Дарья Гущина - Выбор павшего. По следу памяти.

Ну, нервы у меня не железные и потому — долго я не выдержала. Высунула нос из-под одеяла и дрожащим голосом позвала:

— Свя-я-я-ят?..

Храп сразу же прекратился.

— Гм?

— Ты спишь? — громким шепотом осведомилась я.

— Конечно. А что мне еще делать?

— Кончай шутить уже, нашел время!.. Слышишь это?..

Харт завозился на полу и подвинулся к моей лавке.

— И уже давно, — тихо признался он. — Только задремать успел, а пробило полночь — и вот, явились…

— Кто?..

— Призраки ночи.

Я завернулась в одеяло и сползла к нему на пол. Так и разговаривать удобнее, и не шибко боязно. Мы уселись рядом, плечом к плечу, прислонившись к лавке.

— Призраки ночи — они вроде поветрий, — разъяснил мне Свят. — Возникают из негативных эмоций людей. Не сразу, конечно. Сначала эмоции накапливаются, потом приобретают некую форму, потом — зачатки мозга, а уже затем — начинают после полуночи вредить народу. Проникают в людские сны, насылают кошмары… Слышишь, бабушка стонет? Один из ночных призраков сейчас в избе.

— А на нас не действуют?

— Нет. У нас — природная магическая защита от всякого рода мелкой нечисти.

— Странный у вас мир, — покачала головой я. — В Альвионе — ничего подобного не встречала…

— И у нас тоже никогда ничего такого не происходило, — развел руками мой собеседник. — Для чего, как ты думаешь, нам Магистр? Он распознает местность, где вьют «гнездо» ночные призраки, уничтожает его, очищает деревни от избытков негатива… А сейчас, когда присматривать за миром некому, к нам и лезет всякая гадость. Поветрия — исключение.

— Выходит, все, что делают люди — находит отклик в мире? — задумчиво пробормотала я. — Злятся — кто-то возникает, радуются — кто-то возникает, болеют — тоже кто-то возникает?..

— Угу.

— А почему он так громко дышит?

— Это не призрак дышит. Это его магия сквозит изо всех щелей. Удержать такое огромное количество энергии без тела — та еще проблема для низших существ.

— И что ты предлагаешь?

— Разумеется, помочь.

— Ты что, совсем сбрендил? А кто завтра еще до зари встать собирался и сразу пуститься в погоню за пророком? Ась?

— Выспаться мы потом всегда успеем, — упрямо возразил Свят. — А людям помощь нужна. Кошмары — только первая стадия. Догадайся с трех раз, какая следующая.

Я взглянула на мечущуюся по лавке добрую бабульку и невольно вздрогнула. Неужели, они умирают во сне?.. Мать моя женщина…

— А нам за это заплатят? — продолжала гнуть свое я.

— А дармового ужина и ночлега тебе мало?

— Ну, уж про ночлег бы помолчал, — возмутилась я. — Поспишь тут с вами! То по полу таскают, то на лавку роняют, то воевать с кем-то гонят!..

— А нечего было притворяться, что спишь, — огрызнулся Свят.

— А я и спала!

— Да, как я пять минут назад!

— Двадцать!

— Засекала, что ли?

— Допустим!

— Ну-ну…

Как обычно. А право на последнее слово мы отвоевывали друг у друга с переменным успехом…

Помолчав, харт вздохнул и проникновенно так заговорил:

— Касси…

— Да согласна я, согласна, — пробурчала я. — Изверг я, что ли, какой… Чего делать будем? Какой у тебя план? Ведь уже придумал все, угу?

— Угадала.

И Свят принялся обстоятельно объяснять мне план предстоящей операции. Для начала следовало обнаружить базу местных бандформирований, затем — заслать дезертира во вражеский окоп, дабы он навел там шороху, после чего — к смельчаку присоединяются остальные участники (в данном случае, участник), и они хором довершают разгром противника. Все просто, как в танке. Но мне от этого легче не стало. Сами догадаетесь, кому «главком» отвел роль отважного дезертира или вам аккуратно намекнуть? Думаю, и так понятно. А обосновал свой выбор хитрый Свят тем, что, мол, я же негатив изучаю, я же люблю уничтожать — мне и карты в руки. Заодно, добавил он, потренируюсь…

— Так, а где находится окоп? — смирившись со своей участью, деловито поинтересовалась я.

