Вадим Климовской - Марш Обреченных. Финал

Фляга с водой в моих руках задрожала, я расхлюпал драгоценную влагу себе на бороду и усы, потеки скатились по заросшему подбородку.

— Алькир осторожнее у нас и без того мало запасов! Думаю, до Гранитки придется ужаться! Осталась половина этой фляги и есть половина у Рыжика… У остальных вода на дне, — с холодностью заметил десятник.

Я с извинениями вернул посуду Рейвану, он зацепил ее на поясе. Мысли мои продолжали вытанцовывать в голове безумные пляски.

Кряхтение Конька прекратилось, он завалился спиною на кусок скального выступа и подремывал — у нас десятиминутный перерыв. И потом опять жесткий бег, карабканье и ползанье по тоннелям. Я боялся представить, на что похожи наши ноги, пятки и пальцы? Я давно натер такие мозоли, и они успели огрубеть и зачерстветь. Мышцы давно перестали болеть, я адаптировался к постоянным нагрузкам и темпу, заданному либо Борнасом с Рыжиком, либо командами Рейвана. Лишь не хотело слушаться сердце, постоянно вредничало, словно малый ребенок — выбивалось из грудной клетки толчками, разгоняло, бешено кровь по жилам, и я неумело стимулировал его исцеляющими плетениями, чтобы не загнуться где-нибудь на перевале, но способности мои не равнять с Борнасом, его же тревожить я не решался, отлаживал лечение на потом. К его услугам я считал, обратиться еще успею, попадать в зависимость к арестанту и даже временно реабилитированному в край опасно, можно схлопотать и попасться в ловкую западню…. Но лучше думать не об этом!..

Я мысленно подсчитал, сколько осталось времени на отдых. Слабый магический свет полыхал над дремавшими телами и легкий жест Рыжика, водившего правой рукой по воздуху, словно ловя нечто невидимое и неосязаемое, мгновенно привлек мое внимание.

— Что ты делаешь?

Борнас впрочем, не метушился, получалось, опасность нам не грозила.

— Чувствуете ветер? Сквозняк? Не далеко выход.

Отчасти его заключение меня обрадовало, пока не вспомнилось о "серых", оборотней и гоблинах. Рано радоваться — ягодки все еще впереди!

— Желудь, пойдешь рядом с Рыжиком! Если что… прикроешь его, понятно? — встрепенулся Рейван.

Борнас до того не соизволил открыть ни одного глаза, делал вид что спал. Скорее всего, для себя одного он давно продумал стратегию наперед, как будем прорываться и как будем отбиваться мы от нечисти. У него видать созрел план до мелочей?

Неожиданно меня посетила странно-страшноватая мыслишка: наше поведение, когда б он наотрез отказался возвращаться в камеру Гранитки?

Я сдавлено подавил застрявший в горле комок.

Не хотелось себя обманывать и переубеждать. Хотелось верить в посмертное геройство и самоотверженность клятвам, в Мейдрине в Академии чародеи принимали священные узы и обрекали жизнь во имя чародейству и долгу службы, насколько серьезно смогла подорвать Гранитка Борнаса, можно лишь догадываться? Но я планировал еще вернуться в Мейдрин, уйти в отставку и пожить в свое удовольствие.

Для Борнаса и того же Конька дорога одна — в клетки!

Напряжение в пещере нарастало, и я мог догадываться от чего? От глупых помыслов и страхов? Или наоборот, вполне весомых заключений?

— В дорогу! — через пару секунд настоял Рейван и мы, треща костями, повиновались, нас гнала вперед слепая вера в успех, мы не могли умереть. Навеки остаться в ледяном аде.

Мне пришлось идти рука об руку с Коньком. Толстячок на постой охал и ахал, тяжко вздыхал. Его б воля, он бы всех нас задушил на первом же привале, не успев, мы толком закрыть глаза, эта разбойничья морда спала и видела возможность учинить террор.

Серые отсветы замелькали за поворотом, в двух десятках метрах от нашей крадущейся группы Рейван скомандовал привал, без разведки сунуться дальше — это полное безрассудство. Я с десятником, конечно же, был прав — разведка нужна.

Борнас тоже кивнул: на выходе могла ждать засада. Вариантов развития событий сотни. И так ясно до Гранитной Балки гоблинское отродье от нас не за что не отстанет.

На проверку выдвинулись Рыжик и тот же Борнас, вдвоем, таясь, они подступили к пещерному выходу и скрылись в серых тонах. Мы с трепещущей жадностью стали отсчитывать минуты в ожидании их. Меня колотило всего, я прятал в глубокие карманы меховки дрожащие руки, Аллон знает, может, то так нестерпимо задувало из зева пещеры, над Руднями бушевала ненастная погода?

Через минут двадцать вернулись наши лазутчики, лица мрачные и недовольные. Я уже загодя предположил, какие ждут нас известия.

— Дорога перекрыта. Гоблины и нечисть всюду. Они поджидают нас на каждом углу…

— Тоннелей дальше нету, надо идти поверху! Прорываться! — не согласился десятник.

— Шаманы возьмут нас тепленькими! Лучше поискать другие варианты!.. — посоветовал Конек.

Мы резковато на него фыркнули. Молчи! Тебе слова никто не давал!

Я отчего-то вспомнил наш прошлый прорыв по открытой местности, может и сейчас нам Желудь поспособствует? Поможет магическими штучками? Можно попробовать.

— Есть предположения? — смерил Рейван наш полукруг.

Безмолвие. Боялись настолько смертельно ошибиться. Десятник же открыто развернулся к Борнасу и, глядя тому в глаза, выложил:

— Твоя магия спасала нас не раз, думай Желудь, как можно выкрутиться и в этот раз?

Борнас отвел взор и впился в черно-обледенелые по краям камни. Лед!

— Сейчас придется прорываться боем, иначе нельзя!

— Нужен отвлекающий маневр, один ты с ними не справишься! — не согласился Рыжик.

Я его поддержал, если нечисть соберется хоть наполовину как под Одноглазой Башней, — она затопит своей массой все Рудни. Тварья наплодилось, не меряно, от Позвонка до самого Льдистого океана. За столетия не вытравишь!

Будут жертвы! Я остро это чувствовал. Высматривал в немых, застывших наших образах, но ничего с тем фактом поделать не мог, мы в западне, и назад смысла поворачивать не видел, прорываться тараном вперед — смерти наперекор, смерти клыкастой и чудовищной. Что ж будем поступать, как велят обстоятельства — идти войной.

Борнас намотал на ладонь левой руки обрезок плаща и тихо, с агрессией промолвил:

— Буду бить без пощады! По-хорошему ведь не понимают! Значит, будет им по-плохому, к чему привыкли, — он скользнул к выходу, я с замиранием увидел замерцавший и завибрировавший мгновенно вокруг него воздух. Забил фонтаном энергетический поток. Близилась схватка! Роковой бой! И мы к нему были готовы.

Вынырнув из недр пещеры Борнас ни секунды промедления, разомкнулся стальной пружиной и широким веером выпустил в собравшихся внизу тварей половину боевого арсенала. Молнии каскадом понеслись на остолбеневших гоблинов, твари с воем заметались на открытой площадке. Погибали в ослепительных пожарах и бросались прочь.