Наталия М. Наталия - Хозяин Туманного замка

В таких грустных мыслях и прошел оставшийся путь, странно за все это время я и не вспомнила, что еще сегодня утром хотела высказать мастеру все, что думала о нем. Мысль о том, что меня обманули, уже не преследовала меня. По большому счету я сделала тоже самое. Какими бы не были причины Мастера, явно, что серьезными. Просто так сделать меня своей ученицей не согласился бы ни один здравомыслящий человек.

Я вышла из той двери, из которой несколько часов назад вышел Артур. Меня не встречали. Не знали, что я вернусь? Возможно.

За окном уже занимался рассвет. Интересно, а Мастер сейчас спит? Хотя вряд ли. Ему на отдых хватает и нескольких часов. Боги, как же мне не хочется идти к нему в кабинет.

Я постучалась и вошла. Мастер лениво поднял голову, посмотрел на меня. От его взгляда я поежилась. Нет, он не был зол или рассержен, он просто знал, на что я, собственно, способна. Знал, и не собирался предавать этому значения. Даже так, что ж…

— Ты хочешь что-то мне сказать? — спросил он. Да. Я хотела. Многое. Еще о многом так сильно хотелось спросить, но я молчала.

— Так я и думал. — Он снова склонился над бумагами, перелистывая что-то. Потом сказал:

— Ириана, так уж вышло, что ты стала моей ученицей. Нет. Это было не мое желание. Но я надеялся, что, пробыв здесь какое-то время, ты изменишься, станешь достойной того, чему я должен тебя научить. В таких случаях я ошибаюсь редко, но иногда и мне приходиться признать свои ошибки. Боюсь, ты как раз такой случай. Ты — безнадежна. Дальнейшее обучение может поставить под угрозу слишком многих, а этого я не допущу. — Он замолчал. Освободите меня от клятвы — услышала я свой собственный голос со стороны.

— Освободить? Я не могу. От клятвы можно освободить только того, кто не представляет угрозы. Боюсь, это не твой случай. Я хотел. Но ты мне доказала, что нельзя.

— Значит убейте. Теперь вы можете. Я не хочу учиться и не буду.

— Это я уже понял. Но убивать тебя не собираюсь. Хотя и учить больше не намерен.

— Ты останешься здесь, в Замке. Можешь делать все то, что не запрещено. Однако учить тебя больше никто не будет. Это мое окончательное решение. Можешь идти. — Он буравил меня взглядом и ждал поклона. Я открыла было рот, чтобы заступиться за Артура, но поняла, могу сделать только хуже. Я развернулась, потом вспомнила о медальоне, сняла его с шеи и протянула Мастеру. Он удивленно посмотрел на меня, взял медальон и пошел к столу.

В коридоре я обессилено опустилась на пол. Боль в руке снова напомнила о себе. Интересно, если мне все же удастся снять этот чертов браслет до смерти, под ним от руки еще хоть что-нибудь останется? Крайне в этом сомневаюсь.

Из лаборатории вышел Артур. Я поднялась. Мне нужно было извиниться, но слова застряли у меня в горле. Он смотрел, и я понимала, парень не слишком-то и сердиться.

— Все в порядке? — спросил он.

— Да.

— А с тобой?

— Меня больше не будут учить.

— Только не говори, что ты сильно расстроилась.

— Не буду. Прости. — Он не ответил, а я уже не смогла вынести его взгляд и заторопилась к себе.

Только в комнате до меня дошло, что я почти свободна и больше не обучаюсь магии. Ведь это хорошая новость?

Глава 7

Все, что случилось, моя совесть не смогла оценить однозначно. Меня начали мучить угрызения совести. Нет, я знала, что поступила правильно, вывев своих из города. В той деревне вполне можно жить, а стража Наместника до сих пор призрака умершего Мага. Откуда я знаю? Приходилось бывать, правда, еще до того, как я поняла, что могу спокойно передвигаться по лабиринту. Да Место там, конечно, заброшенное, но кто сказал, что лабиринт был уютнее? Там у них будет шанс выжить, это точно…

Но это только с одной стороны. Ведь, спасая своих собратьев, я предала Мастера, нарушила клятву, данную ему. Да и Артура умудрилась подставить. Это само по себе не хорошо. Да и у моего поступка могли быть серьезные последствия. Да, Мастера в городе боятся, да Наместник не пойдет открыто против Туманного замка, но все же… На любого живущего можно найти свой способ воздействия. Всего этого было достаточно, что бы я погрузилась в липкое состояние уже знакомой хандры, которой продолжалось несколько недель.

Мне не хотелось выходить из комнаты, не хотелось встречаться с людьми, да и жить не слишком-то хотелось. Для чего? В Таурман меня заманили обманом, в городе больше никого нет. Фактически я осталась без крова. В лабиринт вернуться нельзя, а в деревне… Да кому я там нужна? Ведь они другие. Уже другие. Все они едва помнят или уже не помнят, то страшное время и почти не помнят всего того, что было до бунта. Они дети улицы, жестокие, не знающие родства. Да, я могу сказать, что они страшны, но благодаря кому? К тому же были ли все, кто уже ушел от нас другими? Ведь нас так же не любили и боялись горожане. Просто я изменилась. Артур прав, я не смогу снова жить с ними, что глубоко внутри уже изменилось. Но с другой стороны и в Замке я чувствовала себя чужой. Да и была чужой.

Из этого состояния меня выдернул Артур, ворвавшийся в мою затворническую жизнь, свежей струей воздуха и знакомым запахом горячей овсянки на меду.

— Ты не была в столовой — весело воскликнул он, ставя поднос на стол.

— Я не голодна.

— Три дня подряд?

— Артур, мне действительно не хочется есть.

— Ты так расстроилась из-за решения Мастера?

— Еще чего.

— Тогда почему?

— Не знаю. Мне стыдно, я подвела тебя и его.

— Это да. Но Наместник рад, что беспризорники исчезли из города. Он был здесь на днях.

— А ты?

— А что я. Можно подумать Мастер не знает твой неугомонный характер. Ему с самого начал не нравилась идея пользоваться твоими услугами, но у него не было выхода. Думаю, он предполагал, что ты попытаешься сбежать.

— Разве ты не должен был меня остановить?

— Шутишь? Каким образом?

— В смысле?

— Думаешь, только у тебя вне стен Таурмана ограничение на магию? А особенно к ученику учителя?

— Жаль, я не знала этого раньше!

— Ириана, твой браслет это не только символ ученичества и ограничитель. Хотя в последнем я начинаю сомневаться. Браслет связь между учеником и учителем. Если бы Мастер хотел тебя остановить — он бы это сделал это.

— Я ничего не понимаю.

— Не ты одна. И вообще — поешь. На тебя страшно смотреть. Ты бы хоть расчесалась.

— Они все равно путаются.

— А заплести их ты, конечно, не пробовала.

— Да иди ты.

— Только после вашего ужина, благородная элитарина.

— Ты не отстанешь?

— НЕТ! — и он уселся в кресло. Пришлось есть.