивнул головой в подтверждение слов гнома.

– Что рассказали вернувшиеся? Что им говорили или обещали? – поинтересовался я у гномов.

– Все говорили примерно одно и то же, – заметил Атор, – предательство интересов гномов, посулы на возвращение вниз, много денег.

– Ладно, этим займемся, дальше, – попросил я продолжить.

– У нас все нормально, – ответил за людей, как обычно, Роик, – есть житейские трудности и склоки, но пока ничего требующего вмешательства гномов. Дома нам строят, и мы сами строим, поля начали готовить.

– Роик, про скотину не забудь, – тихо сказал ему другой староста.

– Господин барон это прекрасно помнит, – отрезал Роик, посмотрев при этом на меня, – тем более лошади у нас теперь есть.

– С этого места поподробнее, – хмыкнул я, – а насчет скотины не волнуйтесь, я не забыл своих обещаний.

– Лошадей привели вместе с вами, – недоуменно посмотрел на меня Роик. – Я думал, что вы занимались сделкой.