Екатерина Бальсина - Ведьма его величества

Кончик его ножа скользнул в опасной близи от плеча Морока, а тот тут же взмахнул рукой в ответ. Медведь с грациозностью, которую было трудно заподозрить в такой туше, отскочил в сторону.

Обменявшись несколькими взмахами и примерившись друг к другу, противники снова закружились в смертельном танце. Внезапно Медведь сделал резкий выпад, и на груди Морока набухла длинная полоса, из которой обильно заструилась кровь. Я, не сдержав тревожного вздоха, вскочила на ноги. Морок отшатнулся назад и провел рукой по груди, с некоторым недоумением разглядывая ставшую красной ладонь. Сподвижники Глисты что-то восторженно завизжали.

— Сядь, девочка, — потянул меня за рукав Клык. — Не волнуйся. Морок еще даже не начал играть с этим мешком сала.

Я покорно села обратно, не столько из-за его просьбы, сколько из-за того, что ноги отказывались меня держать.

Поединок продолжался. Морок вытер окровавленную ладонь о штаны и поудобнее перехватил кинжал. Медведь что-то хмыкнул и попер в лобовую атаку, размахивая своим ножом во все стороны. Морок спокойно стоял на месте и ждал. Когда нож противника со свистом рассек воздух возле его лица, вор небрежно шагнул вперед и перехватил руку нападающего, слегка повернув ее. Раздался громкий хруст. Лицо Медведя стремительно побелело, а рот начал открываться для крика. Морок не стал дожидаться вопля боли и воткнул кинжал Медведю под подбородок. Затем небрежно выдернул его и совершенно спокойно пошел к нам, не обращая ни малейшего внимания на бьющееся в агонии тело.

Клык неспешно поднялся.

— Победил Морок, — негромко сказал он, но его слова было слышно в каждом уголке помещения, такая тишина повисла в воздухе.

Нищие переварили услышанное и увиденное и разразились восторженными воплями. Клык, развернувшись к Мороку, одобрительно хлопнул его по плечу.

— Молодец, малыш. Теперь займемся Глистой.

Он снова повернулся к беснующейся толпе и открыл рот.

— За неповиновение мне, вашему королю, Глиста понесет наказание. Я объявляю его изгоем. Отныне тот, кто даже просто улыбнется ему, станет моим личным врагом. Принесите мне его голову и получите хорошую награду. Все понятно?

— Да! — дружно завопили нищие.

Глиста с группой приближенных товарищей уже давно скрылся в бесконечных тоннелях.

Я обрабатывала глубокую царапину на широкой груди Морока и громко ругалась всеми известными мне словами.

— Признавайся, — под конец накинулась я на вора. — Тебе просто нравится, когда я с тобой вожусь как с младенцем. Поэтому ты специально нарываешься на всевозможные неприятности.

— Конечно, — пожал было плечами вор, но тут же зашипел от боли. — И потом, как еще я могу произвести на тебя должное впечатление? А тут, можно сказать, храбро дрался за честь прекрасной девушки, получил боевое ранение, а виновница происходящего лично перевязывает мне раны. Это ли не высшее счастье?

В его бесстыжих глазах запрыгали смешинки. Хотела я было отвесить ему оплеуху, но передумала и вместо этого зачем-то поцеловала. Одежда как-то сама собой полетела в сторону.

— Кериона, — много позже прошептал мне Морок, водя кончиками пальцев по моему лицу. — Ты для меня все. Ты — смысл моей жизни. Я…

Договорить ему не дали. В подобие спальни, в которой Клык разрешил мне обработать рану Морока, ввалился ее непосредственный хозяин.

— Одевайтесь. Пора выдвигаться в дорогу, — буркнул Клык, глядя в сторону.

Мы поспешно натянули на себя одежду. Клык, тактично подождавший за символизирующей дверь занавесочкой, окинул нас ироничным взглядом и сказал:

— Мы с тобой, малыш, отправимся за демонопсами, а Бугай тем временем выведет твою женщину за пределы города.

Морок согласно кивнул, напоследок нежно коснулся моей щеки и повернулся, чтобы уйти.

— Морок, стой! — я вспомнила слова Глисты про следы. — На-ка, возьми это с собой.

Я вытащила из котомки один из пузырьков.

— Что это? — с интересом спросил Морок. Клык промолчал, но по его глазам я видела, что его терзает жуткое любопытство.

— Это поможет вам скрыть следы, — пояснила я, лукаво улыбаясь. — Просто сыпь позади себя через каждые пять шагов. Ни один самый великий нюхач вас не учует.

— Спасибо, Кер, — обрадовано произнес Морок, чмокнул меня в губы, и они с Клыком растворились в темноте коридора. Бугай, один из тех бравых ребят, которых я отнесла к телохранителям Клыка, потянул меня в противоположную сторону.

И вновь потянулись хитросплетения тоннелей, коридоров и ходов. Я уже давно и окончательно потеряла ориентацию во всех этих перепутьях и развилках. Однако Бугай уверенно вел меня вперед, пропуская мимо одни повороты и заворачивая в другие. Вскоре откуда-то потянуло свежим ветерком. Я только теперь почувствовала, каким затхлым и противным был воздух в тоннелях.

Бугай вышел наружу, старательно огляделся по сторонам и махнул мне рукой, мол, все чисто. Я осторожно высунула наружу нос. Стояла ясная летняя ночь. На небе мерцали серебристые звезды, мимо которых неспешно плыла полная золотистая луна, озаряя все вокруг своим таинственным светом.

— Нам туда, — негромко сообщил мне Бугай, указывая на совершенно непроходимые на вид заросли колючего кустарника. Я только понадеялась, что он знает, что делает, и послушно потопала за ним.

С трудом продравшись через густую поросль — несмотря на прорубленную скрытую тропинку, природа успешно отвоевывала свое — мы очутились на небольшой прогалине. Бугай уселся на траву и пояснил мне:

— Здесь нас никто не увидит и не найдет, кроме того, кому уже известно про это место. А таких, насколько я знаю, немного. Клык не очень-то доверчив.

И правильно делает, подумала я про себя. И так хватает выскочек, желающих занять место повыше. От одного только что избавились.

Я прикинула, что сейчас где-то час ночи и подумала, что будет нелишним выспаться перед дальней дорогой. С этими мыслями я как-то незаметно свернулась клубочком и задремала.

Глава 8. Дорога на север

— Вставай, соня, — прошептал мне на ухо знакомый голос. Я с трудом разлепила сонные глаза, проморгалась и уставилась на нависшую надо мной темную фигуру.

— Что такое?

— Нам пора ехать, — сообщил мне Морок, отодвигаясь от меня и помогая подняться. — Время играет против нас. Мы и так слишком задержались в Стильме.

Я наконец поднялась на ноги и огляделась. В одной стороне полянки о чем-то шептались Клык и Бугай, с другой стороны чем-то аппетитно чавкали два флегматичных демонопса.

— Вы их достали! — восхитилась я, разглядывая животных, по бокам которых свисали наши дорожные сумки. Значит, Морок все-таки забрал их, как и обещал. Я невольно подумала, на какие ухищрения пришлось пойти вору, чтобы объединить вместе тяжелые сумки и похищенных демонопсов.