Маргарита Бурсевич - Предсказать прошлое

  -Лола, я пошутила, - воскликнула я, не желая её пугать.

  Та облегчённо выдохнула и укоризненно на меня посмотрела. Ну, вот, я умудрилась дважды за вечер вызвать неудовольствие своей служанки, докатилась.

  Лола, собираясь уходить, направилась к двери, но вдруг остановилась и вернулась назад, как будто на что-то решившись. Положив книгу на стол, освободив руки, принялась объяснять, что её беспокоит.

  Пальцем указала на меня, потом повела линию на уровне моих глаз и сжала обе свои руки в крепкий комочек и указала на место где расположено сердцем и опять вернула к глазам.

  -Что это? Я не понимаю.

  Лола снова показала на глаза, а потом прочертила у себя на лице дорожки, по щекам изображая слезы. Она, что думает, что я плакала?

  -Слезы?

  Она отрицательно покачала головой и указала на голову.

  -Грустно?

  Кивнула, и снова ткнула в область сердца.

  -Грустно на сердце?

  Снова кивнула и указала на меня.

  -Ты считаешь, что мне грустно?

  Опять утвердительный кивок.

  Когда-нибудь она станет умной, сильной духом и очень проницательной женщиной, которая выделяет главное и зрит в корень. А ещё она добрая и замечательная. Вот от её заботы я и в правду прослезилась, впервые с того момента как попала сюда. Вот так, столько происшествий, а расплакалась я от того, что кто-то кому ничего от меня не надо проявил искреннюю заботу. Лолу не на шутку напугали мои молчаливые слезы, и она стала судорожно оглядываться, не зная, что ей делать. Я её обняла, чтобы не пугать и тихо сказала, глотая слезы:

  -Ничего страшного не случилось, честное слово, не переживай.

  Она указала на себя и вопросительно заглянула мне в глаза.

  -Нет, хорошая моя, ты не можешь ничем помочь. Не грусти, ладно? А то если я ещё и тебя утешать буду, совсем расклеюсь, - засмеялась я сквозь слезы.

  Лола лишь сильнее сжала мои плечи, услышав надрывную боль сквозь смех. Аккуратно довела меня до диванчика и крепко держала, пока поток слез совсем не иссяк. Совсем развалилась, так нельзя, ведь все только начинается, а я уже нюни распустила. Шумно вздохнула, встряхнулась, мысленно похлопала себя по щекам и после этого отклеилась от Лолы.

  -Спасибо, уже лучше. Наверное, это нервы и тоска, ведь я здесь совсем не давно и сложно привыкать к новому месту с новыми людьми, - оправдалась вроде правдоподобно, ложь она увидеть не должна, ведь я не словом не соврала, просто чуть-чуть не договорила. Я ей доверяла и по большому счету мола бы и рассказать о сердечной катастрофе, но тогда нужно было посвятить и в остальное, но не думаю, что ей нужна эта правда, да и я не готова это все обсуждать.

  Лола сочувственно кивнула и ласково погладила меня по голове, точно, так как делала мама, когда я приходила в слезах с разбитыми коленями или после очередной драки со старшим братом.

  -Ну, все, хватит истерик. Надо привести себя в порядок совсем скоро ужин, и я не хочу, чтобы Жак переживал из-за моих опухших глаз и красного носа, а то ещё, а постель уложит как тяжелобольную, с него станется.

  Следующие несколько минут мы пытались стереть все следы моей внезапной слабости. Я испытывала на себе посоветованные Лолой примочки для глаз и активно запудривала нос. Перед тем как спустится в столовую, ещё раз заглянула в зеркало, что бы убедиться в успехи наших манипуляций и осталась довольна результатом. Последним штрихом пощипала скулы, чтобы скрыть бледность и направилась на ужин.

  А за столом все те же на манеже. Карл с каменным лицом безразличия ко всему происходящему и взволнованный Жак, который просто-таки подскочил при моем появлении.

  -Элизе, милая! - и я уже была зажата в медвежьих объятиях. Что-то часто в последнее время я попадаю в окружение чужих рук, это что, такой способ избавиться от меня через хроническое удушение. Далее я была расцелована в обе щеки и очень бережно усажена за стол.

  -Ты даже не представляешь, что ты сегодня совершила.

  -Почему же, представляю. Я сегодня разняла драку двух собак, - совершенно спокойно резюмировала я.

  -Не просто собак, ты спасла ведущих загоняющих.

  -Кого?

  -Айко является лидером, он ведёт за собой загоняющих добычу псов, без него они просто свора.

  -То есть, если он их не ведёт они не пойдут за добычей.

  -Может, и пойдут, но как одиночки без координации в действиях, а в результате за место охоты мы бы искали их по всему лесу, как заблудившихся щенков.

  -Без Айко охота бы не состоялась?

  -Именно. И при том дело бы не ограничилось одной пропущенной охотой, такого лидера готовят долго, для этого нужен щенок с особыми качествами.

  -Но ведь у хозяина угодий наверняка тоже есть охотничьи псы, неужели нельзя пойти за ними? - задавая вопрос, я специально не произносила имя Лебрена, чтобы сохранить хоть видимость хладнокровия.

  -Использовать чужих охотничьих собак, равносильно тому, что попросить его личную лошадь в пользование, - с каким-то трепетным ужасом возмутился Жак.

  Видя непонимание на моем лице, Жак только развёл руками. Картину прояснил,вмешавшийся в разговор, Сорел:

  -Лошади и собаки готовятся под одного хозяина, и никто никогда их не одалживает и ни в коем случае не даёт в пользование, это равносильно тому, что придёт маркиз Лебрен к Жаку и попросит Вас у него на недельку... покататься.

  Фу, как грубо, зато сразу расставило все на свои места. Аристократия! Жена на третьем месте после лошади и собаки и такая же вещь. Закачаешься. Но прогресс на лицо, в средневековье в этой очереди перед женщиной ещё и меч числился. Да и ответ, зачем все было организовано, теперь понятен. Это я думала, что охоту такой мелочью не отменить, а вон как оказалось. Расчёт все же шёл на то, чтобы вообще исключить нас из участия.

  -Карл, - одёрнул Сорела Жак. - Следи за тем, что несёшь.

  Ух ты, Карл покраснел. Нет, правда, пошёл бардовыми пятнами. Зрелище было потрясающим, лысая блестящая голова ярко-красного цвета, как лампочка, я залюбовалась. Уверена, что такое состояние для него редкое явление. Вот бы сюда фотоаппарат, я бы это эксклюзив бережно хранила, так сказать, реликвию для потомков.

  -Извините, маркиза, Вы ведёте себя и говорите, порой, с мужским взглядом на вещи и я привык разговаривать с Вами прямо и забылся. Ещё раз простите за столь неделикатное высказывание.

  Не фига себе, а извиняется то он совершено искренне. Только, на мой взгляд, абсолютно зря.

  -Карл, знаете, меня больше устраивает, когда со мной говорят прямо. Поэтому не стоит извиняться и менять своё отношение, оно меня вполне устраивает. Пусть грубо, но зато честно.