Стивен Эриксон - Врата Смерти(пер. И.Иванова)

— Ошибаешься, девочка, — возразил ей Скрипач. — По-моему, бедняга до сих пор куда-то падает. Я чую, он хотел оторваться от нас. Игра пошла не по его правилам, вот он и обиделся.

— Грустно, если он погибнет, — вздохнула Апсалара. — Я уже как-то свыклась с его выходками.

— Ну да, — кивнул Скрипач. — Наш прирученный скорпион. Крокус решительно двинулся прочь от опасной дыры, и все последовали за ним. Задержись они еще немного, их глаза увидели бы бледно-желтый туман. Он выплывал из дыры и густел. Облачко повисло, потом начало рассеиваться и исчезло. Вместе с ним исчезла и дыра, как будто ее никогда не было. На месте провала вновь мерцали мозаичные камни.

«Мертвый дом в Малазе… Там нам нечего делать. Более того, при всей своей изобретательности и изворотливости даже я не сумел бы придумать убедительного объяснения, как и зачем мы там появились. Но и оставаться здесь мы тоже не можем.

Нужно уходить. В неизвестность.

Мои преступления — они как незаживающие раны. Мне не избавиться от своей трусости, которую Путь Азата мне ни за что не простит. Мои спутники знают, каков я на самом деле. Они не смеются мне в лицо. Мои корыстные желания и так служат насмешкой над принесенными клятвами. Азату не за что ко мне благоволить.

Да, я трус. Мне наплевать на то, какую угрозу представляет он для мира. Я упрямо продолжаю нести эту угрозу на собственных руках. Я почитаю его как бога, зная, что в мгновение ока этот бог способен превратиться в страшного демона. Я не только нарушил клятву перед теми, кого уже давно нет. Я вызываю ужас у тех, кто идет рядом со мной.

Вот она, нехитрая истина: дороги, по которым долго идешь, становятся нашей жизнью. И нашей тюрьмой».

Апсалара рванулась вперед. Кончики ее пальцев коснулись плеча, затем кос, а потом… пустоты. Сила прыжка потащила ее туда, где всего мгновение назад находились Маппо и Икарий. Апсалара провалилась в темноту.

Крокус с отчаянным криком вцепился ей в лодыжки и угодил бы вслед за нею, если б сильные руки Реллока не ухватили его за пояс. Вдвоем они сумели вытащить Апсалару обратно. Скрипач находился поодаль, но сразу понял, что случилась беда.

— Они провалились! — крикнул ему Крокус. — Внезапно. Даже предупредить не успели.

Сапер вполголоса выругался и распластался на разноцветных камнях.

«Ничего удивительного, парень. Мы вторглись туда, куда нас, возможно, не звали»…

Он слышал рассказы о магических Путях, где нет воздуха и где человек почти мгновенно умирает от удушья. Люди в своем высокомерии привыкли думать, будто все миры выстроены под них и приспособлены к их нуждам.

«Мы вторглись сюда, ничего не зная о законах, которым подчиняется Путь Азата. Возможно, он постоянно шлет нам предупреждения, а мы их не замечаем. Наоборот, мы требуем, чтобы он подладился под нас. Впрочем, так мы ведем себя везде».

Потом он медленно встал, сражаясь с горестным чувством потери двух спутников, которых он привык считать друзьями.

«Кто же из нас будет следующим?»

— Все трое — ко мне! — скомандовал Скрипач. — Подходите медленно и осторожно.

Он развязал мешок и стал ощупью рыться внутри, разыскивая моток веревки.

— Сейчас мы все обвяжемся. Если кто-то провалится, мы… мы либо сумеем вытащить обратно, либо загремим все вместе. Согласны?

Все молча кивнули.

«Понимаю вас. Кому понравится шляться здесь в одиночку?»

Они быстро обвязались веревкой и пошли дальше. Где-то через тысячу шагов впервые задрожал воздух. До сих пор на всем пространстве Пути не было ни ветерка. Вскоре у них над головами проплыло нечто огромное. Путники невольно пригнулись.

Схватив по привычке арбалет, Скрипач поднял голову.

— Клобук меня накрой! — прошептал он.

Но три дракона уже пролетели мимо, равнодушные к четверым людям. Они летели треугольником, будто гуси. Их чешуя отливала охрой. Размах их крыльев превосходил пять составленных в ряд повозок. Длинные хвосты изгибались, словно отбивали ритм полета.

— Глупо думать, что мы здесь одни, — растерянно произнесла Апсалара.

— Я видел и побольше, — сказал Крокус.

Скрипач улыбнулся одними губами.

— Да, парень. Знаю, ты видел и побольше.

Драконы превратились в маленькие, едва заметные точки. Там они вдруг скользнули вниз и, пробив камни, исчезли в пустоте.

Долгое время все молчали. Потом отец Апсалары сказал:

— Должно быть, они нам что-то сказали.

Сапер кивнул.

«Чтобы куда-либо прийти, нужно безостановочно двигаться, даже если не все получается так, как задумывал».

Он вспомнил про Маппо и Икария. Зачем треллю идти в Малаз, когда у него на руках друг, требующий заботы? Ему скорее требовалось найти укромное местечко, чтобы выходить Икария. А Искарал Паст? Возможно, этот взбалмошный старик стоит сейчас у подножия знакомой скалы и кричит бхокаралам, требуя спустить веревку.

Скрипач отогнал все мысли.

— Идемте дальше, — сказал он спутникам. — Мы непременно куда-нибудь придем.

Возражений не было.

— А ведь Маппо с Икарием не потерялись и не погибли.

Крокус произнес эти слова с видимым облегчением.

— Верховный жрец Тени тоже не пострадал, — добавила Апсалара.

— Нам остается лишь стойко переносить случившееся, — пробормотал Крокус.

Скрипач недолго раздумывал над тем, откуда и зачем явились охристые драконы. Их появление, исчезновение, а главное, их безразличие к четверым смертным подействовали на сапера отрезвляюще. Драконы напомнили, что мир намного шире людских представлений, желаний и целей. Изматывающее путешествие к Дому Азата и странствия внутри магического Пути показались ему ничтожными и суетливыми. Должно быть, драконы смотрели на людей так же, как те привыкли смотреть на копошащихся муравьев.

«Мы не знаем, сколько существует миров помимо нашего маленького мирка и сколько тайн хранит каждый из них».

Просторы магического Пути сделались еще шире, а он сам — еще мельче и незначительнее.

«Все мы — одинокие души. Нужно учиться смирению; это помогает избавиться от ложных представлений о нашем могуществе и господстве над миром. Но люди упорно цепляются за эти представления, не желая видеть правду».

С наступлением темноты солдаты Корболо Дэма устроили празднество, торжествуя свою победу над Кольтеном. Вечер был достаточно теплый, но от пьяных выкриков и песен у солдат на городских стенах все внутри холодело.

Рядом с северными воротами находилась широкая площадь, на которой обычно стояли и готовились в путь торговые караваны. Сейчас это место было плотно забито беженцами. Прежде чем искать им какой-то кров над головой, этих людей требовалось накормить и напоить. Многим требовался лекарь.