Александра Лисина - Мэтр на учебе

ГЛАВА 7

Обидно, когда срывается тщательно продуманный план. Но только дурак не использует это обстоятельство в своих целях.

— Стой. Дальше мы сами, — буркнул Верен, остановившись перед входом в учебный корпус. — Дотащим как-нибудь.

Я пожал плечами и послушно опустил на крыльцо так и не пришедшего в себя Молчуна. Тот с тихим шорохом осел на ступеньках и даже не дрогнул, когда Петер подхватил его под мышки и поволок к телепортационной арке. Пошатывающийся Шарк, которого Грош придерживал за плечи, уже очухался, поэтому дополнительная помощь ему была не нужна. Однако из-за мутного взгляда и бледной кожи он все еще походил на упыря.

Эх, и это — будущие мэтры. Интересно, чему их учили целый год, если после первого же вскрытия они так раскисли? Надо будет еще раз глянуть на расписание и поспрашивать, чем они занимались на занятиях, если так бурно отреагировали на самый обычный труп. Не цветочки же целый год сажали? Не лютики же нюхали?

В мое время вскрытия проводились чуть ли с первого дня. И мы прекрасно знали, как выглядят развороченные клинком кишки, не закатывали глаза при виде покрытого магическими ожогами человеческого тела. А эти как с неба свалились. Лягушками и крысами они, видите ли, занимались. Но даже если и так — после первой же собственноручно убиенной крысы или препарированной лягушки, на которых изучают, как работает сердце, чувствительность к некоторым вещам пропадает напрочь.

Оказавшись перед мерцающими арками, Петер и Грош активировали правую и, не попрощавшись, исчезли вместе с Шарком и Молчуном. Верен, проводив их взглядом, качнулся было следом, но потом вдруг остановился и, с сомнением обернувшись ко мне, неуверенно обронил:

— Спасибо.

— Не за что, — пожал плечами я, отходя ко второй арке.

— Ты все-таки светлый. Обычно вы такие… ну…

— Гады? — понимающе усмехнулся я, активируя нужные руны. — Так и есть. Но меня воспитывал некромант, который и научил в свое время одной важной вещи…

— Какой?

— Темные своих не бросают, — с серьезным видом сообщил я, после чего махнул рукой и, не дожидаясь от Верена ответа, отправился к себе.

Несмотря на поздний час, холл отнюдь не пустовал — на диване возле камина развалились трое старшекурсников, а рядом, втиснувшись между ними, пристроились две миловидные девочки более юного возраста. Причем, судя по мордашкам девиц, царящий вокруг полумрак и пляшущие в камине язычки огня настраивали красавиц на романтический лад.

При виде меня девушки хихикнули и попытались отодвинуться от ухажеров. Двое из них в ответ только ухмыльнулись, а третий лениво обернулся и, кинув в мою сторону пренебрежительный взгляд, широко зевнул:

— Тебе чего, мелкий? Заблудился на ночь глядя?

— Нет, — хмыкнул я, доставая из-под мантии утащенную из лечебницы окровавленную простыню. — С прогулки просто иду.

От камина обернулись и остальные четверо студентов. Я тряхнул еще влажную ткань и нечаянно выронил оттуда покрытую багровыми разводами пилу с прилипшими к ней осколками ребер.

— Ой. А вот это не мое… случайно прихватил с кладбища. Ну да ничего. Сейчас помою, наточу и будет как новенькая… кстати, вам садовый инструмент не нужен? Если что, могу достать. Недорого.

Девушки внезапно побледнели. Парни поднялись с дивана, сделали шаг по направлению ко мне, загородив проход в мужское крыло.

— Мелкий, ты что, убил кого-то? — наконец отмер один из них, недоверчиво рассматривая пилу.

Я сделал непроницаемое лицо.

— Да. Одного дурака, который мешал мне пройти. Упрямый оказался и не поверил, что я, когда голоден, могу убить за кусок пирога. Правда, поскольку пустых могил на кладбище не нашлось, пришлось его распиливать и закапывать по частям. А он костлявым оказался, вот пилу об него и затупил. Под конец пришлось молотком даже долбить — черепушка никак не хотела лезть под крышку гроба. Хорошо, до темноты успел… Доброй ночи, коллеги.

Нагнувшись, я без помех подобрал с пола «улику» и спокойно прошел мимо старшекурсников. Без помех добравшись до комнаты, с каменной физиономией закрыл за собой дверь и, скинув на пол пропитавшуюся ароматами подвала мантию, проворчал:

— Ну как дети, в самом деле. Что ни скажи — всему верят.

— А я тебе говорил, — сварливо проскрипел откуда-то сверху Нич. — И вообще, чего это ты такой недовольный? Светлым нос не получилось утереть? А то лучшим он станет, поглядите-ка!

— Я до Черной башни не добрался.

— А собирался?

— Конечно. Пора уже портал налаживать. В Тисру надо бы заглянуть, Модшу навестить, сказать ему, что я жив, и эликсиры заодно заказать — старые-то уже закончились. И вообще, у меня были другие планы на сегодняшний день.

— Ну так в чем проблема? — удивился таракан и, спрыгнув со шкафа на комод, вопросительно шевельнул усами. — Нам всего-то нужно получить приглашение от темных. Спаси какую-нибудь некроманточку от оравы светлых, и вот тебе выход.

— Я планировал использовать другой вариант проникновения…

— Зря. Некроманточка — самый быстрый способ. Точно тебе говорю. Спаси ее — и все дела.

— Да как я ее спасу? — хмуро откликнулся я. — Они же толпой все время ходят. Что мне, два десятка человек сперва распугать, а потом уговаривать вернуться?

— Ну, — на мгновение задумался таракан. — Хочешь, я их распугаю?

— Спасибо, не надо, — вежливо отказался я, стаскивая с себя форму. — Ты и так сегодня постарался: некоторые до сих пор боятся в столовую заходить.

— Кстати, о столовой, — вкрадчиво начал Нич. — Не знаешь, какая сволочь подвесила там иллюзию, из-за которой мне, архимагу в почтенном возрасте, пришлось спасаться позорным бегством?!

— Имеешь в виду ту красную стрелку, которая поворачивалась следом за тобой как привязанная, указывая правильное направление?

— Да!

— И которая пропала только через полчаса после того, как ты окунулся с головой в бассейн?

— Конечно!

— Понятия не имею, — бесстрастно отозвался я, бережно складывая форму на стуле. — Если бы это был я, то позаботился бы, чтобы ты из столовой вообще не выбрался. Скажем, подвесил утяжелители на лапы или просто-напросто обездвижил. Представляешь, сколько бы тогда каблуков по тебе потопталось?

Нич недобро ощерился.

— Гира-а-аш…

— Отстань, — буркнул я, накидывая теплый халат и направляясь к двери. — Я устал и голоден, не успел из-за Ворга поужинать. Пирожки давно закончились, а столовая уже закрылась.

С этими словами я вышел, плотно прикрыв за собой дверь, поэтому не услышал, ворчал ли учитель по поводу моей мести. И вообще, нечего возмущаться — он меня сегодня пару раз тоже подставил. И то, что обе ситуации я обратил в свою пользу, — это только моя заслуга.