Михаил Бабкин - Слимпериада. Трилогия

– Мы с утра во дворце, ваше величество, – скованно ответила Олия. – Наверное, гуляет, – девушка беспомощно посмотрела на Семёна, тот слегка пожал плечами: он о таком празднике вообще слыхом не слыхивал. – Неужели вы всё это время знали о нас? О том, что мы по дворцу ходим?

– Видишь ли, милая девочка, – Кардинал зевнул, – поисковые заклинания нашли Симеона часа два тому назад, о чём мне немедленно было доложено теми же заклинаниями… дублирующий сигнал, по личной Императорской линии. Был бы он там, – Кардинал неопределённо махнул рукой в сторону, – то сидел бы сейчас в кутузке… ни за что сидел бы. Потому что я тебя, Симеон, арестовывать не хотел, не для того ты мне нужен был. И сидел бы о-о-очень долго, без моего личного вмешательства… Хорошо, что ты здесь оказался, во дворце. Я, собственно, уже дал прямое распоряжение убрать тебя из поиска… да и твоё личное дело приказал уничтожить. Живи, сколько осталось, – Кардинал внезапно помрачнел, глянул на исписанный лист, отвёл взгляд в сторону.

– А… а зачем вы меня искали? – Семён понимал, что не о том идёт разговор, не о главном, но не спросить не мог.

– Ну-у, – протянул Кардинал, откинувшись на спинку стула, – теперь оно не важно… Но раз ты спрашиваешь, то отвечу. Время пока есть, – Кардинал крепко потёр лицо, словно массируя его, словно оно у него онемело. – Ты, разумеется, в курсе происходящего? – Семён кивнул. – И знаешь, из-за чего всё случилось, иначе не пришёл бы сюда, не так ли? Невзирая на защиту дворца. – Семён опять кивнул: ему не нравилось, что Кардинал опережает его вопросы, ему вообще не нравилось поведение Кардинала, неправильное поведение. Слишком оно было спокойное.

– Мирозданию приходит конец, Симеон, – Кардинал опустил глаза к листу бумаги, упёрся в него невидящим взглядом. – И я, я его устроил, тот конец, что самое паршивое!… Я хотел, Симеон, выйти через тебя на бога Слимпа, на самозванного, но могущественного бога… хотел просить его помочь отменить заклинание, которое я сам же создал и применил, не зная о всех последствиях. Чужие исчезли, да, но скоро исчезнем и все мы! – Кардинал поднял взгляд, посмотрел мимо Семёна, сказал глухо:

– К утру погибнет Чумной Мир, слышал о таком? Ах, да! Ты ж всегда представлялся младшим принцем из него, значит, слышал… И дальше всё пойдёт по нарастающей, Симеон, по очень быстрой нарастающей… к концу следующей недели не будет ни одного Мира, из тех, что стронулись с мест после моего заклинания. После его активизации.

– Погодите, – оторопел Семён, – о чём вы говорите?! Это ж космический процесс, это ж столетиями, тысячелетиями может продолжаться! Ерунда какая-то, право… Вы ошибаетесь!

– Это не космический, а магический процесс, – негромко поправил его Кардинал. – И у него свои законы, мне ли не знать! Я оказался тем самым великаном Додо, который наконец-то разрушил стену своей темницы… межмировую стену. Ты знаешь эту легенду, Симеон?

– Знаю, – Семён с трудом сглотнул, во рту вдруг пересохло: однако, всё было гораздо хуже, чем казалось на первый взгляд. Куда как хуже!

