Вероника Горбачева - Сороковник. Части 1-4

Да что же это я! Меня тут поставили сторожить, а я на чужую работу глазею? Вот провороню постороннего — и всё мне припомнит дражайший суженый, год потом будет глодать, не меньше! И в своём невольном старании не нарваться на неприятности упускаю момент, когда портал открывается. Просто в какой-то миг на месте полыхающей, словно газовая горелка, мембраны оказывается пустой проём, окантованный едва заметной голубоватой каёмкой. И прямо туда, как бабочки на свет, уже летят, торопятся «светлячки» и недовольно барабанят в спину: проходи, не мешай! Или в сторону подайся… Почему-то я перестаю быть для них проницаемой.

Сморгнув, возвращаюсь к обычному зрению. Ни портала, ни крошек-огоньков. Там, в нескольких шагах, просвечивает мир иной, настолько похожий в своей обыденности на наш, что забреди сюда в глубокой задумчивости рассеянная дама с собачкой — перешагнёт незримый порог и не заметит. Как я не заметила. А спохватится — будет поздно.

Мага прячет кинжал в ножны. На лбу проступают капельки пота. Но — доволен, видно, что доволен.

— Ива, — он вновь берёт меня под руку тем самым хозяйским жестом, который так меня бесит. — Обещай мне кое-что.

Я настороженно смотрю на него. Какую каверзу он задумал?

— У тебя может появиться соблазн уйти. К русичам, например. Или просто от меня. Прошу, не делай этого, потому что я всё равно тебя найду.

— Кольцо настроил? — угрюмо спрашиваю. Он недоуменно приподнимает бровь.

— А-а, это… Нет, кольцо обычное, обручальное; я ничего на него не навешивал. Я найду тебя по ауре, достаточно быстро, но тогда нам гораздо труднее будет строить отношения. Прошу, не усложняй, ты же не ребёнок — от меня бегать. Просто держи слово, и тебе не в чем будет меня упрекнуть. В противном случае… — похоже, он спохватывается. Повторяет только: — нам будет сложнее.

Честно? У меня и в мыслях не было — удирать, в конце концов, он прав, мы не дети малые — в погоню играться… А вот как-нибудь разведать на месте, не слышно ли чего о Васюте, к Янеку забежать, может, Лору с Аркадием найти… Судя по всему, держать меня под замком он не собирается… пока, если уж пытается только словами при себе удержать. Этим и надо воспользоваться. Только не рушить его относительное доверие, — потому как себе дороже обойдётся.

— Сбегать не буду, — отвечаю коротко. Он смотрит на меня испытующе. — Все передвижки — с твоего ведома. Придётся тебе поверить мне на слово.

Мага, помедлив, передаёт мне рюкзачок.

— Надевай. Два дня назад, когда я уходил, там было неспокойно; мне лучше держать руки свободными.

— Степняки?

— Много чего — скупо отвечает он. Ко времени или не ко времени я вспоминаю, как пришлось нам с амазонками отстреливаться; как Васюта в последнюю нашу встречу советовал с Лориными девчатами в походы пока не навязываться; как доблестный сэр Майкл в один из визитов пожаловал не в обычном костюме для верховой езды, а в полутяжёлой броне и при шпаге. А ведь меня здесь не было больше десяти дней. Многое за это время могло произойти… Нехорошо всё это. И очень мне не нравится.

Мага как следует пристраивает рюкзак Николаса за спиной, — раньше он небрежно болтался на одной лямке. Словно музыкант перед концертом, сжимает-разжимает кисти, разминает пальцы. А ведь действительно чего-то опасается. Ох, Ваня, как бы ты к нему не относилась — а лучше тебе сейчас держаться поближе. И надеяться, что детей с Николасом и Анной занесло в более безопасное место. Беру Нору на короткий поводок.

Вот так. Я поближе к Маге, собакин ближе ко мне. Глядишь, если что — прикроет нас этот некромант, как давеча.

Мага пропускает меня с Норой вперёд. Но стоит сделать всего пару шагов, как нас подхватывает светлячковый вихрь и вносит в образовавшийся проход, и мы едва успеваем ногами перебирать, чтобы не свалиться на ходу. Внезапно энергетический поток иссякает. Шерсть на Норе искрит, встала на хребте дыбом; собачон пытается крутануться вокруг себя, но я её сдерживаю. Обернувшись, вижу, как суженый проводит ладонью вдоль рамки портала.

Всё, Ванечка. Вот он, твой личный Рубикон. Пройден.

И снова на меня накидывается ветер — на этот раз со всех сторон! Я даже лицо прикрываю и голову — меня треплет и бьёт и даже, кажется, продувает насквозь!

— Ты что? — слышу голос Маги. — Ива… — и вдруг переходит на командный тон: — Прекрати уворачиваться, это не опасно! Руки в стороны!

И сам отнимает мои руки от лица и разводит.

— Спину прямо! Сказал же — не бойся… Прямо спину, я сказал! Смотри на меня! Стой так, крестом!

Кажется, меня начинает распирать изнутри. Я не могу выдохнуть — воздух на вдохе застревает в лёгких. Сейчас задохнусь…

— Сейчас всё пройдёт, — будто читает мои мысли Мага. — Подталкивает меня к забору за спиной. — Не паникуй, осталось немного. — И кулаком резко надавливает мне на грудину. Это больно, но я, наконец, проталкиваю из себя воздух — и со всхлипом вдыхаю. Мага снова помогает выдохнуть — на этот раз просто с силой нажимая ладонью на то же место. И ещё раз. И… Отдышавшись, я цепляюсь за его руку и пытаюсь отвести. В ушах противно тренькает.

— Об этом я как-то не подумал, — говорит мой спутник озабоченно. — Тихо, Нора, тихо, уже всё в порядке… Ива, не сползай, держи себя в руках. Всё, ты уже подключилась. Постой так немного, приди в себя. А неплохо с тобой Николас поработал…

— Что? — совершенно одурев, спрашиваю. — Как поработал? Почему это… Когда я сюда попала в первый раз — я вообще ничего не заметила… — У меня всё же трясутся ноги и Мага, вздохнув, поддерживает меня за талию.

— Давай-ка пойдём, нечего здесь торчать. Дома отлежишься… В первый раз, Ива, ты пришла сюда пустышкой, а сейчас у тебя аура развита, вот она и подключилась к местному энергополю. Обычно это с новичками происходит постепенно, но сейчас ты попала из немагического мира в магический, вот он на тебя и накинулся.

На меня накатывает страх.

— Мага, постой… — Я даже останавливаюсь. — Выходит, и с девочками так же? Да? И с Николасом?

Суженый мой бледнеет, в глазах мелькает беспокойство. Потом с облегчением качает головой.

— Почему? — требовательно спрашиваю. — Только не смей ничего придумывать!

— Ива, да успокойся, — он с раздражением высвобождается. — Пойдём. Ты же сама нацепила на них свои цацки, в них магии полно, они наверняка сработали как амортизаторы. И потом, не забывай: у них аура ещё детская, свёрнутая, не то что у тебя.

— А Николас? А ты? Почему с тобой такого не было?

— Мы здесь родились, — терпеливо поясняет он. — В поле этого мира. Мы в него вросли с рождения, поэтому при возвращении попадаем в родную среду и адаптируемся сразу. Вот покидать его — это хреново, тебе же Николас рассказывал, каково ему приходилось. Поняла? Успокоилась? Тогда помолчи, не отвлекай.