Ольга Андреева - Там, где оживают пески (СИ)

— Что-то не как, почтенные?

— А шел бы ты, прохожий, своей дорогой! — зло ответил тот. А то я, ведь, тоже мечем махать умею!

— В самом деле? — голос ее спасителя стал немного насмешливым. — Может, проверим? — после этих слов клинок, до того приставленный к груди, неожиданно опустился на пару ладоней, оставив прореху в дорогой шелковой курте и неуловимым движением подрезал шалвары так, что обидчик Тии едва не остался без штанов под общий хохот зевак, мгновенно забывших о том, что кто-то пытался кого-то обворовать. Владелец меча кинул к его ногам кошель с золотом и теперь лишь презрительно глядел как тот, ругаясь последними словами, подхватив свое золото одной рукой и придерживая штаны другой, удалялся восвояси.

И только теперь Тия решилась поднять глаза на того, кто ее выручил. Снизу вверх на нее смотрел невысокий ладный парень с темно-карими глазами и светлой кожей. Он, казалось, пребывал в замешательстве, разглядывая ее лицо. Парень что-то изумленно прошептал на незнакомом ей языке, однако, сообразив, что на них по-прежнему смотрят окружающие, подтолкнул ее вперед. Они прошли мимо расступившихся людей, изумленного продавца, и никто из присутствующих даже не попытался позвать стражу.

Только когда Тия и ее спутник, наконец, выбрались с рыночной площади, нырнув в какой-то проулок, незнакомец снова заговорил.

— Почему ты ходишь по городу одна, девочка? Где ты живешь? Где твои родители? — он произносил слова старательно и четко, что выдавало в нем иноземца, и то, что Тия приняла, по началу, за вкрадчивый тон, было просто мягким выговором человека из другой страны.

— У меня нет родителей, только дядя… — притворно шмыгнула носом Тия. Ей хватило благоразумия не рассказывать первому встречному о Змеелове. Хоть она и была благодарна ему за спасение от неминуемой расправы.

— Дядя? — с каким-то недоверием в голосе повторил тот. — Странно…

— А почему странно то, что у меня может быть дядя? — вскинулась на него Тия.

— Нет, девочка, не злись… Я не то имел в виду! — вздохнул наемник. — Просто странно, что он отпускает племянницу так далеко в одиночестве.

— Он и не отпускал… — покраснев, созналась маленькая воровка. Я убежала с нашего постоялого двора, пока дядя отошел по делам. Хотела погулять, а потом за… заблудилась — она разрыдалась, и теперь уже по-настоящему. До нее, вдруг дошло, что бы могло случиться, не окажись рядом этого парня, что смотрел сейчас на нее странным взглядом. Неожиданно, он подошел ближе, погладил по голове и крепко обнял, успокаивая.

— Ну-ну! Будет! Все обошлось, все хорошо… — тихо говорил незнакомец, вытирая Тии слезы своим плащом. — Скажи лучше, где вы с дядей остановились, и я отведу тебя назад…

— Чайхана «Роза Ветров» — припомнила маленькая воровка название постоялого двора.

— Так это же совсем недалеко! И как ты только умудрилась заблудиться? — рассмеялся он. — Пойдем со мной…

— Идем! — Тия уже перестала плакать и теперь благодарно смотрела на него. — А как тебя зовут?

— Меня все называют Гюрзой, так что считай — это мое имя. Я наемник. А ты?

— Меня зовут Тия…

— Вот и познакомились! Но могу я тебя попросить, чтобы ты не рассказывала дяде о нашем с тобой маленьком приключении?

— Почему? Он был бы тебе очень благодарен! — изобразила любящую племянницу Тия. Хоть этот парень и не вызывал у нее подозрений, но чтобы поддержать легенду, пришлось ему подыграть.

— Ну, хотя бы потому, что твой уважаемый дядя будет очень зол, если узнает о том, где пропадала его племянница! — задорно улыбнулся наемник. — Он, наверняка, захочет меня видеть, устроит родственные посиделки, а я тороплюсь… Завтра на рассвете отходит мой караван, но мне еще надо закупиться. Так что на затяжные визиты времени не найду. А в среде купцов принято долго и обстоятельно вести беседы с гостями на разные темы… Он ведь, купец? — полуутвердительно спросил вдруг Гюрза и посмотрел Тии в глаза.

