Аманда Хокинг - Ледяной огонь (ЛП)

- Ромео, как мне жаль, что ты Ромео! - сказала я козам, как будто разговор с ними скрасит их одиночество.

- О, там восток, Джульетта - это солнце. - Произнес за моей спиной Ридли, так напугав меня, что я чуть не вывалилась с балкона.

Я оставила французские двери открытыми и, обернувшись, увидела стоявшего там Ридли. Шторы вокруг него вздымались, когда дул ледяной ветер.

- Вообще-то, балкон выходит на север, - сказала я ему, когда снова обрела голос.

- Так и есть. Откуда ты... Полярная звезда? - догадался Ридли. Он вышел на балкон и закрыл за собой дверь.

- Что ты здесь делаешь? - Я снова облокотилась на перила, так чтобы мне не пришлось на него смотреть.

- Я пришел закрыть двери, потому что мама Эмбер жаловалась на сквозняк.

Я поморщилась:

- Извини. Мне следовало их закрыть.

- Но на самом деле, вопрос в том, что ты здесь делаешь? - спросил Ридли. Он опустил рукава своей рубашки и сложил руки на груди, пытаясь согреться.

- Здесь очень холодно.

- Это не так уж плохо. - Я пожала плечами. - Мне просто нужно было отдохнуть.

- От чего?

Я промолчала, предпочитая смотреть в ночь, вместо того, чтобы пытаться объяснить, что я чувствовала. Он не ждал ответа, и мы стояли в тишине несколько минут. Даже козы умолкли, и единственным звуком был ветер, дующий сквозь деревья, и приглушенная музыка, доносившаяся с вечеринки внизу.

- Ты знаешь, что я самый старший здесь? - спросил Ридли.

Я обдумала это, а затем покачала головой:

- Родители Эмбер старше тебя.

- Стало гораздо лучше. - Он издал сухой смешок. - Наверное, я не должен был приходить сюда.

- Почему нет? - я посмотрела на него краешком глаза.

Он покачал головой:

- Я старше, чем парень, у которого десяток детей. - Сказал он, имея в виду Финна.

- Я думаю, что у него только двое детей, и еще один на подходе, - поправила я Ридли.

- Тем не менее. Это очень много для кого-то в этом возрасте. Ему вроде бы двадцать четыре, верно? - Он посмотрел вниз на балкон и рассеяно пнул застрявший комок снега. - Это слишком рано, для того, чтобы иметь так много детей.

Затем Ридли посмотрел на меня:

- Ты ведь понимаешь, правда?

- Возможно. - Я пожала плечами неуверенная в том, куда вел разговор, который только заставлял меня чувствовать себя более взволнованной, чем я уже была. - Но я не знаю, как это связано с тем, что тебе не следовало приходить на вечеринку.

- Я не знаю. Думаю, я чувствую себя старым. - Он наклонил назад голову, посмотрев на звезды, и его дыхание превратилось в облачко пара. - Я страдаю чем-то вроде экзистенциального кризиса в последнее время.

- О чем ты?

- Как ты думаешь, ты когда-нибудь осядешь? - спросил Ридли, и я была благодарна тому, что он все еще смотрел на небо и не видел изумленного и, вероятно, испуганного выражения на моем лице.

- Ты имеешь в виду выйти замуж и завести детей? - спросила я, только чтобы выиграть немного времени и придумать, что я хочу ответить. - Или уйти в отставку?

- И то, и другое.

- Нет. Никогда. - Произнесла я, и в тот момент это казалось крайне верным.

Я никогда бы не ушла в отставку, просто знала это каждой клеточкой своего существа, но теперь поняла, что и любовь закрыта для меня тоже. Поскольку мой короткий роман с Симоном доказал, что у меня не было ни времени, ни склонности к отношениям. Моя карьера всегда будет стоять на первом месте, как и положено.

И я надеялась, что это был последний гвоздь в крышку гроба с моими чувствами к Ридли. Потому что не имело значения, что я чувствовала, или был ли он с Юни, или нет. У меня есть более важные вещи, и интрижка с моим боссом только все усложнит и испортит.

- Никогда – это слишком окончательно, – довольно мрачно заметил Ридли.

- Я знаю.

- Раньше я тоже думал пойти этим путем, - признался он. Ридли положил руки на перила рядом со мной, опираясь на них, и его локоть был точно напротив моего. Я могла бы отодвинуть руку в сторону, так чтобы не прикасаться к нему, но я этого не сделала.

- Ты в отставке. - Заметила я.

- Нет, я имел в виду женитьбу. Я думал, что никогда не сделаю этого. - Он остановился, позволив тишине окутать нас. - Но сейчас я передумал.

Я с трудом сглотнула и постаралась думать о чем-то поддерживающем, чтобы сказать:

- Ну, Юни кажется милой.

- Да, это точно. -тогда он сказал это так, как будто убеждал себя. - Она очень милая.

- И красивая, - добавила я. - Потрясающая даже.

Ридли мягко рассмеялся:

- Ты тоже в неё влюблена?

- Нет. Я просто...

Просто что? Пытаюсь убедить себя в том, что рада за него? Я не смогла ни чего придумать, и это повисло в воздухе.

- Неужели ты не помнишь ее? - спросил Ридли. - Я имею в виду, вы девушки примерно одного возраста и вместе ходили в школу, а в городе не так уж много людей.

- Нет, конечно, я ее помню. Просто запамятовала имя, - соврала я.

- У тебя было много причин для волнения в последнее время.

Его тон из игривого перешел в задумчивый.

- Из-за этого ты здесь?

- Что? - Я взглянула на него.

- Ты придумываешь, как собираешься отомстить Константину?

- Что-то вроде этого. - Пробормотала я, чувствуя, что злюсь на себя, потому что это было не то, что я здесь делала.

Я должна была бы разрабатывать план мести, но вместо этого глупо и по- детски пыталась не думать о том, как красив Ридли этим вечером, его волосы закудрявились к концу дня, полностью победив гель. Не хотелось думать о его щеках, покрытых щетиной, которая заставляла меня желать дотронуться до его лица. С трудом сдерживала я мысль о том, что стоило ему только наклониться для поцелуя, и я могла бы ощутить его щетину своим лицом. Как же сильно хотела я, чтобы его сильная рука обняла мою талию, чтобы он шептал что-то на ухо мне, а не Юни.

- Ты лучше уж посвяти меня в свои планы, - сказал Ридли.

Я внимательно посмотрела на него, испугавшись на секунду, что он может читать мои мысли, но потом осознала, что он имел в виду мои планы на Константина.

- Зачем? Хочешь отговорить меня? - спросила я.

- Нет, хочу помочь, - ответил он, повернувшись лицом ко мне, и, положив руку на перила, случайно задел мои пальцы. Ощущение холодного металла и его горячих пальцев пронзало меня насквозь.

- Я говорил серьезно. Это и меня тоже касается, я ведь знаю, что этот парень сделал тебе и твоей семье. И могу помочь тебе поймать его.

Я не могла видеть его глаза в темноте, но чувствовала в его взгляде эту необычную напряженность, теплоту, которую я стала замечать с недавних пор, и которая заставляла мое сердце забывать, что надо биться.