Плетеный человек - Антон Чернов

Не бескровно, как я понял по контексту. После этого местные бандиты решили, что пришло их время. Но народ, ещё на кураже от демократии, отправил бандитов вслед за правоохранителями. Но тоже не без потерь — относительно мирные работяги всё же.

Сам Степаныч — старший технолог градообразующего завода. Стране ВНЕЗАПНО понадобилась химия и взрывчатка, так что умирающий завод реанимировали. А пенсионеров и просто работающих купи-продай собрали ощутимыми зарплатами.

Но виновников случившегося звиздеца (пусть и наполовину), в число которых вошёл “высший менеджмент” завода — не было.

Ну и стал Степаныч градоначальником. Без комиссий и прочего, напрочь незаконно и всё такое. Просто люди выбрали, хотя отказывался старик (а орчине было семь десятков лет на тот момент, и орчиной он ещё не был).

То есть, первые сотни людей погибли ещё до последствий лучевой болезни. Пара тысяч щеманулась в леса, и, судя по всему, там и померли — начиналась зима, как-никак.

Потом… понятно. Люди умирали, хоть не мучительно — распечатать склады и давать обезболивающее Степаныч дозволил. И изменение стало скорее спасением. А вот нечистикам и прочей небывальщине не повезло: ряд “тифлингов”, причём женского полу, причём чуть ли не с момента изменения владеющие магией, в город ни нечисть, ни нежить не пустили.

— Ведьмы? — уточнил я.

— Угу, кагал… ковен у них. Суфражистки, — хмыкнул орк.

— Э-э-э… — протянул я, нихрена не понял. — Феминистки?

— Сам увидишь. Думаю, встретишься, Кащей. Тоже тифлинг, нежить, — отмахнулся Степаныч.

— А в этом месте поподробнее. На мне что, написано? — заинтересовался я.

А подробнее оказалось, что Степаныч — маг. Не великой силы (если не рушить нахер окружение и себя), но технолог оказался магом, причём разумным. Что умеет — не докладывал. Но от меня чувствует как человека, так и “навь, небывальщину мёртвую. Живая — она другая”, — довольно доходчиво объяснил орк.

А в Зеленюках, не без помощи “кагала ведьмов”, в тифлингах разбирались. И, соответственно, что самые лютые — “с тонким ароматом мертвечины”, прекрасно знали.

Посыл нахер, светящийся на вратах и стенах, определял не столько “направленность и силу”, хотя и её тоже. Но, в первую очередь, намерение. То есть Степаныч с ходу общался со мной не как с “непонятно кем”, а обладающим немалой силой и незложелательным.

В общем-то понятно, что особо со мной Степаныч не откровенничал. Но, при этом, тайн особых не держал. И за четверть часа вывалил немало полезного и интересного.

— Устраивает аванс, Кащей? Времени мало, Зеленушки без присмотра, — с долей иронии сообщил он.

— Последний вопрос — я вам нахрен? Вояк нет?

— Считай — нет, — хмыкнул Степаныч. — Вояки и искатели на жопу приключений — в Меллорне, сталкерят или гробанулись. Стража — и то мастеровые. Ведьмы… не хочу с ними лишний раз связываться, — понизил голос он. — Там… неважно, в общем. Так что если аванс устроил — говори, что хочешь. Ну и возьмёшься ли.

— Ты знаешь, возьмусь. В принципе — тем и занимался, — честно соврал я, хотя и не совсем соврал. — А хочу… помыться нормально. Отдохнуть. По городу походить. Вещи не нужны. А если угол в городе выделишь, много места не надо — будет неплохо. Жить не буду, а кости кинуть между делом.

— Занятно. Место-то есть, но… Ладно, по рукам, Кащей. Сейчас бензин…

— А я к змеям этим, — просто источал ехидство я, — так пойду. Справлюсь — притащу бошки. И гнездо поищу, но сразу скажу, найду или нет — не знаю. Да и есть ли оно.

— Понятно. Ну что ж, удачи, Кащей. Пошёл я, дела, — пробасил орчина и утопал.

А я подумал, пристроил байк у стены сторожки и потопал змеев воевать. Как богатырь, ведьмак и вообще — Кащей..

10. Нечистая Святая Варвара

Второе моё “ведьмачье” дело вышло, как и первое. Ни маркетинга, ни рыкламмы. “Сделай” от заказчиков. Надпись на мне, что ли, специальная где-то? “Ищу работу ведьмака”?

Осмотрел я свою подкопчёную персону, надписей (даже “пни меня” на спине) не обнаружил, да и перестал фигнёй страдать.

А стал страдать по делу: что мне с этими огнеплюйными летучими глистами-то делать?

То есть, положим, поймать их я, скорее всего, смогу. Даже идеи есть — как, чтоб свою ценную персону не подставлять. Время потрачу, но это на выбранном пути нормально.

А вот то же гипотетическое логово — как искать? То что оно вообще есть — не факт. Твари магические, могут чуть ли не в облаках гнездиться, с учётом их крыл-недомерков.

В общем, выходит, надо мне учиться в “колдунство”, это раз. И со сказками знакомиться… хотя не поможет ни черта, дошло до меня. Ситуация не “мифическая”, а воображаемо-мифическая. Тот же Тролль-Костик — я вспомнил, откуда прототип. Игрушка, чтоб её! Популярная, но человек изменён ПОД НЕЁ.

То есть, нечистики и проявления небывальщины могут быть “воспринимаемыми”, а не “как было”. А могут — как было. И хрен поймёшь “как”, пока тварь не изучишь.

“Сеть небывальщины”, судя по описанному, содержит все ответы. Но я туда даже не знаю, как попасть, не говоря о чём-то более серьёзном. В общем, надо, надо и ещё раз надо, отметил я. И отложил всякое мыслеблудие на потом. Не до того сейчас, заказ глистогонный.

Так что на километре от Зеленюков я стал творить приманку. Из себя, в смысле тросов, овечку какую.

Овечка получилась… мдя. Кулинарных позывов гибрид мумии, бреда абстракциониста и персонажа фильма ужасов не вызывал. А вызывал желание убежать подальше, ну или прибить пакость.

На последнее я и понадеялся, напрягаясь и мучаясь, стараясь, чтоб сумрачное творение моего… всего хоть двигалось более-менее пристойно. Час убил, но хоть ковыляла фигурка из тросов относительно прилично.

Но всего сотня метров доступности, конечно, недостаток. Дальше — “себя” чувствую, но вот управлять — вообще никак. Только одна команда, “ко мне”, после чего тросы её и выполняют. Фигурка расплетается, а ко мне ползёт орда проволочек.

И всё же, сотня метров — лучше чем ничего.

Во время тестов приманки я, а заодно, проверил ряд надуманных моментов. Первое — смогу ли я почувствовать стрелки из самострела металлокинезом?

И выяснилось — смогу. И вытащить им же, как восьмёрку стрелок из туши змея — смогу. А вот с промахами… они улетали за горизонт. Напряжение пружины самострела (точнее, там была не пружина, а две сгибающиеся пластины, вроде