– Я не хотел применять то заклинание до последнего, – горько усмехнулся Кардинал. – Надеялся, что с проблемой можно справиться обычным образом… Ты не поверишь, Симеон, сколько моих бывших друзей предало меня, когда я стал Импер… регентом! Сколько их заключило тайный альянс с чужими, с их остатками, и всё лишь для того, чтобы свергнуть меня!… В Земляном Мире, как оказалось, во всю шли работы по изготовлению новой пентаграммы-матки, с прямыми поставками материалов отсюда, из Мира Перекрёстка, – Кардинал зевнул, прикрыв рот ладонью. – И мне пришлось… я был обязан… – Кардинал умолк, глядя в глаза Семёну. – Что, осуждаешь? – он слабо усмехнулся. – Молодой ты ещё, Симеон, глупый. Ни черта в интригах и политике не понимаешь…

– Да, я не разбираюсь в политике, – Семён почувствовал, что начинает злиться. – Возможно, я и впрямь глупый! Но зато я никогда не применил бы непроверенное колдовство, убивающее колдовство… даже против чужих не применил бы!

– Неужто? – брови Кардинала удивлённо полезли вверх, сонный взгляд прояснился. – Никогда-никогда? Даже если б не было другого выхода? Совсем не было?

– Никогда! – гордо отрезал Семён. – Потому что выход всегда найдётся, даже если его и нету. И вообще: немедленно отдайте мне… нам ваше заклинание! Я знаю, как исправить вашу ошибку. Я могу…

– А если не отдам? – Кардинал оживился, куда подевалось его безразличие, даже щёки порозовели. – А? Что делать будешь?

– Вызову вас на дуэль! – рявкнул Семён. – Немедленно, сейчас! От этого заклинания зависит жизнь тысяч Миров, наша жизнь! Моя и моих друзей! – Семён в запальчивости вскочил с дивана.

– Ду-у-эль, – насмешливо протянул Кардинал. – Экий ты резвый… Да куда тебе против меня, мальчишка! Дуэлянт, подумать только. Эх, Симеон, Симеон…

– Тогда я вызываю вас на дуэль, – шагнул вперёд Хайк, отодвигая плечом Семёна, – раз вам нужен хороший противник, то сразитесь со мной!

– С клоунами не дерусь принципиально, – сухо ответил Кардинал. – Здесь вам не ярмарка и не балаган, господин чудак.

– Я не клоун! – Хайк гневно упёр руки в бока. – Я – мастер многопрофильного боя из клана Болотной Черепахи, двенадцатый уровень обучения!

– Тем более не буду, – равнодушно сказал Кардинал, меряя черепахового бойца взглядом. – Я против тебя – как Симеон против меня. Не пойдёт.

– Тогда заклинание гони, гад! – завопил Мар, потеряв всяческое терпение. – Если слышишь меня, так гони! А то валяет дурку, понимаешь… Совесть иметь надо, понял?

Кардинал неожиданно расхохотался, до слёз:

– Цирк, сущий цирк! Ну нету у меня того заклинания, понимаете? Нету! Я его составил и записал прямо в книжке первичных заклинаний. А когда увидел, что всё, конец, нет никакой надежды – сжёг ту проклятую книгу! Сегодня утром и сжёг. Вместе с самодельным заклинанием. – Кардинал неожиданно перестал смеяться: промакнув глаза носовым платком, он выжидательно оглядел визитёров.

– Да, жаль, что вы опоздали, очень жаль. Ещё вопросы есть? – Семён отрицательно покачал головой. Говорить с Кардиналом ему было не о чем.

– Тогда прошу вас покинуть помещение, – официальным тоном приказал Кардинал. – У меня неотложное дело, господа. И я хотел бы побыть один. – Он зевнул, протяжно-протяжно.

– Вы негодяй! – сжав кулачки, крикнула Олия, – вас убить мало! Вы, вы… – она не нашлась, что ещё сказать, лишь тяжело задышала.

– Именно это сейчас и происходит, – мрачно сказал Кардинал. – Я принял перед вашим приходом яд, хороший яд. Мне не будет больно, я просто усну. А после… после откроются все выходы из дворца. Прощайте, юноши. Идите, веселитесь – сегодня праздник, сегодня можно.