Степан Мазур - Клятва рода

Пинка, но не взрыва. Большого взрыва, из которого якобы появилось все, никогда не было. Вселенная вечна и бесконечна. Это сложно объяснить.

Конгломерат — это ответвление нашей вселенной, оторванное, отрезанное связями от «головы».

Мы как обширная автономия. Ветка огромного дерева, на каждом стебле которого иные формы жизней — плоды. И у каждого конгломерата есть свои хранители и смотрящий. Я не буду писать его с большой буквы. На самом деле он ничего не сделал. Древо взрастил Творец, а наместник — лишь цепной пес, обученный гавкать на тех, кто тревожит тишину. Или пустоту.

Не путайте с Хаосом. В нем есть хоть какой-то смысл. В Пустоте же нет ничего. И сколько я живу, все больше убеждаюсь, что конгломерат наш похож на планету-ссылку, в которой, однако, каждому заключенному дана свобода выбора. Чаще без информации о выборе, но все же.

Это физический мир тюрьмы, большого чистилища, куда ссылают нежелательные души. Кого-то как «уголовника» (по нашей земной терминологии), кого-то как «проповедника», «миссионера». Разным душам, прошедшим настолько различные слои прошлых жизней, сложно ужиться вместе.

Их несовместимость позволяет планете пылать. Наш совокупный, общий менталитет постановил, что без войны развитие невозможно. А те самые смотрящие и надзиратели всячески поощряют эту линию поведения.

Итак, пинок. Восстание. Кровавые будни высших сил конгломерата, о которых нет ни слова в современных хрониках. Одни пересказы, не раз сожженные и восстановленные. И в священных писаниях можете не смотреть, не найдете. Велес стер память о той эпохе, выжигая каленым железом все материальные источники. Они остались только в высших инстанциях.

Я могу залезть в этот самый недоступный в мире тайник, но зачем мне разрушать свои владения, пилить сук, на котором сижу? Демиург привязан к месту своего «кормления». Получает от него силу. Если же теряет свое пастбище, становится зверем. И еще одним, подобным Дьяволу, становится больше.

Творца уважает каждый разумный. Его система сигнализации в случае моего проникновения не оставит от этого мира ничего. Придется довольствоваться тем, что выудил у мамы. Самый надежный источник — очевидец тех дней.

Мою мать зовут Лилит. Отца — Миромир. Из-за этого полубога, который никак не может выбрать между смертью и окончательным статусом средней руки бога, мне пришлось порядком повоевать за свои права и с папашкой, и с его братцем Родославом, проклятым на вечные поиски счастья человечеству.

Все никак не могу подойти к главной цели. Просто за последние двенадцать тысяч лет я дал себе слово освоить каждую человеческую профессию. И освоил. Кроме двух — писателя и певца. Эти люди мне непонятны и неподвластны. Могучие, как легионы тьмы, и хрупкие, как полевые одуванчики. То поднимают словом или звуком тысячи, то ставят их на колени, а после воодушевляют и снова заставляют лить слезы. Я говорю только о настоящих представителях этих профессий.

Перейдем, наконец, к эпохам.

Денница восстал против надзирателей, но с башковитыми кадрами в то время была большая проблема. Один источник силы, одно мнение, одно намерение. Жуткая вещь. И сил Дэну не хватило. Слетел мой далекий-предалекий родственник, лепивший мамку с «небес райских».

Вы когда-нибудь видели сборочный цех на тропическом острове посреди океана? Примерно то же самое. И сборщики какие-то неквалифицированные. И лемурийцы у них не получаются — восстают и разбегаются, приходится уничтожать. И титаны конструктор по всей земле собирать не желают, бунтуют и воюют друг с другом. И вроде бы атланты кое-как удались, но переразвились и подсели на аналог современных наркотиков.

Столько монстров наклепали, динозавры бы обзавидовались. Вы можете себе представить, что творилось на Земле, когда туда выпустили недособранных людей? Пришлось и топить возмущенных, и модернизировать существующих. Все на ходу, бегом… Я люблю этот мир. Столько недоработок есть только в «нашей ветке».

Столько возможностей к развитию.

Велес ушел, но его приспешников за эпоху наплодилось…

Итак, эпохи.

В эпоху пятьдесят восьмого — сорок шестого тысячелетий до нашей эры в оппозицию встал сам Денница. Но солдат было мало, союзников — тем более. Малочисленных людей почти никто не трогал, и почти каждый желающий мог стать младшим богом, духом, носителем силы, знаний. Мир был открыт нараспашку. Человек мог свободно общаться с ветром и дождем, слушать камни, при желании даже летать. Вдоволь было мутантов от экспериментов «сборщиков цеха»: полканов, крылатых людей, четырехруких, многоглавых.

При смешении человека с титанами плодились великаны. Как я уже говорил, монстров было до черта. И чертей с бесами хватало в каждом болоте. По головам ходили. Самих людей только мало было, потому Денница и не надеялся взять реванш у смотрящего в первую эпоху, просто подкидывал знания о природе мира, настраивал мировоззрение, обучал охоте и разъяснял природу вещей. Вы думаете, это делал смотрящий или его псы? Черта с два, первым учителем был Дэн. Как неструганые полена, он доводил тела до совершенства и исправлял ошибки сборщиков. То время звалось золотым веком.

Люди почти не знали перемен, не тревожились толчеей знаний. Правда была правдой, и сестра ее еще не родилась. Болезни можно было сосчитать по пальцам одной руки: несварение и синдром «глаз за глаз». То были издревле славные люди. Одни сильные и совершенные, как неандертальцы, другие хрупкие, но сообразительные кроманьонцы. Черт возьми, это были одни и те же люди, просто первые оставляли все, как есть, а вторые стремились к большему.

И Дэн этот толчок поддерживал. Он был искусным генетиком. Эта наука — его рук дело. Не зря же он, бросив стремящихся в войну с консерваторами, оставил место на Земле только одним. Соскучившись по экспериментам, где-то в конце своей эпохи Денница положил начало расовому разделению. Он не забывал функцию селектора до последних дней пребывания на троне. Подтверждаю, что люди в это время имели колонии на каждой из планет Солнечной системы. За пояс Купера не заглядывал, пока тут дел хватает.

Надо же, я смог в двух словах описать первую эпоху. Ставлю себе плюс.

Кто разграничил сроки, я не знаю, но ровно двенадцать тысяч лет спустя Денница понял, что слабеет и пора выбирать преемника. Весы баланса неумолимы. Это еще первый закон Творца. Кто думает, что в мире чего-то больше, а чего-то соответственно меньше, тот… гм… неандерталец. В нашей ветке все строго пятьдесят на пятьдесят, просто никто из-за чахленьких сборщиков не видит первопричин.

Итак, вторая эпоха.

Серебряное время. Самым прытким оказался хромой рогач — Сатана. То, что осталось от Денницы. Самая черная его суть.