Лайон Спрэг де Камп - Новария

Он обратился к помощнику боцмана, который, в свою очередь, отправил палубного матроса найти кого-нибудь, кто был ничем не занят в ту минуту.

Керин, начинавший уже с грустью вспоминать свободные нравы «Яркой Рыбки», спросил у офицера:

— А где бы я столовался, если бы был королевского ранга?

— Хоть ты и чужеземный дьявол, ты был бы приравнен по рангу к младшим офицерам. А так ты просто чужеземец среднего класса.

— Моя мать утверждает, что я двоюродный брат кортольского короля Фридвала в десятом или одиннадцатом колене.

Зуммо ухмыльнулся:

— Увы, это недостаточно близкое родство. Если разбирать генеалогии вплоть до седой древности, мы все, несомненно, окажемся родственниками, так как произошли от одной и той же первой пары людей, которую Джинтераса создала из пяти элементов — земли, дерева, металла, огня и воды. Но гармоническое общественное устройство требует соблюдения четко определенных правил.

За ужином купцы не обращали на Керина никакого внимания, пока он не приступил к своей чашке риса. Неловко вылавливая палочками по одной рисине, он заметил, что лица сотрапезников стали вдруг странно-напряженными. Он не понимал, в чем дело, пока не сообразил, что купцы просто старались сдержать рвущийся наружу смех.

— Валяйте, смейтесь, — добродушно произнес Керин. — У меня на родине считают, что смех способствует пищеварению.

Не в силах долее сдерживаться, купцы разразились безудержным хохотом. Один из них наконец смог выговорить:

— Смотри, как я ем, уважаемый варвар!

Он взял небольшую чашку, прижал к подбородку и принялся заталкивать рис себе в рот палочками, которые держал довольно близко одну к другой, но так, чтобы они не соприкасались. После нескольких неудачных попыток Керину удалось неплохо повторить упражнение. Купец похвалил его:

— Эта личность счастлива видеть, что чужеземец обучается цивилизованному поведению.

Следующие несколько дней прошли тихо и мирно, если не считать грозных физиономий храмовых стражников на набережной. Керин спокойно занимался куромонским с Цембеном, упражнялся в фехтовании мечом, обменивался любезностями с офицерами, смотрел, как управляются матросы с грузами, и заходил к Ноджири в каюту, чтобы заниматься любовью. После одного из таких визитов он спросил:

— Дорогая, я на этот раз лучше справился с делом?

— Намного, мой повелитель. Правда, мне даже стало нравиться — я думала, такого никогда не будет.

Керин заканчивал ужинать в обществе купцов, когда к нему подошел матрос, коснулся его плеча и поманил за собой. Проследовав за ним на верхнюю палубу, юноша встретил второго помощника капитана Тогару, который сказал ему:

— Мастер Керин, чародей Пвана желает видеть тебя.

Пвана стоял на набережной, а на палубе у перил, с пиками наготове, стояли четверо матросов.

Керин крикнул:

— Ну, сударь, чего ты хочешь?

— Даю тебе последний шанс, — сказал Пвана. — Или отправь девку на берег, а, вот и она! — или я за ней пришлю демона из Пятой Реальности. Против такой твари ты бессилен.

— Ты имеешь в виду такое красное чудище с крыльями, как у летучей мыши?

— Да-да, именно такое.

— Это ведь они, кажется, никогда не показываются при солнечном свете, потому что им от него плохо делается?

— Вот поэтому-то я и подождал, пока солнце не начнет садиться. Про свой меч можешь забыть — их тела настолько плотные, что ты ее даже поцарапать не сможешь.

Керин немного вытащил меч из ножен. Он сказал Ноджири, которая подошла и встала рядом с ним:

— Дорогая, иди в каюту и запрись! Да побыстрей! Не спорь!

Он с силой повернул ее за плечи и слегка подтолкнул, затем крикнул Пване:

— Ладно, учитель! Зови свое чудище!

Но на самом деле он вовсе не чувствовал себя таким храбрецом, каким старался казаться на словах. Погибать ему не хотелось — но не мог же он покориться и без сопротивления позволить демону унести его жену!

— Ну держись, легкомысленный мальчишка! — проскрежетал Пвана. — Схвати ее, Угфул!

В воздухе послышался шум хлопающих крыльев; они подняли ветер, от которого шевельнулись волосы юноши. Взглянув вверх, он увидел демона Пятой Реальности на фоне темнеющего неба. Его контуры слабо обрисовывались в свете фонариков, развешанных на корабле. Когда чудище приблизилось, Керин разглядел существо, формой тела и ростом примерно похожее на человека, несущегося на огромных крыльях. Кожа демона была ярко-красного цвета; никаких наружных половых органов у него не было, а на всех конечностях были когти, как у хищных птиц.

Четверо матросов тоже заметили чудище. Все они сразу отчаянно завопили, выронили пики и бросились бежать.

Описав несколько кругов над кораблем, демон спланировал пониже, в направлении люка на носу корабля, в который спустились матросы и Ноджири. Керин подобрал пику и побежал к люку. Ему удалось чуть-чуть опередить демона. Сжав в руках оружие, юноша ткнул изогнутым острием в бок чудища. Раздался звук приглушенного удара; лезвие уперлось в кожу, но не проткнуло ее — будто тупой меч ударил по обтянутой кожей кирасе.

— Уфф! — заревел демон. — Больно! Уйди прочь, парень, и не мешай мне выполнять свой долг!

— Я выполняю свой! — крикнул Керин.

Демон попытался обойти юношу, но тот изловчился и снова ткнул его пикой — на этот раз в горло.

— Гха! — заревело чудище. — Я же тебе сказал — прекрати! Ты разве не знаешь, что я — могучий Угфул! Я могу разорвать тебя на куски! И разорву, если будешь мешать.

— Сначала попробуй поймай меня, — ответил Керин и еще раз ударил Угфула — на этот раз в брюхо; от боли чудище заскрежетало зубами.

Демон попытался ухватиться за древко пики, но, так как реакция у него была хуже, чем у подвижного человека, Керин успел отвести оружие от его лап.

Демон несколько раз повторил свою попытку, но Керин все время опережал его. На берегу надрывался Пвана, выкрикивая надтреснутым голосом приказы и советы. Наконец чародей завопил:

— Дематериализуйся, глупец, и вернись в эту Реальность прямо в каюту женщины!

— Вот как? — произнес демон. — Как же мне это не пришло в голову!

Угфул шагнул назад, обернулся на месте и стал кружиться все быстрее и быстрее, пока не исчез из виду, оставив после себя лишь воздушный вихрь.

Пока Керин раздумывал, что предпринять, он услышал приглушенный визг, донесшийся из люка. Вскоре у лестницы показался Угфул, крепко державший Ноджири в своих лапах; принцесса кричала и колотила демона кулаками.

— Клянусь небесной бюрократией, — сказал казначей Зуммо, подбежав к Керину с обнаженной саблей в руке, — ты, видно, привык вести жизнь, полную приключений! Что случилось?