Дмитрий Браславский - Игры чародея, или Жезл Ниерати

— Флага, увы, не было.

— А чем же он тогда привлек ваше внимание? — В принципе эльфа уже не удивляло умение людей подолгу задерживать взгляд на всякой ерунде, но чтобы разглядывать все корабли на рейде и запоминать их имена… На это, пожалуй, даже люди были не способны.

— Как раз названием. Есть в нем что-то такое… И угрожающее, и в то же время благородное, — мечтательно улыбнулась чародейка.

— Корабль Снисходительных? — предположил Макобер. — При том что в Майонте нет моря? Нет, едва ли. И все же я бы туда наведался.

— Тебе что, предыдущего плавания не хватило?! — накинулся на него гном. — И потом, что значит «наведался»? Подплываешь ты к галеону и спрашиваешь: «Простите, не вашего ли матроса я вчера?..»

— Наведался, — терпеливо объяснил мессариец, — это значит проверил бы: имеет ли «Лезвие ночи» хотя бы какое-то отношение ко всем нашим приключениям. Или, положим, эту штуковину его боцман в порту посеял месяца три назад.

— А если имеет, то что? — настаивал Мэтт. — Я как-то плохо себе представляю захват корабля, когда вокруг так много воды.

— Хочешь уговорить его выбраться на сушу? — понимающе кивнул Торрер. — И вообще, что тебе вода? Как мыться — так первый.

— Знаешь, море в Трумарите показалось мне грязноватым, — процедил гном. — Толком и не искупаешься. Мист, а вы что-нибудь еще про этот корабль не знаете часом? Кому принадлежит, скажем?

— Увы. Меня не настолько заинтересовало название, чтобы наводить справки об этом галеоне. Но боюсь, нам его действительно не захватить.

— И не надо, — обрадовался Макобер. — Тут лучше в одиночку. Я сам смотаюсь туда-обратно — и через два часа у нас будут ответы на все вопросы.

— Я решительно против, — поддержала гнома Бэх. — Ну не согласна я искать тебя потом по всему морю!

— Трупы обычно прибивает к берегу, — тоном знатока сообщил Торрер.

— Какие трупы! — возмутился мессариец. — Я мигом: одна нога здесь…

— …а другую к берегу как раз и прибьет, — отрезала жрица. — Или тебе не терпится выяснить, сколько нужно убийц, чтобы отправить тебя на Бесплодные равнины?

— Подумаешь, какие-то Снисходительные! Было бы о чем говорить!

Однако мессарийца не поддержали.

— Значит, так, — подвела итог Бэх, — на корабль нам сейчас соваться нельзя. Ни по одному, ни всем вместе.

— Золотые слова. — У Мэтта отлегло от сердца.

— А вот в порт очень даже можно, — продолжила девушка, — но осторожно. Потолкаться, порасспросить народ, выяснить, что это за «Лезвие ночи» и с чем оно пришло в Трумарит.

— Запросто! — обрадовался приунывший было мессариец. — Ждите меня к…

— Нас, — поправил его гном. — Вместе пойдем.

— Вместе так вместе, — вздохнул мессариец. — Вечно вы мне не доверяете! А если я пообещаю, что не поплыву на корабль?

— То это насторожит нас еще больше, — отрезал гном.

— А пока вы гуляете, мы попытаемся разузнать, на что способна эта штуковина! — Энтузиазм в голосе Торрера навел Мист на мысль, что эльф обрадуется в любом случае, просто потому, что «в этой штуковине» есть частичка магии.

— Попытайтесь, — обреченно согласился гном.

Мист мысленно улыбнулась. Ну, с Мэттом понятно: гномы с удовольствием пользуются магией, пока та работает стабильно и предсказуемо. Ворчат, изо всех сил делают вид, что ни на грош не доверяют «этим человечьим колдунам», но пользуются.

А вот для Торрера такой интерес к колдовству просто поразителен. Не любят эльфы его, больше, чем гномы, не любят. Хотя, с другой стороны, если про мага-гнома она никогда не слышала, то маги-эльфы вполне есть, и даже известные. Только ведь и другое она слышала: уважающий себя эльф руки такому магу не подаст.

— А что, — все больше загорался Торрер, — найдем в городе чародея посильнее, заплатим ему…

— Заплатим? — встрепенулся Мэтт.

— Может быть, у герцога Этренского есть придворный маг? — быстро вмешалась Мист, прочитав по лицу гнома, что здесь он готов стоять насмерть.

— Куда ж ему без мага-то, — усмехнулся Мэтт. — И мы даже о нем слышали. Помните того недотепу, который…

— А раз есть маг, — спокойно продолжила чародейка, — то почему бы, собственно… Скажите, он сейчас в Трумарите?

— Представления не имею. А что?

— Ну, если герцог был так любезен, что направил к вам стража и Моргиля, почему бы ему не попросить своего придворного мага заняться этой статуэткой?

— А кстати, кто он такой, этот господин Моргиль? — закинул удочку мессариец. — Что-то мне показалось, он слишком много о себе воображает.

Мист улыбнулась:

— Это с ним случается. В свое время дочка немало про него рассказывала.

— И как он ей? — заинтересовался Торрер.

— Ну… — Чародейка задумалась. — Мне показалось, что она его ценила. Может быть, по-своему даже любила. Во всяком случае, он был ее другом. А что нос задирает, так для жрецов это обычное дело.

— И какого же бога он жрец, если не секрет? — нахмурилась Бэх. — Мы как-то толком и не успели его расспросить.

— Будет еще время. — Похоже, чародейка уже думала о чем-то своем. — Помнится, дочка говорила, что он не слишком любит распространяться на эту тему. Даже медальон всегда под одеждой носит.

— А она случайно не рассказывала, как выглядит этот медальон? — не отступала девушка.

— А почему вы, собственно, думаете, что она его видела? — невинно поинтересовалась чародейка.

Бэх явно собиралась что-то ответить, но в итоге сочла за лучшее промолчать.

— Эх, надо было спросить у Моргиля, когда герцог возвращается с охоты, — попытался спасти ситуацию Торрер. — Ладно, забыли так забыли. Но я был бы не против сходить проверить, и если герцог уже в Трумарите…

— Отличное время для визита к Его Светлости, — хмыкнул Мэтт. — Не знаю, как там у людей заведено, но я бы убил, ежели б ко мне ввалились в шесть часов утра и принялись талдычить про какие-то там статуэтки.

— Не такие уж важные птицы эти ваши герцоги, — между прочим заметил Макобер. — Помнится, когда мы Беральда в три часа ночи из темницы вытаскивали, он почему-то не возражал, чтобы его побеспокоили. И этот переживет.

— Беральд был графом… — начал Торрер, однако у чародейки вновь не хватило терпения дослушать до конца.

— Переживет — не переживет, делать нечего, — пожала она плечами. — В конце концов, ради друзей может и проснуться.

— А вы что, дружите с герцогом? — с завистью присвистнул Торрер.

— Да нет, это вы дружите с герцогом, — терпеливо пояснила Мист. — И я совсем не настаиваю, чтобы мчаться к нему прямо сейчас.