Николай Бершицкий - Восход Чёрной Луны

   Столица преисподней превратилась из жилища Сатаниила в его тюрьму после того, как Царь демонов, собрав первую крупную армию Ада, атаковал Золотой Град. Не рассчитав сил, он потерпел поражение, но результат столкновения жизненной энергии Всевышнего и ненависти Сатаниила оказался истинно катастрофическим - Мироздание треснуло и раскололось на две половины, предопределив дальнейший ход своего развития. Всевышний прогневился на свое блудное детище и на организованном специально для того случая Суде Хроноса Сатаниил был приговорен к бесконечному заточению в пределах преисподней. С тех пор Владыке Зла только единожды удалось бежать, однако кровавый след, оставленные его преступлениями законов Мироздания, привел его обратно в стены Пандемониума. Новая печать была сильнее предыдущей и отныне Сатаниил вынужден коротать бесконечность на адском троне, манипулируя миллиардами преданных слуг, а также тешась злобой смертных.

   Путь до Сердца тьмы Мироздания предстоял неблизкий, но Бэрон, решив, что отец может и подождать, настроился на прогулку, поэтом не стал перемещаться сразу к вратам проклятой столицы. Вдохнув резкий запах гари, тянущийся от горящих куч безжизненных тел, похожих на манекены, перемешанный с серными испарениями от огненных болот, он бодро зашагал по дороге, вымощенной битыми, растрескавшимися плитами. Бэрон бывал в Преисподней не часто, пожалуй, даже редко для занимаемого положения, и каждый раз, когда выдавалась возможность туда попасть, считал своим долгом насладиться местными "красотами".

   Мир демонов жил своей обычной жизнью: кто-то на кого-то охотился, кто-то кого-то убивал. В основном это были примитивные создания, выродившиеся из зверодемонов, разумные, или относительно разумные, обитатели Ада жили в городах, различных логовах и на Аррогусе - величайшем из существующих в Мироздании рынке миров. Бэрон шел не торопясь, рассматривая вершины пористых каменных гребней, вздымающихся из земли. На их вершинах мелькали сгорбленные фигурки бесов, собирающих в пустошах пыльные грибы, используемые ими в самых разных целях. Бесы, лишь завидев приближающегося темного лорда, точно стайки рыб, бросались по сторонам и прятались за камнями. В мире демонов нередки были случаи, когда более большие и сильные порождения зла убивали тех, что слабее не ища ненужных поводов для жестокости, демонстрируя превосходство. Бэрон с удовольствием прирезал бы беса-другого, поэтому и опасения последних были ненапрасными.

   При приближении к Пандемониуму дороги начинали расходиться в стороны. По пути Бэрону попадались таблички с указанием направлений и груженые всякой всячиной повозки, движущиеся на Аррогус. Как правило, повозок, принадлежащих одному и тому же владельцу, было не меньше двух, ведь последнему предстояло провести на рынке не один и даже не два дня. Вдалеке появился, вскоре вновь растворившись в застилающей рыжую границу горизонта дымке, караван с переродившимися в жалкую плоть рабов закабаленными душами смертных, идущих нести кару на жуткие Рудники, про которые Бэрон знал не понаслышке, либо куда еще. Последний стон раба захлебнулся в очередном завывании сухого ветра, оставшись наедине с вечным отчаяньем обреченных. Император ухмыльнулся, представив какой должно быть ужас объял сейчас ум этих никчемных смертных, и пошел дальше. Впереди забрезжили первые посты стражи - одноэтажные прямоугольные здания с пустыми, точно глазницы черепа, окнами и пристроенными к ним башнями. Возле каждого высились закованные в черную броню с изображением извивающегося золотого змея дьяволы - элита Пандемониума. Буря крепчала, песчаные тучи, подхваченные сильным ураганом, катились клубящейся стеной, и Бэрон, пожалев о прогулке, решил ускорить процесс, срезав часть пути по подземному тайному проходу, которые, как он знал, есть в каждом сторожевом пункте.

   Дьяволы поприветствовали антихриста ударом в закованную грудь, пали на колено и склонили головы. Бэрон молча, но с оскалом превосходства под полумаской шлема, прошел мимо них в сторожку. Внутри находились своеобразные казармы стражи и витая лестница, уходящая в башню. Зверь со знанием дела подошел к шкафу у правой стены, легко отодвинул его, приподнял истлевшие половичок, на котором стоял шкаф, открыл крышку таящегося там люка, и спустился вниз по выбитым в камне ступеням. Деревянная крышка грохнулась на место, пропускающие свет щели потемнели, а наверху послышался скрежет передвигаемого шкафа. Бэрон не стал дожидаться окончания водружения мебели на ее законное место и шагнул к проржавевшей железной двери, разделяющей маленький подпол, засыпанный песком, и потайной путь во дворец. Заслонка на прорези в двери со звоном отодвинулась, в щелке загорелись два налитых кровью глаза дьявола-стражника, пронизанных желтыми прожилками.

   - Кто там? - прищурив глаза, прорычал привратник.

   - Бэрон Ааззен - Великий Зверь! - с гордостью представился Император теней. - Я иду к Сатаниилу, хочу сократить ненужное топтание по песку и пыли.

   - О да, разумеется, - услужливо забормотал дьявол, задвигая заслонку. Спустя одно мгновенье раздался скрежет отодвигаемого засова и щелчки открывающихся замков.

   Дверь, будучи настолько толстой, что была не в состоянии открыться ни назад, ни вперед, ушла в стену. Перед Бэроном выявился мрачноватый узкий коридор, освещенный лампами, вырезанными из черепов, в которых мельтешили слабенькие кружки огня. Возле двери в стене было выбито углубление, где стояли две койки и стол. На одной койке сидел второй привратник, гложущий плохо прожаренную ногу, похожую на человеческую. Тот дьявол, который впустил Зверя, отдал все необходимые почести и запер ворота. После он подошел к Императору и указал в коридор.

   - Там начинается лабиринт, - пояснил он свой жест. - Ловушка для незваных гостей и животных, если пролезут, но для нас есть отметины...

   - Я знаю! - резко оборвал его Бэрон, оскорбившись, что ему растолковывают такие вещи, будто он новичок или пришлый. - Полагаю, я сам смогу отыскать своего отца!

   Дьявол дрогнул и отступил к товарищу. От греха подальше он присел на свою койку и задернул половину рваной занавеси, перекрывающей выемку. Бэрон же пошел дальше своим путем. Темные извилистые коридоры, ветвящиеся и петляющие, не вызвали ни малейших неудобств. Императору даже не пришлось выискивать указатели демонов, он уже отсюда мог чувствовать мощную энергию своего отца, пульсирующую в висках, и это было вполне понятно - в нем самом кипела та же самая энергия. Частичка сущности Сатаниила передалась Бэрону в момент зачатия, заменив душу. Всего лишь через десять минут брожения в застенках подземелья Пандемониума антихрист уперся в толстенную железную дверь, проржавевшую до основания, но по-прежнему непреодолимую. Стражи не было - сторожка находилась по другую сторону двери. Бэрон постучал, и каждый удар отзывался в узком тоннеле. Из-за двери послышалось недовольное кряхтение дьявола, нехотя вставшего по зову гостя.