Маргарита Бурсевич - Предсказать прошлое

  -Элизе, - протяжно выдохнул он мне в шею и сжал руки ещё сильнее.

  -Тристан, - взмолилась я, сама не зная о чем прошу.

  Все тело ныло, ломило, скручивало, сводило судорогой и пульсировало. Ощущения были настолько сильными и не знакомыми, что я не могла понять мне хорошо или плохо, а может мне настолько хорошо, что аж плохо.

  Пока он покрывал короткими поцелуями мои плечи и дразнил языком бьющуюся на шее жилку, я всеми силами пыталась избавиться от мешающей нам одежды. Развязывала галстук, терзала пуговицы на фраке, одновременно с этим пытаясь его стянуть с широких плеч Лебрена. Заметив мои мучения, Тристан стал мне помогать и уже через минуту кроме брюк на нем ничего не осталось. Ой, мама дорогая! У меня от этого зрелища просто пар из ушей пошёл, такого скульптурного тела с чётко вылепленными тугими мышцами в живую никогда не видела. Я как заворожённая пробегала по нему руками, поглаживая его сильные руки и грудь с тёмной порослью волос и единственно, что чуть слюной не захлёбывалась. И это все мне? Я, наверное, в своей жизни сделала что-то очень-очень хорошее, за что мне и досталась эта женская мечта. Я смотрела на него как на большой и вкусны торт и вела себя соответственно. Приблизив лицо к его груди, благо даже наклоняться было не нужно, нежно и медленно провела кончиком языка от соска до шеи. Его кожа мгновенно покрылась пупырышками мурашек, и я повторила своё действие. Его тяжёлый выдох стал для меня наградой. Моя шаловливая рука прошлась от груди до пупка, едва касаясь, заставляя напрячься пресс и дёрнуться в брюках мужское достоинство. Пока я экспериментировала и изучала мужчину прижимающего меня к стене, он тёрся лицом о мои волосы, глубоко вдыхая их запах и не останавливаясь повторяя:

  -Элиз!Элизе! Элизе!

  Я прижалась ухом к его груди, слушая тяжёлый стук сердца и заведя за Тристана руки, ногтями слегка надавливая, прочертила дорожки до самой поясницы. Вот после этого моего действия у Лебрена сорвало стоп-кран. Меня резко развернули, прижав грудью к деревянной поверхности и стянув платье с плеч, распустили шнуровку корсета. Ещё пару лёгких движений и на мне осталась только нижняя рубашка и скрытые под ней панталончики. Повернув меня к себе лицом, Тристан окинул всю эту картину долгим собственническим взглядом и подхватил меня на руки. Он нёс меня по направлению к кровати не переставая целовать мои губы, щеки и глаза, постоянно что-то тихо неразборчиво нашёптывая тихим хриплым голосом.

  Нет, так не пойдёт, я хочу знать, что он мне говорит, я хочу услышать и запомнить каждое слово, произнесённое моим мужчиной.

  -Повтори, - прошептала я Лебрену в ухо, не забыв его при этом тихонько прикусить.

  Он остановился среди комнаты, и прямо смотря мне в глаза чётко произнёс:

  -Я знаю, что ты не моя и от этого невероятно больно. Чувствую себя вором, крадущим мгновения счастья, но удержаться уже не могу. Теперь я существую, только видя тебя, а живу, когда ты смотришь на меня в ответ.

  Он наклонился, прижимаясь своим лбом к моему.

  -Я призираю себя за слабость и ненавижу за то, что заставляю тебя идти против законов людей и Бога.

  Я зажала его губы руками.

  -Ты ни к чему меня не принуждаешь, я сама сделала выбор, - я забыла, что хотела ещё сказать, слишком сильно отвлекали его губы, ласково целующие мои пальцы, закрывающие его рот. Вобрав в себя мой указательный палец слегка его пососал, от чего у меня побежали мурашки по позвоночнику.

  -Тристан, - простонала я, и прижалась к нему теснее.

