Ольга Табоякова - Все дороги этого мира

- Стихи, не пишу, я актриса, - упрямилась Алила.

- А я пишу, вот и ищу, - вздохнул Хэсс.

- Врешь, - Алила решила сменить тактику.

- Я? - Хэссу захотелось сказать девушке правду, но приобретенная осторожность и ее поведение не дали это сделать.

К ним подошел еще один подозрительный тип - Недай.

- Что делаете? О чем разговоры? - Недай уселся на травку рядом с Хэссом.

- Разговариваем о вдохновении, - с печалью в голосе поведал Хэсс.

- Да? - Недай удивился, он то был уверен, что девушка будет тормошить Хэсса совсем по другому поводу.

- Когда мы, наконец, свернем с этой дороги? - Хэсс задал неожиданный для присутствующих вопрос.

- Чем тебе эта не нравится? Не вдохновляет? - поехидничала обиженная Алила.

- Есть где-то, сны плохие, - бывший вор ответил искренне.

- Может это потому, что ты теперь делишь место с орком? - Недай склонен был во всем искать рациональное объяснение.

Девушку позвали к другому костру, Мореход неслышно исчез. Недай и Хэсс остались вдвоем.

- Зачем за дядей ходишь? - Недай спросил на прямую.

- Кто тебе это сказал? - Хэсс прикидывал имеет ли племянник отношение к заколдованности дяди.

- Сам понял, - Недай все еще ждал честного ответа.

- Я уже Алиле сказал, но она не поверила, - Хэсс постарался максимально расслабиться, отвечая на этот вопрос. - Ищу вдохновение.

- Да? - Недай почти поверил. - А почему начал с Инриха?

- Кто тебе сказал, что именно с него? - лениво ответил Хэсс.

Недай не нашелся, что сказать, и временно отступил.

- Хэсс, а что насчет твоего нового соседа? Как живете?

- Да, не знаю, - Хэсс еще больше расслабился, и, казалось, впал в дремоту. - Мы с ним не видимся. Я проспал пару ночей на земле. Этот не знаю, где. В повозке я его раз или два видел. Он в основном ходит общается с народом.

- Да? А ты не думаешь, что это странно?

Хэсс улыбнулся:

- Я видел достаточно странного, так что орк, интересующийся искусством для меня не достаточно странен, - ответствовал Хэсс.

- Не скажи, - усомнился Недай. - Ты где такие сапоги покупал?

От такой неожиданности Хэсс поперхнулся, и долго откашливался.

- Ну, нашел, что спросить.

- Так вот я заметил, что сапоги у тебя из тонкой кожи, выделка отменная, еще эти пряжки, по ноге. Красиво. Себе думаю такие купить.

Хэсс не мог сообщить, что он их украл в одном богатом доме. Пришлось выкручиваться.

- Дама одна подарила, - доверительно сообщил он.

Последний вопрос и ответ слышала вернувшаяся Алила. Ее страшно возмутил тот факт, что неизвестные дамы дарят Хэссу обувь.

- Жена? - потребовала она ответа.

Оба, и Недай, и Хэсс, вздрогнули.

- Нет, и не невеста, - предупредил Хэсс очередной каверзный вопрос. - Пока не собираюсь.

- А что так? Или подходящих для тебя нет? - все еще злилась девушка.

- Есть, но без дома семью не заведешь.

- Как хорошо сказал, - похвалил Недай. - Без дома семью не заведешь. Как емко. Настоящий поэт.

- Спасибо, на добром слове, - Хэсс постарался впасть в дремотное состояние.

- Хэсс, а какие у тебя травки в сундучке? - Алила вернулась к своим баранам.

Молодой человек приоткрыл один глаз:

- Волшебные, будешь сильно приставать...

- Отравишь? - подначила девушка.

- Тебя - приворожу, - очень серьезно возразил Хэсс.

Недай улыбнулся, представив это.

- Фррр, - негодование еще долго ощущалось в природе.

Линай старался воспринимать вынужденную задержку в пути спокойно, но беспокойство его не оставляло. Его ученик расхворался, и все врачевательное искусство Линая не смогло поставить Эльниня на ноги. Эльнин сам чувствовал вину перед учителем, он пытался идти с высокой температурой, кашлем, головокружением, но падал.

Линай понимал, что соваться в Темные земли без ученика, не целесообразно. Он вынуждено ждал, и, по правде говоря, это его выводило из себя.

Они стояли на месте уже пять дней.

- Опять? - нахмурился Линай.

По дороге шли повозки, люди весело переговаривались, смеялись. Линай углядел, что трое пытались изобразить скульптурную пирамиду. Впереди всей этой оравы ехал маленький старичок в красном на миленьком ослике.

- Циркачи, - выдавил сквозь зубы Линай. Затем его осенило. Возможно там есть целитель или маг. - Приветствую, - Линай поклонился старику на ослике.

Мурмур Аран поднял голову, в своих мечтах он пребывал на фестивале. Ему уже вручали именной знак.

- А?

- Подскажите, если у Вас целитель. Мой ученик сильно заболел, - пояснил Линай.

К проблемам Хэсса добавилась еще одна. Восторженный рассказ Мухмура Арана об исцелении донны Илисты убедил Линая, что с ними едет хороший целитель.

К говорящим присоединилась донна Илиста, Инрих и еще два десятка человек. Орк зорко наблюдал за новыми лицами. Ему удалось отрезать прядку волос Най, Вики, Флата, Дикаря, Риса. Неожиданная встреча помешала ему отрезать прядку у Алилы. Страхолюда не оставляло сомнение, что Хэсс может быть тем, кого он ищет. Но проверить, никак не удавалось. Тот не ночевал в повозке, и виделись они редко. Орк не унывал, а проверял остальных возможных кандидатов. Пока были неудачи.

С умным видом Хэсс был вынужден осмотреть, лежащего на травяном ложе Эльниня. Горячий лоб, обметанные губы, красные глаза, слабость, потливость.

- Я могу дать ему отвар для восстановления сил, но что у него я не знаю. На лихорадку не похоже, на простуду тоже. Отравление тоже исключается. Что может быть еще?

Линай осознал, что этот парень понимает во врачевании еще меньше, чем он.

- Давай, - разрешил он.

- Можно его положить в повозку. Я поночую у Морехода. А вот орк?

Инрих мгновенно решил затруднения:

- Я предложу ему спать у себя.

- Отлично, давайте перенесем больного, - Линай взял переноску на себя.

Хэсс не видел Линая последующие два дня. Он вынужден был заниматься только больным Эльнинем. Того приходилось протирать мокрой тряпкой, поить отварами, укутывать одеялом. Хэсс проводил с больным все свое время. Разочек в повозку заглянул орк, он принес весьма полезную вещь - только что убитую змею - и даже последил за больным, пока Хэсс готовил жаропонижающий отвар. Оказанная орком помощь изменила к нему отношение Хэсса. Еще раз в повозку заглянул Инрих, и спросил не надо ли чего. Также заходил Мореход, который напоил Хэсса огненной водой для бодрости, и подарил больному Эльниню теплые носки.

Через два дня юноше стало легче. За время болезни он отощал настолько, что скорее стал походить на четырнадцатилетнего Тьямина, чем на взрослого восемнадцатилетнего человека.

- Ты кто? - одними губами спросил Эльнинь. - Целитель? А где я?