Катерина Шишканова - Янтарин

Хлоп! Подскочивший уже парень, дёрнулся от затрещины. Старик возмущённо приподнялся.

— Да как вы смеете?!

— Лучше бы за братцем следил, а не мне отдых портил. Эти костоломы в плащах трупно подванивают. Надеюсь, он ещё не перезнакомился со всеми ими до состояния "ням-ням".

— Кого "ням-ням"?

Обсуждаемый робко сунулся в комнату. Две пары гадючьих глаз и одна, облегчённо сморгнувшая, уставились на него. Янош заметно смутился.

— У-у, балбес, — наёмник вышел вон, уже в конце коридора услышав звонкий подзатыльник — учения Гельхена не прошли зря, а ручка у Рыжика тя-яжёлая…

Вышел во двор, высматривая знакомую косинку во взглядах окружающих. Девушка сама подошла к нему, неуверенно покусывая пухлую губку. В лучах заката кожа её казалась серебристой, словно чешуя, но пахла она человеком. В отличие от рыжей бестолочи — от этого вечно воняло палёным. Гельхен даже устраивал несколько проверок, выискивая огниво или кресало. Находил, устраивал взбучку, но запах никуда не девался.

— Спасибо, что согласились выслушать, господин Феникс.

— Моё имя Гельхен, — привычно огрызнулся мужчина. Она поспешно кивнула. — Показывай, где тут ваше подозрительное капище…

Ладонь прошлась по шершавой истресканной стеле, сквозь которую упорно долбился чахлый барвинок. Ни шорохов, ни звуков. Сумерки задумчиво потрескивали голосами сверчков и припозднившейся сойки. Укутанное лесом капище молча взирало на нежданных посетителей, так далеко забравшихся ради посещения столь заброшенного места. Задумчиво завыл волк.

— Вполне благопристойное кладбище, — наконец проговорил наёмник. — Может, поблизости есть курган? Здесь уже давно никто не шевелится.

Девушка прикусила губу.

— Извините, — наконец пробормотала она, словно река с берегов плеснула.

Он обернулся, но её уже не было. Обозвать себя хотя бы мысленно он не успел — из багульника, росшего на краю капища, послышалось тяжёлое ворочание и кто-то неуклюже полез сквозь куст, явно желая пообщаться с потянувшимся к мечу воином.

— Что вы здесь… ух ты!

Гельхен мысленно застонал. Меч вошёл в кольцо весьма неохотно, не до конца уверенный, а не познакомиться ли с гадёнышем поближе?

— Какого чёрта? — процедил сквозь зубы всё ещё нервный наёмник, схватил рыжего за шкирку и поставил пред свои грозны очи.

— Вы не пришли вечером, вот я и подумал…

…птица же с ними! Они под присмотром! Чего этим людям ещё надо?..

— Что?! Мне теперь обязательно желать вам спокойной ночи, чтоб вы оставили меня в покое хотя бы на час?

— Четыре часа, — тихонько поправил мальчик. — Скоро полночь.

Глаза Гельхена метнулись по поляне с кучей склепов и растресканных стел. Солнце только село, на западе ещё плескался свет, протягивая алые нити к застрявшим посреди леса людям. Или не на западе? Поляна сама светилась мерным тёплым светом. Всклокоченные рыжие волосы засветились внутренним огнём, в расширенных глазах плескалось жидкое пламя. Гельхен провёл рукой по своим волосам, зная, что в глазах мальчика отражается их изменившийся цвет. Такой же огненный.

— Валим отсюда, — буркнул он, не желая выслушивать трёп пацанёнка, но тот молчал. Просто смотрел на мужчину, беззвучно шевеля губами. — Идём, я сказал. Здесь скоро будет… холодно.

— Вы здесь с этой ведьмой были? — неожиданно зло то ли заключил, то ли обвинил парень.

— Сдурел совсем? Мне тут только твоих возмущений не доставало.

Волки взвыли особенно пронзительно. И дико. Ночная жизнь леса набирала обороты. Полночь. Скоро сюда наползут мелкие духи, вампирящие тепло человеческих жизней — небольшие паразиты, которыми даже некромант не заинтересуется, но которые и в одиночку способны иссушить такого глиста, как Рыжик. А в соседней речке наверняка живут русалки. Неприкрытая луна надъеденным краем подцепила дальнюю стену леса. Значит, к воде подходить тоже не стоит, подводные твари теряют остатки рассудка при лунном свете. Если только это не…

В лес они ворвались уже через полминуты. Всё ещё не до конца понимая, почему Гельхен такой мрачный, рыжий перебирал ногами, пыхтя, как загнанная лошадь. Мужчина резко затормозил, мальчишка ткнулся в него лбом.

— Вы чего?.. Ой…

— Угу…

Из кустов медленно выплывали серебристые в свете щербатой луны текуче-плавные фигуры. Бесшумно смыкали ряды, загораживая все возможные выходы. Рука Гельхена ближе притянула к себе рыжего.

— Только не трясись, — тихо предупредил он. — Они ничего нам не сделают, когда-то давно я спас их сестру.

Мальчишка неуверенно кивнул. Колотить его перестало, но дрожь неизменно пробегала по телу, заставляя его вжиматься в своего защитника.

— Не подходите, — процедил тот, предупреждающе сверкая глазами. — Вы должны мне услугу, не забыли? Не подходите.

А что ещё оставалось? Меч против воды не помощник. Стоящая ближе всех склонила голову, то ли рассыпав по плечам волосы, то ли разлив воду. В лунном свете замерцал тонкий ободок-венец.

— Приветствую тебя, Феникс, человеческий наёмник, — прожурчала фигура. Мужчина ощерился.

— Моё имя Гельхен, — упрямо прошипел он.

— Так же, как и моё Лиам, — непонятно с чем согласилась собеседница. Её водяные глаза медленно разглядывали прижавшуюся к наёмнику фигурку. Золотые глаза испуганно моргнули. Лиам задумчиво склонила голову. — Извини, что пришлось заманить тебя к усыпальням, но к человеческому поселению мне путь заказан, а как иначе я могла посмотреть на того, кто был мне так интересен.

Он даже не сразу понял, что женщина обращается к мальчишке. Который, кажется, отлично всё понимал и отчётливо лязгал зубами. Рука ещё ближе притянула его к себе.

— Хоть бы плащ на себя нацепил, дубина, прежде чем за мной сунуться, — едва слышно прошипел он, но Лиам его услышала, мелодично рассмеялась, давая знак своей свите отступить на шаг в лесные сумерки.

— Ты спас мою сестру, я не забыла этого, — сказала она. — Не бойся нас, наёмник Гельхен.

— Я и не боюсь. Наяды безобидны.

Лиам засмеялась. Рыжий отчётливо лязгнул зубами — безобидными наяды были сотню лет назад, во времена рассвета фениксов. Теперь расы отдалились друг от друга, кровь потеряла силу или наоборот — приобрела ранее невиданную власть. Мир изменился. И наяды не были исключением — защищая свою территорию они не гнушались притопить особо активных нарушителей границ. В последнее время.

— Зачем вам мальчишка?

Водяные глаза скользнули по шапке рыжих волос. С сожалением и недоумением.

— Хотела посмотреть на феникса, так взволновавшего Мортемира. Разве ты не слышал от Ферекруса, что некромант очень заинтересован в твоём маленьком друге?