Роксана Полякова - Мир Мертвых: Хранитель

- Ты опять рыдаешь? - вывел меня из блаженства насмешливый голос.

Я распахнула глаза и увидела криво усмехающегося Айроса. Он стал бледнее обычного, что изрядно настораживало. Если судить по реакции Лейлы и Григория, то он только что проделал нечто из рук вон выходящее.

- Тебе показалось, - быстро ответила я, вытирая единственным уцелевшим рукавом слезы. - Что.... Что произошло?

- Тебя практически слопала Тень.

- Нет-нет, - слабость еще не полностью отступила, и подняться с кушетки мне стоило некоторых усилий. - Это я знаю, слышала... Что со мной произошло?

Вся веселость пропала с его лица, уступая место озабоченности. Айрос нахмурился и присел на кушетку рядом со мной.

- Что ты имеешь в виду?

- Ну... Я чувствую тебя, - когда его брови начали подниматься вверх и грозились уже оказаться на самой макушке, я поспешила добавить. - Не в плане чувствую тактильно или что-то вроде того... Я ощущаю твое присутствие, то есть... Ты тут, точно тут и нигде больше. Даже, если закрою глаза и провернусь несколько раз вокруг своей оси, то все равно найду тебя.

Он озабоченно хмыкнул и почесал свой затылок:

- Может, какой-то побочный эффект от крови?

Что-то явно не сходится с его словами, если во всем виновата кровь, то это ощущение дало бы о себе знать гораздо раньше, а оно появилось именно сейчас...

- Появилось только сейчас? Хм.... - пробубнил задумчиво Айрос, тем самым озадачив меня, когда это успела ему озвучить, то о чем совсем недавно подумала. - Ты рассуждала вслух. - быстро добавил он и начал подниматься на ноги.

- Остальные странно реагировали перед тем как... как ты мне помог. То, что ты сделал... - я соскочила на ноги следом за ним, замечая, что его кожа побледнела еще сильнее, а под глазами появились синяки. - С тобой все в порядке?

- Все хор...

Попытался бодро ответить он, но сморщился и схватился за шею. На лице появилось гримаса боли, и он стал оседать на пол.

- Эй! - я поспешила помочь, но он оказался слишком тяжелым, и чуть сама не упала следом. - Айрос!

Мне пришлось приложить некоторые силы, чтобы оставить его хотя бы частично в вертикальном положении, а не плашмя лежащим на полу.

- Валентин! - что есть мочи закричала я.

В коридоре за дверью послышались торопливые шаги, и в комнату вбежали с встревоженными лицами двое мужчин и женщина.

- Григорий! - воскликнула Лейла и прикрыла ладонью рот, от чего ее следующие слова прозвучали глухо. - Что стоишь? Помоги же!

Высокий мужчина с длинными волнистыми волосами темно каштанового цвета, быстрым шагом подошел к Айросу и поднял его на ноги. Григорий посмотрел на меня водянистого цвета глазами, словно оценивал по своему какому-то личному критерию. Я же в свою очередь подметила поразительное сходство между ним и Лейлой. Сомнений не было, что они родные брат и сестра. У обоих нос горбинкой, пухлые губы и оливкового цвета кожа. Так же присутствовали отличия, которые делали их личностями независимыми друг от друга. Лейла утонченная и женственная, одета в серое утепленное платье с длинным рукавом и воротом с заклепками на левом боку. Ее волосы собраны заколкой сзади в огромный пушистый хвост, а на носу красовались редкие веснушки. Григорий оказался на две головы выше Лейлы и в полтора раза шире в плечах. Волосы у него распущены и волнистым каскадом спускались по спине до самых лопаток. На хмуром лице присутствовала недельная щетина, которая делала его еще суровее и мужественнее. Одет он в льняные бежевые брюки и белую рубашку, сверху которой утепленная белая накидка с капюшоном, длиной доходящую до колена.

Валентин - миловидный мужчина средних лет, с интересом наблюдающий за происходящим вокруг, в светло-карих глазах, которого чувствовалось присутствие гения, одет в бесформенную мешковатую одежду, коричневый свитер и темно серые брюки. Он задумчиво погладил свой квадратный гладко выбритый подбородок с ямочкой посередине и удрученно хмыкнул. Уголки его тонких губ были приподнятыми от природы, и казалось, что он немного улыбается, хотя это совсем не так.

- Я не знаю что делать, он задыхается! - напуганная сложившейся ситуацией торопливо сказала ему я.

Айрос висевший на плече Григория что-то пробубнил невнятное и его вырвало черной дрянью.

- Он вытянул из тебя всю скверну, - ахнул Григорий, отодвигаясь от черной лужи и увлекая за собой Айроса.

- Его нужно уложить на кровать. Пусть перетерпит, скоро все пройдет, - утешил меня Валентин и подхватил его с другой стороны.

Я отодвинулась в сторону, чтобы не мешаться и чуть не наступила в черную лужу похожую на нефть или мазут. К горлу подкатила тошнота от мысли, что подобная чертовщина находилась во мне, и если бы не Айрос, она продолжала бы отравлять организм. Совершенный им поступок оказался поистине геройским, и в корне изменил все ранние недобрые помыслы в положительное русло. Меч выскользнул из-за его пояса и, звякнув, упал на пол. Я отпихнула его в сторону ногой, чтобы никто не споткнулся или не поранился, и проследовала за мужчинами к выходу. Мы оказались в сером коридоре, увешанным множеством свечей и слишком узким для троих, поэтому Валентин оставил Айроса Григорию и двинулся вперед, чтобы открыть дверь в самую дальнюю из комнат. Окна в предложенном нам помещении отсутствовали. Оно было небольшим, кроме кровати и тумбочки, на которой стояла одинокая свеча в почерневшем от времени подсвечнике, ничего больше не было. Ощущался запах сырости с еле заметным душком плесени и влажного тряпья. Уборкой тут явно давно не занимались, и когда обессиливший Айрос упал на кровать, застеленную выцветшим бардовым покрывалом, создалось впечатление, что сейчас поднимется столп пыли, но, к счастью, этого не произошло. Стены такие же серые, как и в коридоре, испускали прохладу, значительно понижая температуру в комнате, теперь не удивительно, почему здесь такая влажность. Доски скрипели под ногами, словно выражали свое недовольство нежданным посетителям. Айрос заснул удивительно быстро, и теперь на его бледном лице появилось выражение покоя. Оставлять его одного категорически не хотелось, но Лейла, с видом отрицающим любые возражения, дернула меня за уцелевший рукав, кивнула в сторону двери и, не дожидаясь ответа, вышла.

Я недовольно поморщилась от предвкушения предстоящего серьезного разговора, и, стараясь как можно меньше шуметь, вышла следом за ней, с тихим щелчком прикрывая дверь за спиной. В коридоре ожидали две пары голубых глаз брата и сестры.

- Вы уверены, что его сейчас можно оставить одного? - поинтересовалась я, чувствуя себя неловко перед ними.

- Да, самое страшное уже позади, - утвердительно кивнул Григорий и нахмурился, внимательно разглядывая меня. - С тобой тоже все в порядке.