— Да нет! — беспечно махнула рукой она, совсем потеряв осторожность. — Он вроде тебя, с караванами ходит. А тут узнал, что его старший брат-мой отец, и его жена умерли. Осталась только я, так что теперь он — моя семья.

— Грустная история! — вздохнул ее спутник. — Сочувствую, я ведь, тоже, потерял когда-то родителей… Ну вот, мы и пришли. До ворот, надеюсь, дойдешь сама, а мне пора, я и так опаздываю…

— Да, конечно, спасибо тебе! Ты меня просто спас… — пожала ему руку Тия.

— Это было нетрудно! — слегка самодовольно улыбнулся тот. — Ну, мне пора. Больше по улицам одна не гуляй…

— Не буду. — рассмеялась она и опрометью кинулась в чайхану, молясь про себя Ашу, чтобы Змеелова еще не было на месте, иначе, ей грозят неприятности…

Гюрза развернулся и быстро пошел прочь из переулка. Не хватало еще, чтобы Змеелов его увидел. Он был окончательно сбит с толку. Сначала упустил из виду бывшего однокашника, потом случайно заметил, как его маленькую спутницу готова растерзать толпа самодовольных индюков, из-за которых весь его план мог бы пойти прахом. Пришлось вмешаться… А потом… потом увидел эти аквамариновые глаза, будто привет с далекой родины, и растерялся окончательно. И теперь еще этот ее рассказ о семейных перипетиях Змеелова… Нет, что-то здесь не так.

Тия совершенно напрасно боялась, что Змеелов вернется на постоялый двор раньше нее. Наемник явился только после заката, и выглядел хоть и уставшим, но очень довольным. На все расспросы маленькой воровки только отшучивался, и той вскоре наскучило его пытать. Пробормотав себе под нос что-то вроде «Ну и не надо!», Тия гордо удалилась к себе, оставив наемника наедине с медовыми лепешками и чаем. Змеелов, глядя ей вслед, только плечами пожал. Кто ее разберет, это стихийное бедствие… Конечно, можно было бы и рассказать ей, что ходил он к знакомому оружейнику заказывать «громовые шары» — грозное оружие, что в царстве Дияла было объявлено вне закона. Еще бы! С виду маленький, не больше апельсина, такой «мячик», будучи брошенным в толпу врагов начинал шипеть и раскручиваться волчком, а через пять секунд и вовсе взрывался, поражая всех, кто находился рядом, однако зачем лишний раз пугать девчонку? Пусть не воображает себе всяких ужасов раньше времени… Да и кто может поручиться, что она вдруг случайно кому-нибудь об этом не проболтается? Змеелов вздохнул и, расплатившись, отправился к себе.

В комнате он с наслаждением растянулся на постели, закрыв глаза. Все-таки сборы в дорогу всегда утомляли его много больше самих переходов по Великой Пустыне… После оружейника он отправился бродить по рынку, чтобы закупиться провиантом и кое-какими мелочами в дорогу. Хоть он и рассчитывал пристать к какому-нибудь каравану, но ясно понимал, что далеко не в качестве охранника, ибо о таких вещах принято договариваться много раньше, чем за пару дней перед отходом. А «прибившихся» в караванах никогда не кормили из общего котла. Так что, как ни крути, а десятидневный переход до Альзары требовал подготовки. А там… Там он сдаст Тию на руки своему учителю, а сам отправится в долгое и опасное путешествие к горам Рух, вот только бы надо найти проводника… Змеелов поморщился. Куда ни посмотри — везде неизвестность. Все это, вдруг напомнило ему старинную байку о том, как ишак за золотом ходил. Туда куда никто не ведает… Он вздохнул, сел на постели и нащупал на шее свиток с картой. Помедлив, отвязал его от кожаного шнурка и развернул, вглядываясь в старинный пергамент. На нем была изображена горная гряда с обозначенным где-то на северо-востоке схороном, да еле заметно нацарапанной тропкой, петляющей среди снежных вершин, и больше ничего. Ни того, как туда добраться, ни того, где найти кого-нибудь, кто бы ему помог… Наемник спрятал карту у себя на груди. Ну что ж, если непонятно, с чего нужно начинать, придется начать с самого начала. Завтра же он расспросит чайхани о ближайших караванах, отбывающих из города в Альзару, и, если повезет, в ближайшие пару дней они отправятся в путь.