Кристофер Сташефф - Чародей поневоле

— Самоуничижение делает вам честь,— мягко проговорил отец Эл, однако мягкость его тона покоилась на железной решимости,— А вот здравого смысла вам явно недостает. Ваша участь, которую вы клянете, выпала вам только потому, что ваша паства живет поблизости от башни Гонкрома, куда мы с моими друзьями должны отправиться, чтобы сразиться с Красной Шапкой.

Взгляд священника наконец обрел осмысленность и остановился на отце Эле.

— О да… Все так, как вы говорите.— Он расправил плечи и встал,— Что ж, чему быть, того не миновать. Почерка Папы я не знаю, но изображение его печати я видел в книгах.

— А теперь видите перед собой подлинную печать. Ну что, вы согласны одолжить нам ваш алтарный камень, святой отец?

— О да, согласен. Если такова воля его святейшества, вы получите камень. Пойдемте, я сам его вам вынесу.

Через несколько минут они вышли из церкви. Отец Эл нес аккуратно завернутый алтарный камень под мышкой.

— А ведь это было не совсем честно? — спросил Род.

Отец Эл удивленно посмотрел на него.

— Почему же нечестно? Письмо подлинное, уверяю вас! На нем действительно стоит самая настоящая папская печать и подпись самого настоящего Папы Римского!

— Да, но не того Папы.

— Что значит… Иоанн Двадцать четвертый — Папа… о…

— Да,— кивнул Род.— Вот именно. В нашей вселенной.

— А в этой вселенной — нет?

— А как он может быть Папой здесь?

— А почему бы и нет? — К отцу Элу вернулась лучистая улыбка,— Эта Земля очень похожа на Терру нашей вселенной. На небе здесь горят те же самые созвездия, здесь говорят на том же языке, на котором говорили в Англии в эпоху Возрождения. Так почему же здесь не может быть людей, которые одинаковы для обеих вселенных?

— Вы же не верите в это на самом деле, правда?

Отец Эл пожал плечами.

— Скажем так: я готов об этом подумать. Но на самом деле особого значения это не имеет. Мы, католики, веруем, что устами Папы глаголет Господь.

Род остолбенел и закрыл глаза. Сосчитав до десяти, он открыл глаза и осторожно проговорил:

— Святой отец, а вам не кажется, что это звучит… несколько средневеково, если можно так выразиться?

— Да? А вы в последнее время по сторонам смотрели?

— Это дешевая уловка, святой отец.— Род вперил в священника испытующий взгляд.— Наша вселенная давным-давно ушла от средневековья, а вот ваши верования — нет.

— Не совсем так,— покачал головой отец Эл.— Предметы верований не могут быть доказаны или опровергнуты с позиций физики или химии, точно так же с помощью постулатов богословия нельзя вывести формулу полимера. В конце концов все сводится к вере, и мы веруем в то, что Христос дал Петру власть говорить от Его имени, когда сказал первому епископу Римской церкви: «И дам тебе ключи от Царства Небесного, и что свяжешь ты на Земле, то будет связано на небесах, и что разрешишь на Земле, то будет разрешено на небесах». Также мы веруем в то, что ключи, данные Петру, перешли к его преемникам, вплоть до нынешнего Папы.

— Это очень интересно, но я не вижу…— Род не договорил и вытаращил глаза.— О нет! Не хотите же вы сказать, что…

— Почему же нет? — улыбнулся отец Эл.— Неужели вы думали, что Господь Бог для каждой вселенной — свой? Я не могу доказать этого с точки зрения физики, но я верую в Бога, который существовал тогда, когда больше ничего не существовало, который и создал все на свете — единый Бог, сотворивший все вселенные. Я обратил внимание на то, что здешние обитатели — христиане, более того, они — католики. Следовательно, если Бог для наших вселенных един, и глаголет устами Папы, и Папа говорит то, что хочет сказать Господь, следовательно, Папа в этой вселенной сказал бы по любому поводу то же самое, что Папа в нашей вселенной.

— Значит… в послании от вашего Папы написано о том, чего хочет от этого несчастного приходского священника Папа в этой вселенной…— Род искоса взглянул на отца Эла.— Признайтесь, вам не кажется, что все-таки все это немного притянуто за уши?

— Ну конечно, кажется,— с обезоруживающей улыбкой проговорил отец Эл.— Ведь когда мой Папа писал это письмо, он говорил не ex cathedra и, следовательно, писал письмо как Иоанн Двадцать четвертый, а не как Папа Римский. Тем не менее у меня нет сомнений в том, что здешние христиане придерживаются почти тех же верований, что и христиане в нашей вселенной. Поэтому я не сомневаюсь и в том, что здешний Папа так же пожелал бы, чтобы я взял этот алтарный камень.— Отец Эл сдвинул брови и задумчиво посмотрел на небо,— Да… Ничего себе задача, верно? — Но вот лицо его просияло.— Непременно расскажу об этой дилемме иезуитам, когда вернусь в Ватикан. А теперь — не приступить ли нам к делу? 

 Глава двадцать первая

Помело Гвен зависло над уступом в ста ярдах от башни. Затем Гвен начала медленное снижение. Род и отец Эл сошли на уступ, и перед ними тут же появились Магнус и Джефф.

— Что вы тут делаете? — возмущенно воскликнул Род.— Мне нужно, чтобы вы находились на вершине вон той скалы!

— Ну, папа! Неужели это правда так нужно?

— Да, нужно! Я хочу, чтобы вы наблюдали за нами с безопасного расстояния и телепортировали меня отсюда, если мне действительно будет грозить гибель! А Элидор где?

Магнус шире открыл глаза. Вид у него стал виноватый.

— А-а-а… Его мы на скале оставили.

— У-гу, вот как? — грозно наклонил голову Род.— И что же, спрашивается, теперь мешает какому-нибудь сприггану подкрасться к нему и снова похитить? А ну, немедленно оба отправляйтесь к нему, живо!

— Ладно, па…

Оба сына Рода исчезли, даже не договорив.

— Между прочим, красавица моя, к тебе это тоже относится,— гневно сверкнув глазами, заявил Род крошке-колдунье, которая парила над его головой верхом на самодельном помеле,— Держись подальше отсюда, Корделия! Но помогай маме и будь готова покидать камешками в мерзавца!

— Хорошо-хорошо, папочка! — проворковала Корделия и направила свое помело ввысь, после чего помчалась к вершине горы.

— И ты, милая,— взяв за руку Гвен, сказал Род.— Уходи.

— Хорошо,— проговорила Гвен со слезами на глазах.— Береги себя.

— Обязательно,— пообещал Род.— А ты побереги меня, ладно?

Он крепко обнял жену.

Отец Эл отвернулся и несколько минут предавался осмотру местного геологического ландшафта.

Род обернулся к нему со счастливым вздохом. Прозвучал негромкий выхлоп — это Гвен взмыла к вершине горы.

— Между прочим, тут очень интересно залегают слои,— сказал отец Эл и указал на поверхность скалы,— Думаю, что не ошибусь, если скажу, что миллион лет назад здесь находилось дно моря.