Майя Ахмедова - Ледяная Королева

Я, игнорируя оленей, белок и прочую живность, переместила искристое полотно «сети» в интересующем направлении. Медвежонок, поглощенный ловлей рыбы в глубоком ручье, ненадолго завладел моим вниманием — уж больно забавное было зрелище! Потом я невольно отвлеклась на не поделивших что-то барсуков, но резко усилившаяся пульсация «маячка» заставила меня сосредоточиться.

Так-так, и кто это тут у нас? По малоезженой дороге, примерно в паре километров от нашей стоянки — если считать напрямик через лес, — неспешно двигался длинный пестрый фургон, запряженный шестеркой сытых лошадей. На козлах восседают бок о бок двое оживленно беседующих молодых людей вызывающе спортивной наружности, рядом трое всадников, и внутри — еще человек восемь. Судя по ощущениям, по меньшей мере, четверых я знала настолько хорошо, чтобы узнать их даже сейчас…

Идея созрела мгновенно. Я толкнула Лингу локтем:

— Уважаемая надха, что вы скажете, если мы…

Огромная кошка несколько секунд пристально смотрела на меня и наконец расфыркалась, потешно сморщив нос и сощурив изумрудные глазищи — смеялась. Ей, как всегда, не потребовалось никаких объяснений. Оставалось только подбить на задуманную каверзу остальных.

Впрочем, недаром говорится: скажи мне, кто твой друг… Моя шальная идея была встречена буквально на «ура!». Девчонки тут же забросили до лучших времен и керль, и спрок (местную разновидность футбола), оставили на вахте у костра Тиальсу и главную шушку, в два счета привели себя в надлежащий вид и, повскакав на неоседланных лошадей, ринулись вслед за мной.

Гнедые коняги, неторопливо попиравшие копытами плотный дернистый грунт лесной дороги, были просто вынуждены остановиться, когда в трех метрах перед ними приземлились две надхи и одновременно продемонстрировали в оскале все свои нешуточные зубы до единого, давая понять, что настроены серьезней некуда. Передняя пара упитанных рысаков даже честно попыталась встать на дыбы, а уж выражение на их мордах было до того сходным с таковым на лицах обоих возниц, что я от смеха съехала со спины Агата намного раньше и быстрее, чем собиралась вначале.

— Кошелек или жизнь!!! — Хвала папе-офицеру, наградившему свою дочь голосом, вполне командирским от рождения! Взведенный арбалет в моих руках и высыпавшая из кустов группа неулыбчивых девиц при оружии на изготовку и с лицами, размалеванными сажей в духе коммандос, придавали моим словам особый вес.

Челюсти всадников и возниц-атлетов синхронно сбрякали в примятую траву. Оно и понятно хотя бы потому, что о разбойниках в этих краях не было слышно добрых полвека.

— Лучше жизнь, потому что деньги нужны как никогда! — отозвался веселый звучный голос, и высокий медноволосый красавец легко выпрыгнул из фургона, раскрывая мне гостеприимные объятия.

— Папаша Хелль!!!

Звонко цивкнула тетива, и все машинально пригнулись. Я же, бросив следом за арбалетом стрелу, предусмотрительно вынутую мною из желоба еще в лесу, торопливо шагнула навстречу, поскольку никому не собиралась уступать право первой повиснуть на этой шее.

— И с чего бы такая нужда в деньгах, что даже с бедными разбойниками поделиться жаба давит? — поинтересовалась я, обменявшись между делом приветственным шипением с двухголовой змейкой. — Неужели на старости лет стал домовитым?!

— Да вот, видишь ли, — развел руками «золотой голос королевства», лукаво улыбаясь, — мой лучший друг, сын тоже лучшего друга, собрался наконец-то жениться…

— Так пусть у него и болит голова!

— Да, но подарки? Для невесты, например?

— И вправду — чего это я?! — Мне пришлось-таки освободить место на его шее для остальных стоявших в очереди желающих, которые с радостным визгом повисли на ней целой гроздью, заставив барда взывать к их милосердию и громко сетовать на преклонный возраст.

Прочие «пострадавшие», ухмыляясь до ушей и оживленно гомоня, уже обменивались приветствиями с «грабителями».

— Ну, здравствуй, медно-каштановая! — Ворх, сияя как начищенная шпора, передал меня с рук на руки весело скалящемуся Сотресу. — Что, все жалованье в карты просадила? Или нет — наверняка проспорила и теперь на большой дороге промышляешь?

— Ты, как всегда, неправ, мой мудрый серый брат… хоть и бывший, — фыркнула я, ответно чмокая в щеку Тарглана, — так что даже не надейся на снисхождение по знакомству!

— А то в другое время от вашей светлости его дождешься!

— Начинается! — возвел очи к небу Призрак, подбирая поводья.

Сотрес тоже хотел было добавить что-то в тему, но ему помешал дородный добродушный дядечка, основательно похожий на чернявого Деда Мороза, разве что борода у него была покороче. Он деликатно покашлял в кулак, обратив на себя наше внимание, и с поклоном поинтересовался:

— Что же вы собираетесь делать с нами, господа грабители?

— Как что? Грабить! — пожала плечами я.

— И пытать! — кровожадно добавила Джанива, небрежно поигрывая самым большим кинжалом и подмигивая Ворху. — А за кое-кого потребуем выкуп. Так что вам троим, господа, остается только молиться всем богам по очереди — в любом порядке — и надеяться, что вы дороги нашему величеству хотя бы как память о былых совместных похождениях!

Почему-то никто из указанных троих не возражал, да и все остальные приняли свой жребий со смирением. После двухчасовой пытки купанием, вином и деликатесами пленники не вынесли мучений и охотно раскололись все как один, выдав последнюю «государственную тайну». Оказывается, задолго до восхода солнца король со товарищи изволил отбыть на рыбалку, а вышеупомянутые товарищи решили под это дело устроить ему вечеринку по поводу прощания с холостой жизнью. Они, совместно тряхнув кошельками, пригласили труппу бродячих циркачей-комедиантов — старых знакомцев нашего барда, предводителем которых и был тот самый «Дед Мороз», — и наняли стайку «ночных жаворонков», ожидаемых чуть позже. Что ж, ничего себе задумка…

Только после нашего вмешательства, разумеется, все стало выглядеть совсем по-другому. Ворх, Сотрес и Тарглан должны были оставаться в «плену», пока их не выкупит король или еще какой-нибудь сочувствующий элемент. Выходцы с побережья ничего не имели против и уже вовсю строили глазки — каждый своей зазнобе, а вот не в меру честное выражение прекрасных очей Призрака заронило в мою душу смутные сомнения, но я махнула на них (на сомнения) рукой. В конце концов, каждый волен веселиться в меру своих способностей!..

Артисты получали полную свободу действий, разве что состав труппы несколько изменился после того, как в нее добавилась парочка новых лиц. Кроме, само собой, меня пылкое желание поучаствовать в маскараде изъявила Альниола, и, надо полагать, не только потому, что продолжала заботиться о моем самочувствии: ее ненаглядный Тханимар тоже сейчас рыбачил на Радужном озере в компании с королем и прочей братией. Оставалось лишь замаскироваться как следует, и мы рьяно принялись потрошить сундуки с костюмами, воплощая в жизнь давешнюю угрозу насчет грабежа.