Игорь Рябов - Гоша Каджи и Венец Гекаты

Баретто угрюмо молчал, правда, суетливость и угловатость у друга исчезли без следа. Он опять стал спокойным и благовоспитанным. Аня искоса бросила на Каджи осуждающий взгляд, ничего хорошего кроме добавочной оплеухи в ближайшем будущем не сулящий, и о чем-то негромко зашепталась с Робом. А Янка, заметив его очередное отсутствие рядом с собой, тормознулась, горестно вздохнув. И когда Гоша поравнялся с ней, она крепко подхватила его под руку, чтобы парнишка вновь не потерялся ненароком.

— О чем задумался, курсант? — вроде бы весело поинтересовалась близняшка, но привычные задорные искорки у нее в глазах не появились.

Каджи невнятно пожал плечами, впервые не желая делиться с подругой своими мыслями. А так как молчать и самому дуться на ребят, было невыносимо тяжело, парнишка в свою очередь задал вопрос, очень его заинтриговавший:

— Янка, а почему ты бросилась назад к зеркалу, когда я тебя позвал и попросил о помощи?

Девчонка посмотрела на него слишком уж пристально, жгуче и ехидно прищурившись. А затем, отвернувшись в сторону, словно внезапно заинтересовалась разглядыванием вывесок над лавочками, близняшка глухо произнесла:

— Опять ты за свое. — Потом вздохнула глубоко и прерывисто, а в голосе прошелестела легким сквозняком обида. — Не хочешь правду говорить — и не надо. Не больно-то и хотелось…

— И все же, Янка…

— Да не знаю я почему! — выпалила она с жаром. — Только никто меня никуда не звал и ни о чем не просил. Бросилась и все тут! Просто почувствовала вдруг… Сама не знаю, что почувствовала. Но так нужно было. И все, хватит об этом! А то я сейчас разозлюсь в корень и отгрызу тебе ухо. А на кой ляд ты мне одноухий нужен будешь? Вот и придется тебе одному прогуливаться. Кстати, Гоша, не выгляди таким букой, улыбнись хоть немного. На нас Джастин Релкам зыркает с противоположной стороны проспекта. — Девчонка приветливо помахала рукой собрату по учебе в Хилкровсе, оскалившись в бездушно-голливудской улыбке. — Или ты хочешь, чтобы весь Даркхол о нас с тобой судачил в поезде до самой школы. Мол, я так тебя затерроризировала, что на тебе лица нет. С них ведь станется. Может тебе и по барабану, что о нас подумают сокурсники, но мне — нет. Улыбнись, кому сказала!..

«Опять раскомандовалась, пигалица! И что это, по ее мнению, если не террор чистой воды?» — ворчливо возмутился внутренний голос.

Но все же парнишка растянул губы в неестественной улыбке, отчего его лицо приобрело несколько глуповатое выражение. И, слава богу, что Джастин к этому моменту уже скрылся в магазине Марицы Спаркли, который торговал одеждой, не заметив своеобразного личика Каджи. За лето бывшие первокурсники заметно подросли, и почти каждому из них теперь нужна была новая школьная форма.

Ребята тем временем уже вышли с Заячьего проспекта на примыкающую к нему площадь Силы, где оказалось еще многолюднее. Мало того, что местных горожан хватало с избытком, так еще учеников школы колдовства Хилкровс вместе с родителями понаехало видимо-невидимо. И они суматошно-оживленно метались от одной лавочки к другой, затариваясь всем необходимым для учебы и устраивая невообразимый хаос. Почему-то основная масса покупок перед началом обучения совершалась именно в пару последних дней, став уже своеобразной традицией. И знакомых по школе лиц мелькало до ужаса много, только успевай раскланиваться, пожимать руки да улыбаться направо и налево. Или отворачиваться от тех субъектов, кого лучше видел бы в гробу в белых тапках, чем рядом с собой. Таких было меньшинство, но меньшинство крайне противное и приставучее.

Когда компания проходила вблизи трактира «Слеза дракона», его массивная дубовая дверь резко и широко распахнулась, глухо ударившись о каменную стену. А затем из нее вылетел волшебник слегка крупноватый и широкоплечий для таких дальних перелетов, одетый с небрежным шиком, ясно говорившим о немалом богатстве владельца наряда. Вылетел он в буквальном смысле слова, только красная со светло-коричневыми разводами мантия развевалась на ветру. Просвистев перед носом у ребят и отчаянно-натужно махая руками, словно орел, взмывающий в небо, что ему вовсе не помогло, маг приземлился грудью точнехонько в небольшую мутную лужицу, образовавшуюся после вчерашнего дождя и не успевшую высохнуть под яркими лучами сегодняшнего солнца.

И уж только затем из дверного проема появились сперва крупные руки с пудовыми кулаками, а потом и их обладатель в кристально белом накрахмаленном фартуке. Кустистые брови его были грозно сдвинуты. На скулах перекатывались желваки, недвусмысленно оповещая окружающих о крайнем недовольстве хозяина. Бицепсы рельефно взбугрились грудой мышц, которым даже Арнольд Шварценеггер наверняка втайне позавидовал бы.

— Пошел вон! — громогласно прорычал на всю площадь мужчина. — Иди пожирай смерть, раз так назвался, а не мое жаркое, морда гнусная!

Любитель полетов выбрался из лужи, подрастеряв на дне водоемчика весь свой шик и лоск, и сунул руку под мантию, выхватив оттуда волшебную палочку. И он даже попытался направить ее подрагивающими пальцами в сторону обидчика. Только забыл перед этим как следует подумать о ближайших последствиях своих нервных телодвижений.

— Чего?! — еще громче взревел обладатель пудовых кулаков, радостно оскалившись наметившемуся продолжению развлекухи. — Лучше спрячь, пока никто не видел. А то я тебе ее засуну поперек в…, - мужчина мельком скользнул взглядом по малолетней компании, застывшей невдалеке с разинутыми от удивления ртами, и продолжил после легкой запинки, — пасть. На квакушку станешь похож. А ну бегом отсюда!

Он сделал всего лишь шаг в сторону мага, а тот уже летел во весь опор к другому краю площади, подбадриваемый многоголосым улюлюканьем и лихим свистом очевидцев происшествия. Не очень-то в Старгороде любили бывших пожирателей смерти, справедливо полагая, что большинство из них только на словах бывшие. А на самом деле — еще какие настоящие.

— Привет, Гоша! — радушно заулыбался мужчина, переведя взгляд с убегающего мага на парнишку. — Может зайдешь в гости? Сам знаешь, для тебя и твоих друзей у меня всегда найдется самое вкусное угощенье за удобным столиком…

— Спасибо, Карл, только лучше в следующий раз, — так же радостно и искренне улыбнулся в ответ Каджи. — Нам еще столько всего нужно купить, что боюсь, не успеем управиться. Да и шумновато у тебя сегодня… Осторожно, сзади! — крикнул он.

В проеме двери наметилось непонятное сумбурное оживление. Только хозяина трактира суматоха за спиной нисколько не смутила.

— Да уж, сегодня у меня весело как давненько не было, — криво, но добродушно усмехнулся он из-под пышных усов. — Я и забыл совсем, что этот чудик решил ко мне в трактир не один завалиться, а с компанией таких же недобитых пожирателей. Это я стерпел бы, наверное. Так они еще и языком начали молоть какую-то чушь о якобы грядущем скоро приходе Князя Сумрака, чтоб их всех наизнанку вывернуло, да так и оставило. Вот и пришлось вежливо попросить его покинуть мое заведение. Ну не нравятся они мне, эти живоглоты…