Виктор Шипунов - Большое средневековое сафари (СИ)

Тут и появились три тени, они быстро пересекли тесное пространство лагеря, и я без звука ударил ближайшего по голове, благо я отлично их видел, левой рукой схватил второго за правую руку и, пользуясь превосходством в силе, вывернул ее так, что противник охнул и упал. Вторым ударом я оглушил последнего, и тут же что-то тяжелое обрушилось мне на шлем, скользнуло по нему и отскочило, гулко ударившись в плечо. Я резко развернулся назад и левой рукой бросил пойманного мной парня назад в нападавшего.

В руках у него была приличного размера секира. Он взмахнул, раздалось мокрое «чпок!», прервавшее вопль летящего солдата, и мы оказались лицом к лицу. Что ж, бедняге, которым я запустил в противника, явно не повезло. Секира стала подниматься. Я сделал шаг вперед и ударил мечом снизу вверх. Противник сначала подлетел вверх, а потом рухнул на землю мешком. Я оглушил его ударом плашмя и огляделся по сторонам. Со стороны дороги двигался Ланселот, а перед ним шел пленный.

Наконец, эта ночь кончилась. Яркий солнечный свет залил место ночного побоища. Четверо связанных пленных сидели на земле, прислоненные к валуну. Я сидел напротив них и ждал, когда Ланселот закончит утаскивать трупы в сторону от дороги — там было сухое русло в глубоком овраге. Когда все шестнадцать убитых оказались там, настало время заняться пленными. Ланс стоял, картинно держа в руках автомат.

— Ну, Ланселот, — мысленно сказал я, — как ты думаешь, кто из них скажет правду. Может, среди них есть главарь?

— Сейчас посмотрю что у них в головах. Ага, вот этот, который был с топором, он и есть командир.

Я повернул голову и оглядел пленных.

— Думаю, что ты командир этого сброда. Вставай! Сейчас ты расскажешь мне кто вы и кто вас послал!

Он встал и застыл, молча глядя на меня злыми глазами. Говорить он явно не собирался.

— Ланселот, ты смог что-либо выудить из его мозгов?

— Странно хозяин, — прошелестел телепатический шепот, — но он считает, что его послал Звездочет. Да и сам он какой-то не такой. Я бы сказал, что его мозг жестко обработали психозондом. Это, наверное, один из переделанных Звездочета. Он умрет, но ничего не скажет.

— Посмотри, что там с другими.

— Все они такие же — переделанные.

— Да, это проблема. Если в дело ввязался звездочет, то в замке, а может не только в замке, есть шпион, скорее всего тоже переделанный. Но вот что радует, если бы это был Брит, то все это не имело бы смысла. Так что шпион кто-то другой из тех, кто знал или мог слышать о сделке. Разумеется, эти не знают шпиона, его знает только хозяин — Звездочет, а эти получили приказ от него. Поэтому Звездочет знает точно, что они его не выдадут, и не может догадаться, что мы его вычислили.

— Хозяин, ваша логика правильная, — телепатически прошелестел в ответ Ланселот. — А что делать с этими?

— Есть варианты. Во-первых, можно убить и никому не говорить о нападении, или убить и все рассказать Бриту. Во-вторых, не убивать и отпустить, тогда они явятся к Звездочету, он испугается, что их рано или поздно увидят у него и опознают, и тогда он от них избавится.

— Мне думается, что их следует убить, тогда Звездочет успокоится, а лорда Брита следует привести сюда и показать трупы, тем боле, что нам все равно ехать за золотом по этой дороге. Так нам, наверное, легче удастся убедить его, что это нападение организовал Звездочет.

— Ты прав Ланс. Это в итоге укрепит наш союз с милордом, а нам это на пользу.

— Вот только в этом плане есть маленькая неприятность — вам самому придется прикончить этих пленных, чтобы хотя бы те трупы, что будут лежать сверху кучи, были зарублены. И так там много ожогов и пуль в трупах.

Мы отвели эту четверку к обрыву. Мне не нравилось то, что предстояло сделать, но эти люди и так были все равно, что мертвы. А так была еще одна опасность, о которой Ланс не догадался — зонд. Я почти на все сто процентов был уверен, что Звездочет пропустит их через него и тогда он узнает про нас с Ланселотом такое, что заставит его принять совсем другие меры. Пришлось стиснуть зубы и нанести четыре разных удара в пол силы так, что бы это выглядело как убийство в бою.

— Ланс, — уже в голос сказал я, — пора ехать дальше, если заметишь ручей, то остановимся, нам с тобой необходимо помыться.

— Хозяин, я знаю подходящее место.

Глава тринадцатая — Сделка

Питер, как я и просил, все это время не высовывался, он спал, обучал Томаса тактике и стратегии по огромному фолианту, найденному в библиотеке барона, и читал охотничьи трактаты, которых у лорда Брита было в достатке. Всем было сказано, что сэр Питер болеет, и еду ему доставляли прямо в комнату. Разумеется, сперва ее обнюхивал, а затем снимал спектрограммы Титан, но, по счастью, ни разу не обнаружил яда.

Там я его и застал после своего возвращения. Но сначала мне пришлось поговорить с нашим хозяином. Я сообщил ему, что дело сделано и что подробности я расскажу ему вечером, когда он навестит больного Питера, а то, что мой племянник болен мне сообщили, чуть ли не у ворот замка. Он сказал, что и он выполнил свою часть сделки.

После этого я направился к племяннику. Весть о болезни меня не беспокоили, так как я сам ему посоветовал сказаться больным, а вот мысль о кровати обеде и кувшине вина беспокоила очень.

За обедом я все подробно пересказал Питеру, и его ленивое благодушие сразу улетучилось с его лица.

— Ужинать мы будем втроем — и, к нам пожалует, сам милорд Брит. Я пригласил его обсудить дела.

— Хорошо — он, похоже, собирается держать слово.

Ужин нам принес и накрыл Томас. В создавшейся ситуации мы могли доверять только ему. В ожидании гостя я рассказал ему, в общих чертах о своей поездке, и это произвело на него большое впечатление.

— И что будет делать мой господин?

— Узнаю, собирается ли лорд Брит выполнить наш договор. И если да, то мы выполним свою часть этого договора. А потом будет много работы и война, возможно, очень большая. И если ты, Томас, проявишь себя хорошо, то быть тебе большим человеком у меня на службе, потому что я стану очень важным лордом…

А про себя добавил, — если мы, конечно, вообще победим и останемся в живых. Томас, конечно, обрадовался и стал заверять, что будет выполнять приказы и станет большим человеком. Едва он успокоился, как в дверь постучал Брит.

Томас впустил его и снова задвинул оба железных засова. Брит, посмотрел на это и помрачнел. Наверное, первое, что пришло ему в голову, а не засада ли это? Потом он обвел взглядом нашу компанию, меня, Питера, нашего пса и решил, что легче всего прочитать истину на лице Томаса. Он, конечно, был прав на этот счет, но вот только истины Томас не знал. Его осмотр не опроверг и не укрепил его ни в одной из его дурных мыслей, так как мы сидели спокойно, и он, наконец, спросил: