Eugene - Гимн неудачников

— Сделайте… же… что-нибудь!

Клен, Крапива и Кактус задумчиво переглянулись… и сей глубокомысленный диспут я не забуду никогда.

Клен: что-то тут не так…

Кактус: спорим, что он выживет?

Крапива (пораженно): Кактус, что с тобой?!

Кактус (радостно): так я по-любому в выигрыше!

Не в силах терпеть эту дружескую феерию, я рванул прочь от костра, не собираясь ждать новых предположений. В отчаянном побеге от реальности под ноги попался камень, заставив запнуться, но я упорно продолжил идти вперед. Хм… так, стоп, куда меня понесло ближе к ночи?

Тело замерло на полсекунды и продолжило идти.

Я. Сказал. Стоп. Там же темно!

Ноги упрямо тащились вперед, не обращая на вопли мозга никакого внимания. Нет, люди есть люди, с ними все понятно, но когда тебя предает родное тело, твоя частичка, о которой ты заботился, как мог, всю свою жизнь… Злость помогла мобилизовать остатки сил, и, сцепив зубы, я смог даже развернуться и сделать пару шагов к костру. На этом война мозга и психотропного зелья за право контролировать организм "Лоза" закончилась, меня повело куда-то в сторону, голова закружилась, и мир заволок туман.

…Туман выползал из леса, как белесое аморфное чудище из своего логова. Солнце уже скрылось за вершинами елей и красиво подсвечивало облака; сильно пахло полевыми цветами на нагретых за день лугах, а вдалеке кто-то надрывно и громко выл. Светлая и тихая летняя ночь. Красота…

Всегда представлял себе заклятие поиска немного по-иному. Сказал пару слов, хоп, и в голове навигатор со стрелочкой. Но чудо-трава Крапивы договорилась напрямую то ли с подсознанием, то ли со спинным мозгом, поселилась там шестым чувством направления и вела вдаль под стрекот цикад. Хотя кое-что даже она исправить оказалась не в силах: у меня все еще получалось споткнуться, а потом перетрудившаяся сила воли отправлялась на отдых. Через несколько секунд сознание вновь возвращалось в самостоятельно бредущее тело, которое ясно показывало, что ему, телу, хорошо и даже лучше и без меня. Эх, да лишь бы все прошло — куда я потом, с покоцанным подсознанием?

Виновники происходящего, недавние товарищи по костру, бесшумно крались позади. Я слышал их только потому, что Крапива и Кактус затеяли тихий, но ожесточенный спор: можно ли пари, предложенное Кактусом, считать действительным, и выиграл ли он. Компромисс, как истинный лидер, нашел Клен, предложив подождать до конца действия зелья. Дипломат, чтоб его.

Путеводная нить вела на юго-запад, и пока мы шли, солнце выключило подсветку, а туман растекся над травой. В наступившем сумраке путешествие стало втрое увлекательней, потому что заклятье не признавало действий вроде "обойди холм", "перепрыгни лужу", "не суйся в овраг" и несло меня напрямик. Вокруг было поле, а не лес и не болото, но все равно не утешало.

Насыпь вынырнула внезапно. Еще пару секунд назад впереди колыхались всякие там злаки, и вот я уже уткнулся носом в гору заросшего гравия высотой в полтора моих роста.

— А я говорила, что это сработает, — восторжествовала Крапива. — Мы внутри защиты. Я была права, я же целительница!

— Забирай уже свои деньги…

Не дав дослушать сценку про поборы должностных лиц, заклятие выдало команду "ползи вверх". Цепляясь за траву, я бодро закарабкался по насыпи, пока не долез до верха и не наткнулся на рельсы. Продолжил бы ползти и дальше, но чьи-то руки с силой притиснули меня к земле.

— Да лежи ж ты тихо! — шикнули над ухом, но вырываться я не прекратил. Впереди, почти под насыпью, горел костер, и все мое существо стремилось к яркому пламени. — Там кто-то есть!

К лицу поднесли бинокль. Я закусил рукав куртки, подавляя желание броситься вниз, и пригляделся. Рядом с костром скрестив ноги сидел человек, а перед ним лежал самый заурядный нож. По идеальной формы лезвию, чей изгиб напоминал взмах крыла, скользили блики от огня, обволакивая мягко сияющую деревянную рукоятку… Гармония стиля, прекрасное творение, снизошедшее в этот мир… Туда, немедленно, коснуться, схватить, мое!

Кто-то, кому я попал ботинком по лицу, высказался коротко и емко и ухватил меня за ногу. На меня навалились сверху, выкручивая руки и прижимая к камням, но я знал, что сильнее, что им не удержать того, у кого есть Цель…

Человек у огня встал и с досадой оттолкнул нож ногой. Святотатец! Как смеет это нелепое создание из костей и плоти так обращаться с благороднейшим сплавом, песней стали, застывшей в гармонии линий? Лезвие призывно блеснуло напоследок и улетело в траву, и незнамо откуда взявшиеся силы меня покинули.

— Хватит. Я в порядке.

Тяжесть на спине исчезла, но руки не отпустили. Больно и неудобно… Так, если тот нож был ножом Черной Смерти, сейчас я имел счастье испытать светлый вариант ворожбы на поиск и призыв. Крапива с помощь зелья и крови заставила меня искать нож, а этот человек сделал то же с помощью крови и магии. Как часть можно найти по целому, так и целое по части, ритуалы совместились, что дало усиленный эффект. Кто пострадал? Я, разумеется.

Удивительно, но нас не услышали. Компания, расположившаяся рядом с насыпью, на уютной полянке в окружении молодых березок (Великий Лес наступает, не иначе) вела себя так беспечно, что поневоле хотелось сотворить им какую-нибудь гадость. Я имею в виду — даже беспечней, чем те личности, с которыми мне приходится путешествовать уже который день. А дойти до такого состояния надо еще постараться… Часовых нет, если не считать за часовых двух курильщиков у поваленного дерева, остальные спят, совесть их чиста, а маг нашел кем-то оброненный ножик и, как сознательный гражданин, страшно возжелал вернуть его владельцу. У нас мирная страна, а я живу в параллельной реальности.

И почему такие варианты никогда, никогда не бывают верными?

К огрызку километрового столба был привязан необыкновенно злой Черная Смерть, сидящий в косоугольнике, составленном из обломков рельсов. Или это защитный контур из железа, призванный ограничить черную магию, или не знаю что предположить. Летняя ночь была тиха и спокойна только благодаря этому, да еще кляпу. Слушать возмущенного колдуна — себя не уважать. И никаких следов битвы кругом… Так. Туда уже не тянет. Запихнут еще к колдуну, куда я от него прятаться там буду, под рельсы?

Меня стащили вниз, под прикрытие насыпи, где расположился импровизированный военный совет.

— Все ясно, на командира напали и держат в плену, — непререкаемым тоном объявила Крапива. — Надо собрать наших и его отбить!

Давайте для расширения кругозора попробуем версию "наш командир на кого-то напал, и поэтому его держат в плену". Нет?