  Усадив меня на край кровати, маркиз стянул с меня нижнюю рубашку, и припал к соскам, смакуя и покусывая их, вынуждая выгибаться дугой и крепко держаться за его плечи. Он стоял на коленях, устроившись между раздвинутых коленей, и руками удерживал меня за попку. Его горячие губы по очереди играли то с одной напряжённой вершиной то с другой, в отчёт я только хрипло проговаривала как заведённая:

  -Тристан! Тристан! Тристан!

  Не выдержав сладкой пытки, я подалась ему на встречу и сама поцеловала, желая находиться ещё ближе. Поцелуй становился все жарче и все чаще перемежался покусываниями и становился все более диким и голодным. Лебрен осторожно уложил меня спиной на мягкую поверхность и навис сверху.

  -Не моя желанная Элизе, - благоговейно выдохнул Тристан, накрывая меня своим телом. Его руки и губы были везде и всюду. Поцелуи, поглаживания, сжимания и ощупывания. Его рука медленно,но верно спускались вниз, вызывая трепет в низу живота. Его пальцы нащупали жаждущий узелок и нежно на него надавили, вырывая приглушённый вскрик. Я выгнулась и заметалась на простынях в ожидании чего-то волнующего, что он хотел мне подарить. Он поглаживал, потирал и надавливал,от чего меня бросало то в жар то в холод, пальцы на ногах поджимались, а мышцы сводило судорогой. Я потерялась во времени и в ощущениях, простыни подомной давно сбились в комок, а губы опухли от жёстких поцелуев. Из пересохшего горла кроме хрипа уже не вырывалось ни звука и только в редкие моменты, когда поцелуй прерывался для вдоха, беззвучно шептала его имя.

  Хоть я и чувствовала, что меня совсем скоро ждёт взлёт, каскад ощущений накрыл меня внезапно. От точки соединения его руки с моим телом пошла горячая пульсирующая волна по всему измученному телу, вырывая из моей груди надрывный крик блаженства.

  Эмоции были настолько сильными, что я, распахнув глаза, резко села на постели. И оказалась в темноте комнаты совсем одна. На мне было все тоже платье, в котором я спускалась к ужину, не расправленная постель смята, а тело покрыто испариной. Откинувшись на спину, я глубоко и протяжно вздохнула полной грудью, пытаясь привести сердцебиение в норму.

  Все было так реально, что я до сих пор чувствовала его руки на себе, губы по-прежнему ныли, а между ног я ощущала горячую влагу желания.

  Я поднялась и обхватила себя руками, так как резко остывающее и замерзающее тело отказывалось приходить в норму. Пульсация в низу живота заставляла стиснуть зубы. Напряжение зашкаливало, от чего в глубине души поднялась злость. Я пнула, стоящие рядом с кроватью туфли, развернувшись и схватив подушку, запустила ей в стену, но мне этого показалось катастрофически мало и я, уже не сдерживая себя, швыряла во все стороны все, что могла поднять или хоты бы сдвинуть. Разбила несколько красивых вазочек, которые совсем недавно с наслаждением осматривала. Разбила спинку любимого кресла о каминную решётку, сдёрнула с окон темно-жёлтые шторы и содрала с кровати все постельное белье.

   Выбившись из сил и задыхаясь, я прижалась спиной к стене и медленно сползла вдоль неё на пол. Сидя и прижимая к себе колени, я оглядывала результат своего буйства. Получу завтра нагоняй от Лолы. Закрыв глаза и откинув голову назад, застонала в голос от безысходности. Как же мне было хорошо ещё каких-то несколько минут назад и так же плохо мне сейчас, когда выяснилось что все что доставляло мне столько наслаждения всего лишь сон. Видимо что-то со мной совсем не так, ведь только что безумно злилась, а сейчас сижу и не могу думать не о чем другом, как только о том, что мне интересно, в жизни он настолько же хорош? Я буду просто не я, если не узнаю ответ на этот вопрос.