Роксана Полякова - Мир Мертвых: Хранитель

- Хм... - задумчиво произнес Валентин. - Только его, нас для нее не существует.

- Если я постараюсь, - заговорил Айрос. - То могу услышать, о чем она думает. Это странно...

- Не удивительно, в ней твоя кровь, - человек, которого когда-то называли безумцем, бросил что-то на столик около меня. - Что у нее сейчас в голове?

- Она пытается понять, что за грохот только что был.

- Я думал у нее там сейчас что-то вроде хаоса из страха и паники, а не этот банальный бред, - усмехнулся Григорий. - Крепкие нервы у твоей подопечной, она мне нравится...

"Зато ты мне не очень..." - подумала я.

Рот Айроса искривился в невеселой усмешке.

- Что? Что она подумала, - спросила Лейла.

- Ей не очень нравится Григорий.

- Это она просто плохо меня знает, - недовольно возразил вышеупомянутый.

- "Больно уж надо..."

На этот раз смешок Айроса был более веселый:

- Зато теперь точно знаю, что в отличие от тебя, я ей более симпатичен.

"О тебе я вообще сейчас не думала" - послала я ему свою возмущенную мысль.

Григорий проворчал что-то непонятное и захрустел ногами по битому стеклу, постепенно удаляясь от нас.

Образ моего хранителя начал мутнеть, веки стали ни с того ни сего тяжелыми и больше не получалось держать глаза открытыми. Дыхание сильно замедлилось, воздуха перестало хватать. Появился страх.

- С ней что-то не то... Она боится... И становится дальше от меня, - с беспокойством заметил Айрос. - Я перестаю ее чувствовать. Валентин, что-то не так!

Вокруг снова началось какое-то движение и суета. Я постепенно переставала что-либо чувствовать, единственным отчетливым ощущением была скверна, ползающая в моем животе.

- Кровь не поможет, а только отсрочит ее гибель, - с нажимом произнес Валентин. - Из нее слишком много выпили, ей нужно что-то еще...

- Моя кровь чистая, может, попробуем ее? - предложила Лейла.

- Лейла! - запротестовал Григорий.

- Замолчи! - воскликнула она. - Алиса спасла твоего ребенка! Как ты можешь спокойно смотреть на то, как она погибает?!

Оказывается папочкой того малыша был Григорий... Даже в таком плачевном состоянии мне не чуждо было удивление.

- Тихо-тихо... Не ругаемся, - начал успокаивать их Валентин. - Твоя кровь не поможет.

- Ты такой спокойный и уверенный, - угрожающе проговорил Айрос. - Знаешь что ей нужно?

Я начала постепенно терять нить разговора, приходилось напрягаться, чтобы понять о чем они говорят и не упустить из виду размытый образ Айроса.

- Кое-что предполагаю, - Валентин выделил голосом слово "предполагаю". - Можно вас всех на пару слов?

- Думаешь ее сейчас можно вот так оставить одну? - засомневался Айрос.

- Мы ненадолго. Времени мало, но оно есть...

- Хорошо, - немного поколебавшись, согласился он.

Его шаги и Валентина стали постепенно удаляться, за ними последовали Лейла и Григорий. Тишина окутала со всех сторон и звенела в ушах. В голову лезли самые ужасные мысли: вдруг Валентин уже знает, что мне не помочь, и просто не захотел об этом говорить при мне. Как же грустно умирать в одиночестве. Никогда не думала, что погибну вот так скоро, к тому же, во второй раз. Хотелось бы пожить дольше, но, похоже, судьба против этого. У Айроса тоже все складывается не лучезарно, он не справился со своим заданием и ему предстоит отправиться в ад. Даже не знаю что лучше истлеть и превратиться в Тень или же стать демоном.

Дверь резко распахнулась и ударилась о стену с такой силой, что посыпалась штукатурка.

- Это невозможно! - раздался возмущенный голос Лейлы. - Это может не сработать! Ты только убьешь вас обоих!

- Ее смерть для меня - билет в ад без возможности вернуться обратно! - закричал в ответ Айрос. - Если я не попытаюсь, то она погибнет!

- Но ты выживешь!

- Не нужна мне такая жизнь! Почему ты этого не поймешь?

- Ты ведешь себя как полный...

- Лейла, хватит. Это его решение, - вошел в комнату Григорий.

- Но...Но...

- Если она погибнет, ему будет нечего терять.

- Мы попросим дать ему еще один шанс!

- И кто нас послушает? Всем будет наплевать! Понимаешь! Это его решение! - он не выдержал и обрушил на нее шквал слов. - Я бы так же поступил! В особенности если на ее месте оказалась бы Анна...

Наверное, Анна - это мама младенца, та самая несчастная женщина в лесу. Тогда не удивительно почему Лейла предпочла ему больше ничего не говорить. Я старалась не поддаться слабости и не заблудиться в тумане своей головы, но от огорчения и расстройства избавиться никак не получалось. Мне почему-то казалось, что все присутствующие спасают не меня от смерти, а Айроса от ада.

- Еще не передумал? - в комнату вернулся Валентин.

- Нет, - твердым голосом ответил ему Айрос.

- Тогда советую приступить, ее почти не стало.

Рядом зашевелился воздух, и горячая ладонь сжала мою руку. Я была благодарна за этот маленький островок тепла. Холод от скверны, притаившейся внутри, постепенно расползался по всему телу, будто она поняла, что сжигать смысла нет, и решила меня заморозить.

- Пошли, Григорий! - как можно громче сказала Лейла. - Пусть, что хочет, то и делает этот идиот!

- Лейла!... - воскликнул Григорий, после чего послышались сбивчивые удаляющиеся шаги двух человек. - Это его выбор и....

Раздался негромкий щелчок, оповещающий о закрытии двери, и голоса этой странной парочки затихли.

- Я, пожалуй, отойду ненадолго, - устало вздохнул Валентин. - Мне больше помочь нечем, все зависит только от тебя.

В комнате стало тихо. Можно было подумать, что тут больше никого не осталось, но я отчетливо чувствовала, как палец Айроса гладит тыльную сторону моей ладони. Он некоторое время молчал, даже показалось сначала, что слух ушел следом за жизненной силой.

- Я знаю, о чем ты думаешь, - заговорил он. - Знаю, не потому что могу прочитать твои мысли, к сожалению, уже не могу... - он тяжело вздохнул и пошевелился, после чего его голос стал ближе. - Ты думаешь, что все стараются спасти тебя, надеясь избавить меня от ада, но это не так. Все это время я наблюдал за тем как ты жила, взрослела, переживал вместе с тобой грустные и счастливые моменты. Каждый хранитель через это проходит и привязывается к своим подопечным, поэтому ты мне так же важна, как и цель не попасть в ад.

Я почувствовала шевеление воздуха над собой, а потом наши губы слегка соприкоснулись. Подобным образом тень вытягивала жизнь, оставляя после себя скверну и отвратительное ощущение, Айрос же, был полнейшим антиподом. Он дарил приятное тепло, извлекая всю черноту, скопившуюся в животе, заполнял пустоту светом и возвращал потерянные силы. Чувство счастья, больше похожее на эйфорию, наполнило мою душу, заставляя плакать от переполняющего восторга, словно самое заветное желание внезапно исполнилось.