— Что? Окоп? Какой окоп?.. — не понял он. — Ах, «гнездо»? Сейчас пройдемся по деревне и найдем.

— Ну, предположим, мы его уже нашли. Дальше?

Харт замялся, но признался:

— Если они свили «гнездо» в душе человека, а так призраки чаще всего и поступают — мне придется поместить тебя в чужой сон.

Я так и застыла с открытым ртом, поперхнувшись вертевшимся на языке вопросом.

— Не поняла…

— Возникновение «гнезда» обычно связано с одним конкретным человеком, самым вредным на деревне. Сформировавшиеся призраки, естественно, тянутся к нему и обживаются в его душе. Человек под их гнетом начинает злиться и нервничать еще больше, подпитывая призраков. И тебе надо добраться до самых корней недовольства человека и любым способом их устранить. Исчезнет подпитка — исчезнет «гнездо» — ослабнут призраки. А все остальное я беру на себя.

— Очень благородно с твой стороны, — ехидно ввернула я, вставая и на ощупь определяя местонахождение своих сапог.

— У порога поищи, — подал голос мой собеседник.

Сапоги действительно скромно притулились у порога. Сев на пол, я обулась, надела перевязь и первой высунулась на улицу. Настроение мне Свят испортил окончательно. Мало того, что курить хотелось, хоть на стенку лезь… Так еще и этот, с позволения сказать, проводник опять меня кое-куда завел… Нет, нездоровое у него имя какое-то…

А вот и он. Вышел на крыльцо, бесшумно прикрыл дверь и насторожился. Потом долго оглядывался, принюхивался и, наконец, решительно указал куда-то за деревья. Понимаете, деревня ведь в лесу находилась, потому и избы «росли» здесь, как попало, вперемешку с обычными елками-соснами.

Итак, мы поперлись искать окоп. На дворе ночь, темно, страшно, маньяки за кустами прячутся… Призраки, в смысле. Видеть мы их — не видели, но — слышали. Тяжелое, хрипловатое дыхание то и дело раздавалось со всех сторон, когда местная нечисть вылезала из одного дома, чтобы перебраться в следующий. Увижу того, кто тут такой беспредел развел — прокляну!.. Дабы ему неповадно стало над приличными людьми издеваться. И над теми, которые по ночам бродить вынуждены — тоже.

Кстати, был у меня, помнится, в прошлом году случай подобных поисков. Поехали мы группой к кому-то на дачу обмыть удачную сдачу очередной сессии, а на дворе лето стояло, в домике сидеть — неохота, и направили мы свои стопы в ближайший лес. Потом все как у всегда — ночь, тепло, звезды, костер, шашлык, водка… Романтика, в общем. Одно плохо — в самый неожиданный момент алкоголь вдруг закончился, а народу — все мало. И дернул же Ваську черт вспомнить, что они прошлой весной тут же чей-то день рождения отмечали и зарыли под каким-то деревом бутылку водки. Зачем, правда, зарыли — не сказал, но настроение народу он этой новостью здорово поднял. И вот, представьте себе, воодушевленные студенты дружной и нетрезвой толпой активно устремились на поиски вожделенной бутылки. Правда Васька, минут через сорок безуспешных поисков, все-таки раскололся и признался — примет того дерева он, увы, не помнит… Водку мы, естественно, не нашли, и вернулись в домик злые, уставшие и абсолютно трезвые. Одной только Наташке подфартило — она случайно наткнулась на чью-то заначку из трех банок пива, мирно закопанную под кустиком дикой малины… Ваське же по утру так досталось за склероз, что он, разобиженный, удрал в лес и через полчаса вернулся оттуда с искомой бутылкой… А то ли в магазин успел сбегать купить и в земле извалять, то ли действительно нашел — история знает, но молчит.