Сэй Алек - Хитроумный советник

— Сэр Брего? — глухо произнес он, — Ах, наш неподкупный, отважный сер Брего… Если вы считаете, что я буду работать с этой мразью, то герцог может засунуть свое помилование себе в…

— Спокойнее, Зитана! — выкрикнул сэр Алан, предупреждающе вскинув ладонь вверх, после чего мягко и вкрадчиво добавил, — Я отлично знаю, почему он устоял тогда, три года назад, на своем посту. Я знаю его роль в той партии, что разыграл Витара, и я знаю, какую именно роль он сыграл в вашей судьбе.

Лавора поднялся, неторопливо обошел стол и кресло, в котором сидел Каэль, облокотился обеими руками на кресельную спинку, и, склонившись к уху Зитана, чуть слышно прошептал:

— Каэль, неужели вы не хотите отомстить?

— Сэр Алан, вы играете против него? — негромко поинтересовался отставной разбойник несколько секунд спустя.

— Он ставленник Тайра, почтенный Зитана, — первый советник, чье лицо было почти целиком скрыто длинными соломенными волосами, позволил себе слабую невыразительную улыбку и выпрямился, — Итак, мы создаем совместное с третьим советником ведомство. Он обеспечивает силовую поддержку стражей и солдатами, я даю своих специалистов, вы присовокупляете туда опытных людей, которые знают как и, главное, кого искать на дне Айко, и сам возглавляете эту контору. Тайра… захочет поучаствовать, я полагаю, и пришлет вам в подмогу пару-тройку «единорогов». Я не хочу, чтобы с ними что-то случилось… раньше времени. Вы поняли меня, Мясник? Несмотря на то, что ведомство будет совместным, работать вы будете на меня и только на меня!

— Понял, не дурак, — буркнул Каэль.

— Вот и славно, — Лавора удовлетворенно вздохнул и потянулся, — Потом мы полностью выведем ваше заведение из под власти третьего советника… Позже. Когда место почтенного, не к ночи будь помянут, Вассы, займете вы. А пока… Пока надо найти того хапарика, который обул туеву хучу лачуг в Верхушнике.[11]

— А говорили, киньте фартовый базар, благородный Лавора… — вздохнул укоризненно Каэль Зитана.

— А что поделать? — развел руками первый советник, — А ничего не поделаешь…

— Это совершенно недопустимо! — возмутился третий советник.

— Почему же, сэр Брего? — вкрадчиво поинтересовался его собеседник, неторопливо расхаживавший перед его столом, заложив руки за спину, — Что вас смущает в моем предложении?

— Смущает? — могучий, несмотря на преклонные лета, кряжистый, хотя и невысокий ростом Брего Йагона аж подпрыгнул в собственном резном кресле, — Возмущает, сэр Алан!

— Даже так? — первый советник, а это был именно он, остановился, внимательно поглядел на третьего советника и иронично приподнял бровь, — И что же именно, я все стесняюсь спросить?

Сэр Брего на сарказм не обратил ни малейшего внимания.

— Вы еще и спрашиваете?

— Интересуюсь, — Лавора глядел на главу военно-полицейского ведомства с неприкрытой иронией.

— Но это же абсолютно немыслимо! Отдать стражу в подчинение какому-то жулью!

— Во-первых, не какому-то, а очень и очень даже профессиональному. Дай нам Лёр и Лия, — первый советник на миг запнулся и едва слышно хмыкнул, — чтобы наша стража работала хоть в половину так же хорошо, как они воруют. Во-вторых, Его Сиятельство изволили вчера прогуляться инкогнито и спьяну их амнистировать, так что теперь это самые что ни на есть честные и законопослушные граждане. Ну и, в-третьих, конечно. Не отдать им стражу в подчинение, а организовать новое, межведомственное, учреждение. Полагаю, барон Тайра тоже решит в нем поучаствовать… Когда оно будет нами образовано. Одобрить-то, конечно, не одобрит — ведь это не его идея… По секрету добавлю — и не моя.

— И чья же? — угрюмо поинтересовался благородный Йагона.

Лавора молча указал глазами вверх.

— Сам? — третий советник порядком опешил.

— Угу, — подтвердил Лавора, — Спит и видит, как городскую стражу подчинить напрямую себе, а содержание ее городом сохранить. Ну и вот…

— Ну, против монаршей воли я…

— Тсс! — яростно зашипел сэр Алан, приложив один палец к губам, — Об этом никто не должен знать!

— И второй советник тоже? — удивился сэр Брего.

— А он — в первую очередь, — твердо произнес Лавора, — Его Сиятельство настаивали, чтоб никто. Но я вам-то, как человеку, с которым мы эту шарашкину контору создавать будем… Временно, конечно, все это ненадолго. Потом их все одно ногами в крапиву.

— А вот это мне уже нравится, — удовлетворенно произнес третий советник, — Воздаяние за совершенные преступления, это основополагающий принцип и все такое.

— А я о чем?!! — импульсивно воскликнул сэр Алан и, оперевшись на стол Йагона, свистящим шепотом произнес, — Я-то о чем, сэр Брего?!! Эти… отребья… Они свое получат, не извольте сомневаться! Но сначала… Вы же понимаете, что выборность главы городской стражи — не совсем то, что нам нужно. Мало ли кого они там навыбирают? Это хорошо, что сейчас избрали почтенного Вассу. А ну, как предателя выберут? Цеха, в последнее время, не вызывают герцогского доверия. Укрупняться хотят, гильдии им подавай! А к чему бы все это? Не мятеж ли, а?

— Ну, что вы, благородный Лавора, — успокаивающе замахал руками сэр Брего, подумав про себя, что репутация параноика и паникера первым советником, пожалуй, вполне заслужена, — Какой мятеж? Народ… народ любит своего герцога. Народ говорит, что никогда…

— Глупости говорит ваш народ, — фыркнул сэр Алан, — Арин III такой же монарх, как любой другой. Вспомните, чем кончил император Сегеций, по прозванию Друг Народа? Толпа взбесившейся черни разорвала его лошадьми на главной площади Лотириора. А ведь на что уж либеральный был правитель! А все почему? Нобили сговорились, да начали народ смущать. Вот я и опасаюсь. И не я один, заметьте!

— Ну, если не вы один… — Йагона развел руками и решил, что паранойя, похоже, вещь заразная, — Тогда конечно да, гильдии запретить надо. Эдиктом.

— Да я пока сам, — отмахнулся сэр Алан, — Ну, так что, создаем, м-м-м-м-м, Межканцлерский стол по борьбе с преступностью, а?

— Особый Межканцлерский стол, — важно ответил сэр Брего, — Создаем!

Глава восьмая

Сэр Алан вышел из кабинета благородного Йагона, прихрамывая, спустился по лестнице, отгоняя разнообразных адъютантов и лакеев, норовивших помочь, уселся в паланкин, окинул взглядом людную улицу, задернул шторы, приказал двигаться к Канцелярии первого советника, и только после этого позволил себе скорчить кислую рожу.

"Как же я устал от идиотов, кто бы знал, — устало подумал он. — Каждый раз доказываешь очевидные, казалось бы, вещи и не находишь понимания, в то время как всяческую дрянь они кушают с превеликим удовольствием и важно поддакивают, что, мол, это-то вот и есть хорошо, это-то, де, мудрые мысли и речи.