Вадим Климовской - Марш Обреченных. Финал

— Подтянитесь, черепахи! Мы не на свидании, а на службе!

— Ну-ну, к бабам уже бежали б в припрыжку! — загыкал Шут и Себастьян понял, от чего чудак получил свое прозвище.

— Шут! — повышая тон, осклабился Виктор, и дуралей шустро замолчал.

Спустились с дороги по небольшой насыпи, начали взбираться на овальные, некрутые холмики, Себастьян с отстраненным видом озирался по сторонам, забытый и паскудный мирок, он чувствовал в воздухе порывы древней, разбавленной с эфиром магии. Дайкинской магии! Здесь рука эльфа ни к чему, ни разу не притронулась, не дотянулась к этому клочку земли, зато вдоволь наигрались дети Аллона — люди. Племя, явившееся по прихоти баламушных хозяев-эльфов, но тоже не без милости божьей, аллоновой. Интересно, что не поделили когда-то между собой люди, сцепившиеся друг в друга? Земли? Ха! Так ее здесь навалом! Куда хочешь, сверни — вокруг пустующие холмы и пески с землей. Чудаки! Драться ради того, чего потом все равно не использовать. Воистину мои потомки согрешили, когда творили это племя! А вторые мои потомки каждый раз доводят, что появились на этот свет по злому стечению обстоятельств — по ошибке.

— Эй, эльфар, чего отстал? — Виктор и его дружки ждали полукровку на вершине холма, в метрах пяти от замершего Себастьяна.

— Дурное место, — одними губами прошептал полуэльф, но его, к сожалению услышали.

— Ясное дело, что дурное, тебе то, что с того? Ты не один, а с нами, не бойся, — хищные улыбочки.

Шост помалкивал, вряд ли ему хотелось хоть что-то добавлять или перечить, такая компания не располагала к общению.

А я не вас, дурни, боюсь! — хотелось резануть в ответ беглецу, но снова довелось промолчать, не будить раньше времени зверя.

Он развернулся, чтобы увидеть, насколько далеко, они отошли от дороги, да куда там, дорога смазалась с унылым ландшафтом, и Сэма с лошадьми перестало видно. Дурной край! Заколдованные места. Их становилось на континенте Зоргана все больше и больше.

Легкий шорох слева заставил его оглянуться, вглядеться в холмы и серо-выгоревшие вершины, в слабую растительность без свежей зелени и чахлые одинокие кустики-скелеты. Привиделось? Почудилось?

Такой же шорхот крыл справа, он повернулся в ту сторону, дико с опаской исследуя выгоревшие, неподвижные волны, холмами уходящих вдаль.

Явно что-то происходило? Только что именно и почему кроме него никто не слышит тех странных звуков? Может это крадущиеся шаги зверей? Шорох чьих-то крыльев?

Дрожь пробралась за пазуху и пронеслась галопом по спине. Выступил липкий пот.

Солдаты обливались не меньше его, устали шагать, Виктор уже минут десять, как с пристрастием осматривал местность, но явно не подозревал о крадущихся шорохах, а скорее по другой причине…

С колотящимся от напряжения в груди сердцем полукровка хаотично разрабатывал все возможные планы предстоящих событий. Шоста не слышно и не видно. Себастьян не стал искать его среди группы, чтобы не настораживать лишний раз разведчиков. Но одно расценил точно, время для действий — наступило.

Выученным за годы службы в карательных отрядах, Себастьян налетел сзади на Бобра и тайком стал наступать на короткую тень.

Почуяв неладное остановился и замер на месте Виктор, в пол-оборота обернулся, всполошился и потянулся за мечом.

— Каналья, а где сопляк? Где мальчонок, я вас спрашиваю? И что это… Сукин сын!! Бобр!! Выродок у тебя…

— Ах-хррр!! — захрипел, давясь, слюной Бобр, когда сильная рука сдавила ему горло, а другая — приставила к кадыку лезвие ножа.

— Отпусти, Бобра, мразь! Удушу! Отпусти! — бешено орал Виктор, махая перед самым носом у товарища острием клинка.

Себастьян был спокоен. Себастьян уже знал, как себя вести с этими лихачами. Бобр пытался тянуть к шее руки, но полукровка умело поднимал подбородок к верху, так что трещали шейные позвонки.

— Не шевелись — а то умрешь! — процедил бывший эльфар.

— Хмурый, ищи мальчонка! Подонок где-то за курганами! — Виктор приосанился, достал для большей уверенности кортик и теперь медленно надвигался на мишень и его жертву, Шут стоял с арбалетом и разинутым ртом, не зная как себя повести.

— Чего придурок застрял, беги за благородиями, живо! Зови Яжика и Саужа, не мешкай!

— Ты труп, понял? Ты труп — ушастый!

Себастьян только зверино осклабился, показав, что он тоже умеет играть на чувствах.

— Хмурый нашел? Нет?! Тогда не зевай, бери, целься в дезертира! Смотри мне, не попади в Бобра!

Себастьян еще больше осклабился. Умники! Ничего у вас не получится, он насторожено, в обнимку с жертвой отступал по съезжающей вниз горке песка и земли.

Справа гагахнуло. Потом опять гагахнуло. Докатился звон стали и ругани.

— Стреляй! — завопил во всю глотку на весь край Виктор.

Дрожащими руками Хмурый прицелился, а Себастьян поймав момент, когда палец стрелка ляг на спусковую скобу, подставил под прицел трепыхающего в руках Бобра. Струйка крови уже текла по его подбородку, и тяжелая стрела врезалась в легкие латы, прошла навылет плечо солдату, с выпученными от боли глазищами, раненый завалился на песок и заголосил, Себастьян толкнул тело на летевшего в атаку Виктора, тот в последний миг умудрился не заколоть бедолагу.

Наверное, Хмурый выпустил самострел из рук и дико закричал, не тише подстреленного Бобра, поступок обессилил его перед фактом ситуации, Виктору пришлось воевать с Себастьяном один на один.

Себастьян не прислушивался к брани и угрозам, он летел с холма в жаркое дно и силуэт Виктора заслонил сумеречное небо. Сверкнуло железо. Полукровка мгновенно выставил энергетический щит: с шипением лезвие пробилось сквозь оборону и плашмя опустилось на плечо полукровки. Тело Себастьяна прошила адская боль, он во всю мощь легких заорал.

— Твоя гадостная магия не спасет тебя, так и знай!

Превозмогая боль, Себастьян ударил. И снова магией.

Рубящий клин срезал Виктора с ног, но лезвие успело кончиком острия рассечь плечо, после чего сталь полетела к ногам полуэльфа, а Виктор через курган по скату холма. Плюясь и матерясь, оставляя за собой свежий кровавый след, командир разведчиков на карачках подымался на ноги. Лицо было его в крови.

— Ах, паскудная тварюга! Нечисть! Хмурый! Хмурый, засранный вылупок, добивай его! Добивай! — верещал дико Виктор.

Перед носом Себастьяна плясали круги. Кто б мог подумать, что у солдат найдется заговоренное оружие? Больно! Ох, как все болит!

— Хму-уры-ий!!

Далеким звуком чьи-то быстрые шаги и шорох крыльев.

Крыльев?!

Себастьян неожиданно для себя самого потерял сознание…