Эрик Ластбадер - Владычица Жемчужины

В словах гэргона была доля правды, но обмануть Гуль Алуф непросто. Он задумал что-то еще, что-то тайное, а следовательно, более важное. Как же узнать, чего действительно хочет техномаг? Производительница понимала, что существует один-единственный способ раскрыть замысел Нита Нассама, и все же на это она не решилась.

— Я подумаю, — холодно ответила Гуль Алуф.

— Спасибо!

— В следующий раз, Нит Нассам, потрудись получить разрешение, прежде чем вторгаться в мою лабораторию.

— Видите те маленькие блестящие глазки? — Тигпен остановила своих спутниц, едва они повернули за угол. Впереди тянулся темный сырой коридор, замусоренный и пропахший чем-то кислым. Пульсирующая музыка «Цтонна» уже затихла. — Впереди какой-то зверь.

— Интересно, кто это? — спросила Риана, вглядываясь в темноту.

— Не знаю. — Зубы Тигпен обнажились, а уши прижались к голове. — Единственное, что могу сказать твердо, — выглядит он отвратительно.

Элеана просвистела довольно сложную мелодию, и о грязную каменную стену эхом отразилось глухое рычание.

— Видите? — Тигпен встала на четыре задние лапы и выпустила когти.

— Успокойся. — Элеана погладила раппу за ушами.

— Не сейчас! — рявкнула Тигпен.

Элеана рассмеялась.

— Мазли, иди сюда, малыш! — позвала она.

По каменному полу зацокали когти, рычание приблизилось. Тигпен оскалилась и устрашающе заклацала зубами.

Элеана обняла раппу.

— Все в порядке, я его знаю. Он совсем не опасен.

Из темноты приближался шестиногий зверь. У него были короткие толстые лапы с длинными когтями. Плоская голова с вытянутой мордой напоминала змеиную. На спине в три ряда росли устрашающие шипы. Зверь казался неуклюжим, но двигался с огромной скоростью.

Бросившись к Элеане, он прижался мордой к ее груди, чтобы молодая женщина его погладила.

— Это же клайвен! — в ужасе закричала Тигпен.

— Мазли, малыш, — смеялась Элеана, — а я боялась, что ты меня забыл!

Воительница нежно погладила плоскую голову Мазли, а он от восторга закатил красноватые глаза и завилял хвостом так часто, что три ряда шипов слились в одно расплывчатое пятно. Затем клайвен хрипло тявкнул и повел странниц по грязному коридору. Скоро они вышли к лагерю — грязным лачугам, в которых жили бледные, с пустыми глазами кундалиане. Увидев девушек и раппу, никто даже не пошевелился.

— Что это за место? — спросила Риана.

— Это Черная Ферма. — Элеана продолжала идти за клайвеном. — Здесь живут сломленные и покалеченные в’орнновскими пытками кундалиане. Они больше не могут работать и поэтому в’орннам не нужны. Десятки лет назад их просто изгнали из Аксис Тэра. В’орнны постарались о них забыть, а мы помним.

— Никогда не слышала о существовании Черной Фермы!

— О ней мало кто знает, за исключением бойцов Сопротивления и членов их семей. Каждую неделю кто-нибудь из бойцов приносит сюда еду и самое необходимое.

Риана была поражена. Она вспомнила одно из поручений, которое исполняла еще послушницей в монастыре Плывущей Белизны. Раз в месяц одна из послушниц должна была носить еду в Ледяные пещеры. Следовало кормить и одевать нищих и мелких преступников, изгнанных из кундалианского общества. Многочисленные изгои жили на скованных льдом склонах Дьенн Марра в ужасных условиях. Поход к ним рамаханы считали тяжелым заданием, почти наказанием, но если бы Риану однажды туда не отправили, она никогда бы не встретила Тигпен, и многое в ее жизни наверняка сложилось бы по-другому.

Вскоре Мазли привел Риану и ее спутниц в узкий коридор, где отвратительно пахло испорченной едой, немытыми телами и отчаянием. Клайвен уселся на пороге небольшой каморки в дальнем конце коридора.

— Сюда, — позвала Элеана и вошла первой.

В каморке было очень чисто, но пусто, как в тюремной камере. Уличный свет бледным квадратом падал сквозь маленькое высокое окошко в покрытой пятнами стене. От кундалианской бронзовой лампы исходило теплое сияние и какой-то сложный аромат. На полу лежал вытертый коррушский ковер, на котором сидел худой как щепка старик.

— Сагиира! — закричала Элеана, бросаясь старику на шею.

— Девочка моя! — Жесткое лицо старика расплылось в улыбке. — Я так давно тебя не видел, равно как и все твои друзья! — Он расцеловал Элеану в обе щеки. — Они опасались худшего, но я продолжал верить!

— Конечно же, ты верил! — смеялась молодая женщина. — Только не говори, что не следил за мной!

— Дорогая, ты слишком хорошо меня знаешь! — Сагиира покачал головой. — То, что я делаю, может быть очень опасно.

— А что конкретно ты делаешь? — вмешалась Тигпен.

— Пресвятая Миина! — воскликнул Сагиира. — Как тебя зовут, раппа?

Элеана познакомила Тигпен и Сагииру.

Старик кивнул.

— Что же касается моей работы… — Он вытянул правую руку. Шестой палец был черным как ночь.

— Соромиант! — вырвалось у Рианы.

Тигпен отскочила, страшно оскалившись.

— Ты завела нас в логово соромианта, Элеана! Зачем?

Сагиира развел руками.

— Послушай, Тигпен, если регент узнает о моем существовании, то точно попытается упечь за решетку. Так что моя жизнь в ваших руках. Хотя правитель и его прихвостни волнуют меня меньше всего. Темная Лига гораздо опаснее.

Однако Тигпен не успокоилась.

— Любой соромиант…

Риана наклонилась и погладила блестящую шерсть раппы.

— Ты уже забыла Миннума?

— Ее можно понять, — проговорил Сагиира, — ведь раппы веками подвергались гонениям.

— Подлизываешься? — мрачно спросила Тигпен.

Старик снисходительно улыбнулся. Гости уселись на ковер, и он угостил их сладким напитком из глиняного кувшина.

— В последнее время членов Темной Лиги интересует только одно, — объявил Сагиира, передавая потрескавшиеся кубки с напитком, — яд-камни.

— Почему? — спросила Риана.

Сагиира посмотрел на нее сквозь стекло кубка. На узком лице выделялись влажные миндалевидные глаза.

— Каким бы ни был ответ, он не сулит ничего хорошего, — проворчала Тигпен.

— Раппа права. Членам Темной Лиги удалось найти потерянные камни — восемь из девяти. Теперь они отчаянно разыскивают последний.

— Спаси нас, Миина! — Усы раппы нервно задергались. — Говорила же я Джийан! Предупреждала! Но во всем, что касается тебя, коротышечка, она настоящая клуша! Какой смысл скрывать от тебя ужасы окружающего мира? Уж лучше как следует подготовить к тому, что может случиться!

Сагиира рассмеялся сухим, дребезжащим смехом.