Кейдж Бейкер - Наковальня мира

— Возможно, — кивнула госпожа Смит и повернулась к старшему караванщику: — Тебе достанется больше всех, дружок. Мне очень жаль.

— Все не так плохо, — отозвался Смит, начинающий постепенно приходить в себя. — Отбирать у меня в любом случае нечего, к тому же я могу снова исчезнуть.

— Снова? — удивился Тигель.

— Это долгая история, — отмахнулся Смит. И тут ему в голову пришла одна идея. — Послушайте. Парадан Смит просил меня доставить кое-что…

— Мы везли с собой награбленное? — ужаснулась Горицвет.

— Если я выполню поручение, то, вероятно, получу вознаграждение. Тогда на эти деньги вы сможете открыть гостиницу. А все, что нужно мне, — это небольшая сумма на покупку билета до… Словом, до того места, куда я решу отправиться.

— Невероятно любезно с твоей стороны, — сказала госпожа Смит, стряхивая пепел.

— О, девять кругов ада! — воскликнул Тигель. — Почему лучшие старшие караванщики на свете либо умирают, либо отходят от дел?

Смит неожиданно вспомнил о кошельке, который дал ему лорд Эрменвир, и вытащил его из кармана:

— Вот, возьмите. Снимите комнаты и заберите наши вещи из повозок, пока транспортные власти не наложили арест на имущество. А я отправляюсь по поручению Парадана Смита, потом нанесу визит нашему маленькому лорду и вечером вернусь.

— Может быть, лорд Эрменвир сможет нам помочь? — выразила слабую надежду Горицвет.

— Никогда не рассчитывай на помощь сильных мира сего, девочка, — поставила ее на место госпожа Смит. Она взяла кошелек и мельком заглянула в него. — Даже если они до крайности великодушны. Итак, все решено. Я пойду побеседую с господином Разъемником, вы, мальчики, бегите и спасайте наши пожитки. А ты останься здесь и высморкайся наконец как следует. — Последнее замечание относилось к Горицвет. Затем повариха повернулась к Смиту: — Если сможешь вернуться к нам, знай, что в трактир можно попасть через черный ход с Рыбной улицы. После наступления темноты там никого не бывает. Если же обстоятельства сложатся по-иному, — она наклонилась и потрепала его по щеке, — что ж, когда-нибудь я обязательно приготовлю тебе жареного угря. Ну а теперь ступай, дружок.

Прихватив чемоданчик Парадана, Смит спросил у какого-то носильщика, как отыскать виллу лорда Кашбана Бронзобоя. Выяснив, что она находится в жилых кварталах Якорной улицы, Смит отправился в путь. С высоты холма были видны крыши богатых городских домов, окруженных роскошными садами, хотя сам Смит все еще оставался в многоголосой суете бедного квартала. Уличные торговцы громыхали тележками, наперебой расхваливая свой товар. То и дело попадались нищие на костылях или в колясках с табличками, сообщающими, в каком знаменитом морском сражении они потеряли ту или иную часть тела. Жалкие оборванцы входили и выходили из дверей захудалых гостиниц и портовых лавок.

А позади всего этого убожества в туманной дымке мерцало море. На горизонте скользили белые паруса, направляясь из гавани в порт Вард. Смит размышлял о том, что и он завтра утром может оказаться на каком-нибудь корабле, желательно отправляющемся в продолжительное плавание, и носить уже совсем другое имя. Кремень? Кочерга? Костыль?

Подул холодный ветер. Он пробрался под изношенную одежду, беспокоя старые раны, и зашелестел зеленой шелковой вывеской перед глазами Смита. Тот всмотрелся в надпись. Какое-то объявление на языке йендри. Повертев головой, Смит увидел еще одну вывеску покрупнее, которая гласила: «Купальни». Запустив руку под рубашку, он нащупал на груди глиняный диск на тонком шнурке.

— А почему бы и нет? — сказал он себе и вошел внутрь.

Его обдало жаром, словно из раскаленной печи, но ощущение было божественным. Горячий воздух, пахнущий лечебными травами йендри, вызывал мысли о диких лесных девчонках, которые почти не носят одежды. Где-то журчал фонтан, и вода с плеском стекала на каменные плиты. Смит подошел к стойке, которую едва можно было разглядеть за висящими горшками с папоротниками и бромелиями. Йендри в белом халате, склонившись над стойкой, просматривал городскую газету. Не отрывая взгляда от развернутого перед ним листа, он вежливо поинтересовался:

— Желаете принять ванну?

— Вообще-то… — Смит снял с шеи глиняный диск и протянул его йендри. — Я разыскиваю Левендилоя Тиса, чтобы попросить его провести полный оздоровительный курс. — Он протянул диск.

Йендри поднял голову и уставился на диск.

— Тис — это я, — сообщил он Смиту. — Вы были больны? Или… гм… ранены? — Он наклонился вперед, взял диск, поднес его к носу и, принюхавшись, сморщился: — Отравлены. Хм. Прошу. Входите.

Йендри провел Смита в раздевалку, расположенную за стойкой.

— Одежду и все прочее оставьте здесь, — велел он и исчез за занавеской.

Смит разделся, сложил вещи на полку, засунул ножи в правый сапог и с особой осторожностью поместил на образовавшуюся груду барахла чемоданчик Парадана. Размотав бинты, Смит осмотрел свое израненное тело и вздохнул.

«Далек тот день, когда я вновь смогу быстро бегать», — с грустью подумал он.

Вернулся йендри с заварным чайником и чашкой в руках.

— Сюда, — произнес он, чашкой указывая направление.

Смит двинулся вслед за ним по выложенному кафельными плитами коридору. Справа и слева располагались арки, которые вели в помещения с бассейнами, наполненными горячей и холодной водой, где плескались или неторопливо беседовали посетители. Йендри остановился перед массивной дверью и, вручив Смиту чайник и чашку, отодвинул засов. Пар, вырвавшийся через открытую дверь, был таким обжигающим, что по сравнению с ним воздух в коридоре казался прохладным. Заглянув внутрь, Смит сумел различить очертания крупных валунов и потоки воды.

— Входите, — приказал йендри, — садитесь и пейте чай. Выпейте все, и как можно быстрее. Это очистит вас. Через час я вернусь за вами.

— Хорошо, — кивнул Смит и осторожно шагнул внутрь.

Дверь за ним тотчас же закрылась. Через мгновение пар немного рассеялся, и Смит смог осмотреть помещение. Комната напоминала гигантскую бочку. С потолка из многочисленных кранов хлестала вода, она стекала по раскаленным каменным стенам, от которых валил пар, с плеском падала на пол и исчезала в водостоке. В комнате имелось только одно, очень неудобное, каменное сиденье.

— Пейте чай, — донесся до Смита бесплотный голос.

Караванщик поднял взгляд и заметил в стене под самым потолком решетку. Вглядевшись, Смит различил за ней лицо йендри.

— Вы будете наблюдать за мной? — поинтересовался караванщик.

— Иногда ваши люди теряют сознание, — спокойно ответил йендри. — Пейте чай, пожалуйста.