Иван Казаков - Нед (трилогия)

– С сегодняшнего дня ты начнешь медленно выздоравливать. Но – очень медленно! Никаких служанок в постель – кстати, ты её убил. Да, да – мне придется ее убрать, чтобы не болтала языком. Будешь сидеть взаперти, пока я не позволю тебе выходить. Учти – твоя жизнь, жизнь твоих близких в моих руках!

Амунский вышел из спальни «короля» и коротко приказал стражникам, стоящим у дверей:

– Никого к нему не пускать – кроме слуги. Ни сына, ни служанок – никого. Король пока слишком слаб, хотя и начал выздоравливать. Передайте мое распоряжение своему командиру.

Стражники отсалютовали в знак того, что поняли, и Амунский пошел по коридору к библиотеке, находящейся в соседнем крыле здания и соединенной с ним длинными переходом.

Дворец вообще имел довольно хаотичное и сложное строение – он были построен не менее тысячи лет назад, и все это время стоился, перестраивался по вкусу своих владельцев и согласно их пожеланиям. А так как вкусы и желания королей были иногда экзотичны, а вкуса частенько не было как такового, то дворец представлял собой смешение стилей и композиций, где древние строения соседствовали с современными корпусами, не вписывающимися ни в какие пейзажи.

Так и библиотека – она находилась на втором этаже одного из корпусов и через неё можно было выйти в сад, наполненный экзотическими растениями со всех концов света – сейчас немного запущенными, разросшимися так, что сад напоминал джунгли южного континента.

Весь дворец был пронизан тайными ходами, и Амунскому стоило большого труда найти для нынешней спальни короля такое место, где и близко нет тайных ходов. Прочные каменные стены напоминали о темнице, из которой нет выхода. Не зря двойник короля говорил о том, что он будто похоронен во дворце – на самом деле, в общем-то так и было – лжекороль будет существовать столько, сколько надо Амунскому, а потом умрет – возможно, от несчастного случая, возможно – убитый фанатиком, решившим, что король – демон и нужно освободить от него этот мир. Вариантов много, и каждый из них имел право на существование. После того, как Амунский найдет преемника королю, такого, что будет подчиняться безоговорочно. Как этот двойник.

Настоящий король скончался несколько недель назад, и Амунский, готовый к этому моменту, мгновенно заменил покойного на двойника, созданного заранее, несколько месяцев назад. Тело короля покоилось в море, а двойник, подготовленный по всем правилам, подписывал бумаги, ставил печати – исправно, так же как и настоящий король. Мужчину научили это делать, и подпись лжекороля не отличил бы от настоящей даже эксперт – тренировки, плюс магия, делают свое дело.

Амунский усмехнулся, довольный своей операцией – все прошло как надо. «Король» под его контролем, делает то, что ему приказывает Гирсос, а конкуренты плетут свои «гениальные» заговоры в надежде занять трон, когда король умрет. Когда тайные агенты доложили Гирсосу о том, что задумали главы дворянских кланов – он смеялся до слез, представляя, как идиоты ждут смерти короля. А ее, смерти-то, нет и нет, нет и нет… печально, господа, правда?

Потому лжекороль и был помещен в такое место, где нельзя было проследить за тем, что он делает в спальне. А ещё – к нему не допускался никто, кроме самого Амунского и ограниченного круга слуг. Увы – иногда возникали казусы подобные случившемуся вчера вечером – лжекороль вышел из своей спальни, ухватил служанку и затащил в свою комнату, где несчастная девушка не смогла сопротивляться напору «больного». Теперь подобные инциденты исключены – Гирсос распорядился, чтобы больше никто не ходил мимо спальни короля.

Слезы смеха сменились слезами по дочери, убитой по приказу Хеверада. Гирсос быстро разобрался в несложных, в общем-то, хитросплетениях заговора и обезопасил себя от попыток лишить власти. Теперь Амунский очень, очень пожалел, что назначил Хеерада главнокомандующим всеми вооруженными силами. Однако – пока что никаких действий в отношении мятежного генерала не предпринимал. Ждал удобного момента. То, что такой момент наступит – Гирсос не сомневался. Хеверад должен был заплатить за то, что предал покровителя, продвигавшего его по службе. Ну и ответить за смерть дочери – само собой. Последние годы Амунский вообще-то не очень ладил с Анитой – она причиняла ему немало неприятностей, иногда он сам в сердцах подумывал о том, не прибить ли эту тварь – но никто не смеет лишать жизни Амунских безнаказанно. Если он не отомстит за дочь – это будет означать, что Амунский не так силен, как прежде.

При мысли о погибшей дочери у него сжалось сердце – когда-то она не была такой стервой…маленькая девочка, розовая такая, губастенькая… Он любил её, все равно любил. Не так, как сына, конечно – сын это все – наследник, надежда – но…любил. И считал, что хорошо пристроил к перспективному военному, который будет его боевым молотом, если понадобится сокрушить конкурентов.

Увы, молот сломался…и на взмахе убил частичку души Гирсоса. Амунский скрипнул зубами и решил, что очень, очень жестоко отомстит Хевераду. Убивать его глупо – талантливый полководец понадобится государству – но сделать так, чтобы тому было больно, очень больно – вполне возможно. Нужно только найти эту болевую точку, узнать, кто ему дорог и уничтожить эту любовь!

Гирсос подошел к переходу, ведущему в библиотеку, подумал немного, и…развернулся в обратную сторону, решив зайти в канцелярию. О чем ему говорить с принцем, который днями и ночами не вылезал из библиотеки? Зачем он теперь ему? Кстати сказать – принц зажился на этом свете. Может ему, как и королеве, пора отправится на небеса? Нужно будет поговорить кое с кем по этому поводу…

Приняв решение, Гирсос зашагал быстрее – сегодня нужно было пустить в ход королевский указ, предоставляющий ему особые полномочия и вводящий в стране военное положение. Пора было как следует заняться своими политическими противниками, совсем забывшими страх. Напомнить, что Гирсос – это сила. И не все силовые структуры королевства подчиняются Хевераду…

Нед плавал в хрустальной вышине…мысли его были тягучи, как тянучка, которую продавали на городском рынке, он пытался сосредоточиться, но не мог – где Нед сейчас обитал, что с ним – неважно. Ему было хорошо, спокойно. А разве может быть неспокойно, когда ты паришь в вышине, как унесенная ветром паутинка? Лети, отдавшись порывам ветра, а впереди – новый мир, новые ощущения, новая радость! Главное – чтобы не сожрала пролетающая по своим делам птичка.

– И чего ты тут повис? – перед Недом неожиданно появился человек в черном, с острым, жестким лицом.

– Как чего? Я наслаждаюсь – недоуменно ответил Нед, не понимая, откуда взялся это черный и чего ему надо – уходи отсюда! Не мешай мне!