Светлана Ст. - Выродок

Но в тот миг, когда кавалеры в небе заканчивают свои разборки, цепь драконоводов на земле все же ненадолго разрывается. Несколько человек подманивают побежденного дракона, лечат и успокаивают его, чтобы вновь отправить в небо несколько дней спустя.

А остальные вновь берутся за руки и, затаив дыхание, наблюдают за невероятной красоты танцем ухаживания. Победитель и его дама, занятые флиртом, забывают обо всех преградах, и, чтобы удержать их на территории заповедника, нужны нечеловеческие усилия. Когда драконы переходят от ухаживания к действиям и уже не пытаются улететь куда подальше, люди устают до такой степени, что без сил опускаются на землю там же, где стояли. Но передышка длится недолго, а затем победителя и его даму нужно подманить на землю едой и разместить в вольере, специально приготовленном для них.

Потом вся процедура: бой, лечение побежденного, танец ухаживания, передышка, водворение пары в клетку – повторяется со следующими тремя драконами, потом – еще с тремя. В день удается свести три–четыре пары. Гон продолжается около трех недель, и а последние дни некоторые драконоводы засыпают прямо за ужином. От усталости хочется выть, и кажется, что на личную жизнь сил уже не хватит – но их хватает.

— Естественно! Люди сильнее драконов! Покажем им, как нужно зажигать! – смеется Железная Мелл, добавляя к этим словам пару–тройку своих любимых матерных оборотов. Чарли на собственном опыте может подтвердить: зажигает Мелл так лихо, что драконы обзавидовались бы, если бы об этом знали…

Дракониха откладывает яйца лишь в присутствии своего кавалера, и как только она это делает, то становится невероятно нервной. Впрочем, будущие папаши тоже теряют головы от счастья, и пара взволнованных рептилий вполне способна передавить всю свою кладку. Поэтому очень важно не пропустить момент, когда самка откладывает яйца. Сразу же после этого самца пересаживают в отдельный вольер, тогда и мамаша успокаивается. Накануне появления яиц драконоводы дежурят у клеток круглосуточно, сменяя друг друга, и после окончания смены кажется, что сил не хватит даже для того, чтобы добраться до кровати. Но сил хватает еще на многое другое…

— А чему ты удивляешься?! – улыбается Дон Джефферсон; белозубая улыбка странно смотрится на темнокожем лице. – Дети должны рождаться в любви – вот мы и увеличиваем ее количество…

Но самая большая суматоха начинается, когда из яиц вылупляются малыши. Каждого крохотного дракончика нужно осмотреть, поставить на правую переднюю лапу волшебное клеймо заповедника и при необходимости подлечить. Мама, естественно, не радуется тому, что ее детенышей трогают люди. Она очень бурно выражает свое возмущение, и ожогов не удается избежать почти никому…

— Нет, мадам и месье, – смеется Фрэнк Язык–Сломаешь, смывая с лица копоть и смазывая ожоги мазью, – вы как хотите, но я сегодня буду только спааать…

— Но все равно не один! – смеется кто‑то из старожилов, хорошо знающих цену напускной скромности француза.

Будь его воля, Чарли рассказал бы обо всем этом, но Акира Мудрый, директор заповедника, произнес, четко выговаривая английские слова:

— Чарльз, с каждым человеком нужно беседовать на том языке, который ему понятен. С воином нужно говорить о войне, с романтиком – о приключениях, с влюбленным – о любви. А парень, которого нужно сюда привести, – аристократ. Значит, с ним нужно говорить о чести, которой обладает наша работа.

— И о том, что много трудиться здесь не придется, – смеется Железная Мелл, – то есть напрямую об этом говорить нельзя, но подтекст должен быть именно такой. Высокородные не любят работать, и я их в чем‑то понимаю, – она хрустко потягивается.

— Ты ведь тоже высокородная, но любишь работать! – удивляется Чарли.

— Я – выродок в своей семье; таким же был мой двоюродный племянник Родерик, но он погиб… – Мелл вдруг мрачнеет и запускает руки в коротко остриженные волосы.

— Но я не хочу лгать! Мы же работаем здесь хуже домовиков!

— И нам это нравится! – Мелл вновь смеется. – Если твоего красавчика так хотят видеть драконы, ему здесь тоже понравится. Но сначала нужно его сюда заманить, а для этого нужен особый подход…

— Я напишу вам примерный текст речи, – говорит Акира, – она производит очень приятное впечатление на большинство высокородных волшебников. В этой речи нет ни слова лжи, но есть именно та правда, которую ваш собеседник поймет и примет…

— И я наконец‑то увижу красавчика, который заморочил голову малышу Чарли! – улыбается Мелл. – Нет–нет, не волнуйся, я только посмотрю, мне чужого не нужно, да и старая я уже…

— Ой, не клевещи на себя, Мелл! – Чарли тоже улыбается, – ты по–прежнему способна отбить кого захочешь у кого угодно!

— С каких пор вы стали льстецом, мистер Уизли?! – Мелл улыбается совсем уж ослепительно. – Но, так или иначе, мне чужого не нужно! Мелкий Малфой тебе снится – ты с ним и разбирайся!

— Я не хочу разбираться – мне нужно только, чтобы он приехал сюда… – Чарли опускает глаза и чувствует, что краснеет.

— Если дракон позвал младшего Малфоя с вашей помощью, – значит, вы связаны, – очень серьезно говорит Акира. – Может быть, не любовью, а как‑то иначе, но связь очень крепкая…

— Брось, Мудролей! – решительно говорит Мелл. – В их возрасте связь почти всегда означает любовь.

— Я в этом не уверен, – Чарли опускает глаза и молится всем богам, чтобы Мелл оказалась права.

— В заповеднике очень нужны люди, которые помнят и чтут старые традиции, мистер Малфой, – Чарли заканчивал свою речь, чувствуя страшное отвращение к себе, – а таких сейчас осталось мало…

— Можете не сомневаться, мистер Уизли, я по достоинству оценил ваше предложение, – в глазах Драко промелькнуло странное выражение, – но, увы, вынужден отказаться от него.

— Почему?! – сердце Чарли екнуло и ушло в пятки; он почти не сомневался в отказе, но все равно чувствовал страшную боль.

— Потому что я свято чту традиции моей родной страны, – ответил Драко безукоризненно вежливо, но решительно. – Испокон веков в Британии жили высокородные волшебники, и я считаю очень важным сохранить этот обычай, несмотря на политику нынешних властей. Судьба самых древних и благородных фамилий Англии волнует меня больше, чем будущее огромных рептилий…

— Но, мистер Малфой… – Чарли осекся и закусил губу. Лгать не хотелось, а он прекрасно знал, что драконоводы очень редко возвращаются в родные места. Большинство сотрудников заповедника не покидали его даже во время отпусков: научная работа требует постоянного присутствия, а во время всяких ЧП лишняя пара рук и волшебная палочка нередко нужны как воздух… Вдруг в голову Чарли пришла прекрасная идея, и он быстро сказал: