Джон Норман - Побратимы Гора (ЛП)

- Я собираюсь сбежать отсюда, - безразлично пробормотала Виньела.

Она встала на ноги, и сердито посмотрела на меня. Я отметил, что её маленькие пятки утонули в одеялах.

- А вот этого, я бы тебе не советовал.

- Почему это? – прищурила она свои красивые глаза.

- Тебе здесь некуда бежать, - объяснил я.

Она сердито отошла к другой стене вигвама, и там повернулась ко мне лицом, держа связанные запястья прижатыми к животу. Она была прекрасна.

- Это верно, мне здесь некуда бежать - согласилась она, сверкая глазами от гнева, и посмотрев вниз, на своё левое бедро добавила. – К тому же мне выжгли клеймо, как животному.

- Ты и есть животное, - заверил я девушку.

- Да, я животное, - она повторила это с горечью в голосе.

- Встань на колени, - указал я на место на одеялах перед собой, где я сидел только что.

- Обопрись на пятки, - велел я, - колени расставь широко, насколько сможешь.

Она подчинилась.

- Расправь плечи. Выпяти грудь. Держи запястья на уровне талии.

Она выполняла мои команды быстро и покорно.

Я внимательно осмотрел её. Она была не просто красива. Она была очень красива.

- Теперь это - моя реальность, не так ли? Реальность рабыни, в распоряжении мужчин.

- Да, - подтвердил я. – Это так.

- Могу я опустить руки или свести колени?

- Да, - разрешил я, и она мгновенно прикрылась.

- Я не думала, что Кэнка изобьет меня.

- Почему бы нет?

- Мне казалось, что я ему понравилась, - пояснила она.

Её связанные запястья хорошо смотрелись покоясь на её сжатых бедрах.

- Я подозревал, что он это сделает, и честно предупредил тебя.

- Он избил меня, - надулась девушка.

- Ты - рабыня, - напомнил я.

- Я думала, что я ему понравилась.

- Я полагаю, что так и есть. Во всяком случае, до сего момента, он смотрел на тебя с большой снисходительностью. По моему мнению, это было его ошибкой, и если я не ошибаюсь, теперь Ты обнаружишь, что эта снисходительность рассеялась как дым, теперь твоя жизнь в его вигваме будет совершенно другой.

- Другой? – испуганно, переспросила она.

- Я подозреваю, что отныне твоя жизнь будет наполнена дрессировкой, которая не оставит ни малейших сомнений относительно твоего рабства. Теперь тебя будут дрессировать непреклонно, педантично и строго. Если Ты вдруг отступишь от узкой линии поведения безукоризненной рабыни, то тебя ждёт боль и унижение, плеть и кандалы.

Она смотрела на меня с ужасом.

- Короче говоря, Ты будешь жить такой жизнью, которую такие женщины, как Ты хотят и в которой нуждаются.

Она сердито опустила голову, дёрнула своими крепко связанными руками.

- Что Ты чувствуешь к Кэнке?

- Я ненавижу его! - крикнула она, подняв голову, и посмотрев на меня с гневом. - Он высек меня!

- Да, и он совершенно правильно сделал.

- Я ненавижу его!

- Ты же сама хотела, чтобы он избил тебя.

- Но я не думала, что он сделает это!

- Ты ошиблась.

- Да, - всхлипнула она. - Я ошиблась.

- Интересный, если не сказать болезненный эксперимент у тебя получился, не так ли, Виньела, - усмехнулся я.

- На самом беле, я не думала об этом как об эксперименте, по крайней мере, не осознанно, или не полностью осознанно.

- Но со стороны, это смотрится, именно как эксперимент, - заметил я.

- Возможно, - вынуждена была признать она.

- Я не думаю, что у тебя возникнет желание повторить это.

- Нет, - вздрогнула девушка, - только не это.

- И какой вывод Ты извлекла из своего небольшого эксперимента? – поинтересовался я.

- То, что я - действительно рабыня, - признала она.

- И всё?

- То, что мой хозяин очень силен.

- Я не думаю, что с сего момента, тебе будут сходить с рук даже мелкие нарушения, - предупредил я.

- Я тоже так не думаю.

- Это должно быть очень пугающая ситуация, принадлежать сильному господину.

- Да, - согласилась она.

- Но ведь истинная рабыня, и не должна желать для себя иного пути.

- Нет, не должна, - сказала она, признавая мою правоту. - Это верно.

- Значит, теперь, Ты довольна, что эта, бескомпромиссная и безоговорочная власть, по которой Ты тосковала, будет применена к тебе? – жёстко спросил я рабыню.

- Да, - она покорно опустила голову.

- Таким образом, Ты признаёшь, что Ты - истинная рабыня Кэнки?

- Да, - признала она. - Но я боюсь что теперь, я уже никогда не понравлюсь ему, что возможно, я разгневала или оскорбила его.

- Но ведь Ты же ненавидишь его, - напомнил я, - Тогда какое это имеет значение?

- Ненавижу его? – воскликнула рыжеволосая. – Да я люблю его. Я люблю его, больше всего на свете!

- Но, кажется, он только что избил тебя.

- Я была неправильной рабыней. Конечно, я должна была быть наказана!

- Понятно, - улыбнулся я.

- Но мне страшно, что я больше ему не понравлюсь, - она заплакала.

- Почему это?

- Он был холоден со мной, - всхлипнула девушка.

- Вероятно, он был здорово рассержен, - предположил я.

- Вы думаете, что он может продать меня? – со страхом спросила она.

- Я не знаю, - не стал я утешать рабыню.

Девушка, рыдая, опустила голову. Она была только предметом собственности. Она могла быть передана другому владельцу так же легко, как пара мокасин или кайила.

- Я вызвала его недовольство, - глотая рыдания, проговорила она. - Насколько же нелепой и глупой я была.

- Кэнка знает, что Ты здесь? – спросил я.

- Да.

- Тебе что-то приказывали сообщить, придя сюда?

- Я должна была выговориться кому-то. Я пришла бы сюда в любом случае.

- Тебе было велено что-то передать мне? – настаивал я.

- Да, - подтвердила она мои подозрения.

- Что именно?

- Он назначил мне дополнительное наказание, - объявила она, встав на колени, отперевшись ягодицами на пятки, выпрямив тело, расправив плечи, выпятив грудь вперёд, втянув живот, и разведя широко колени, не прикрываясь больше связанными руками. - Господин.

Я не позволил ей изменить её позу, чтобы она могла полностью понять свой новый статус.

- Я вижу, что твои руки связаны.

- Да.

- Я думал, что это было только небольшим дополнительным наказанием. Но я не предполагал, что за твой поступок, тебя послали в подчинение этому вигваму.

Она склонила голову.

- Ты ведь хотела поговорить, - напомнил я.

- Да, - шепотом ответила она.

- Это разрешено, - позволил я.

- Спасибо, - всё так же тихо проговорила девушка, и добавила, - Господин.

- Хотеть поговорить разрешено, - усмехнулся я. – Но позволено ли будет тебе на самом деле говорить или нет, зависит от владельца.