Андрей Стерхов - Тень кондотьера

– Представьте, сударыня, что это звезда. Вообразите, что вы свет этой звезды. Вы невесомы. Вам легко, спокойно и безмятежно. Все страхи, все трудности и заботы остались там, позади, в темноте…

Ну и так далее, в том же духе, как по учебнику. А едва почувствовал, что уже готова исполнить всё, что прикажу, набрал номер и сунул ей в руку мобильный:

– Повторяйте за мной.

Затем выглянул из-за киоска, убедился, что отреагировавшая на звонок Лера, поправив кокетливым движением чёлку, поднесла трубку к уху, и, не испытывая ни малейшей неловкости, стал безбожно врать-заливать. А дама, ставшая вестником, послушно повторяла за мной своим бархатистым контральто:

– Добрый день, девушка. Извините, что беспокою, но я нашла ваш номер в записной книжке Никиты. Девушка, милая моя, я вас умоляю: оставьте моего мужа в покое. Возможно, у вас к нему чувство большое, но ради наших с Никитой двух девочек… Я прошу вас. Я вас умоляю.

Выдав всё это на одной ноте, я всхлипнул. Женщина всхлипнула вслед за мной. Вышло весьма правдоподобно.

Вырвав телефон из руки брюнетки, я легко коснулся её плеча, чем и вывел из транса. Она моргнула, потрясла недоумённо головой и огляделась, мучительно вспоминая, где и по какой причине находится. Вспомнила или не вспомнила, не знаю, но пошла неверным шагом к перекрёстку у нархоза.

– Прости, прости, прости, – пробормотал я ей вслед и вновь выглянул из-за киоска.

Реакция Леры на звонок была предсказуемой. Брезгливым жестом она возвратила цветок перевёртышу, кинула ему в лицо какую-то короткую фразу и, резко развернувшись, быстро, почти бегом пошла в сторону аллеи, ведущей от памятника к Дворцу спорта. Словом, повела себя моя верная помощница так, как я и предполагал. А вот оборотень удивил. Я надеялся, что, почуяв неладное, он тут же попытается исчезнуть. Но нет, подавил инстинкт самосохранения и увязался за Лерой. И даже попытался остановить, чтобы выяснить отношения. А когда она решительно скинула его руку с плеча, просто поплёлся следом.

Ничего не оставалось, как, оставив укрытие, поспешить за ними.

Шёл я за рассорившейся сладкой парочкой как привязанный, но на приличном расстоянии и нагнал лишь на площади у Дворца спорта. Именно там выдался удобный случай незаметно отсечь Леру от её преследователя.

Надумав, как я полагаю, сесть на свою маршрутку у консерватории, девушка направилась к переходу и на зелёный вышла вместе с другими пешеходами на "зебру". Оборотень тоже собрался перейти дорогу, но я крепко прихватил его за полу кожаного пиджака:

– Молодой человек, не подскажите…

– Что такое? – обернувшись, спросил он раздражённо.

– Не подскажите, говорю, место, где спят наши сердца? А может, вы знаете, когда они вернутся домой?

В следующий миг оборотень распознал во мне дракона (гримасы, исказившей в этот миг его лицо, мне вовек не забыть), саданул с разворота в грудь локтём и, поскольку уже вспыхнул красный глаз светофора и плотный автомобильный трафик запрудил переход, рванул сквозь толпу вверх по улице, в сторону камня, установленного в честь первопроходцев. Ну, а я рванул следом. Погнал зверя.

Молодой и выносливый, он нёсся как угорелый. Ничего не скажешь, бегать этот спортивного вида парнишка умел. Но я не отставал. Если его страх подгонял, то меня – злость. Злость и подгоняла меня, и придавала уверенности, что выдержу предложенный темп, а будет нужно, дождусь второго, третьего, седьмого, какого угодно дыхания. Уже даже предвкушал, как, загнав в какую-нибудь глухую подворотню, выхвачу кольт и – в подворотне подловил гомофоба гомофил – нашпигую гадёныша заговорёнными пулями. После того, разумеется, как вызнаю, кто послал его дракону гадить. Это обязательно.

В принципе, ничего не имею против оборотней (не молотобоец, чтоб ограничивать свободный выгул), но, на мой непросвещённый взгляд, есть предел падения, есть та черта, за которой – о, да! – ты уже не просто получеловек и наполовину зверь, но изверг рода человеческого. Нет, ну в самом деле. Хочешь навредить дракону, так вреди дракону, если кишка, конечно, не тонка. Но ради достижения столь благородной цели посягать на жизнь, здоровье и благополучие беззащитной девушки не моги. Это подло, это гнусно, это… Просто слов нет, как это.

В общем, сердце бы моё не дрогнуло, и рука бы не подвела, да ушёл от меня на этот раз оборотень. Уже почти нагнал я его, уже метров восемь до него осталось, уже места пошли более-менее безлюдные, но за квартал до бульвара Гагарина, возле административного корпуса мединститута он сделал то, что никак я от него не ожидал. Он применил магию. Остановился на миг, сделал достаточно умелые пассы руками, произнёс нужное и наслал на меня облако стрекоз.

Вообще-то, перевёртыши магическое искусство не особо жалуют, обычно как-то без него обходятся. Поэтому я и удивился. А помимо того ещё и тому удивился, что он знал каким именно способом меня смутить. Не каждый высший маг знает, что дракона, а равно нагона можно на какое-то время остановить тремя приёмами: ошарашив отражённым от множества прозрачных крыл солнечным светом, оглушив усиленным треском высоковольтных проводов и. наконец, набросив покрывало из органзы. А он, сволочуга, откуда-то про всё про это знал. Ну, может, не про всё, но про стрекоз – точно.

Ну и вот.

Пока я весь такой удивлённый и ошарашенный сжигал хищных меганевр огненной дугой, оборотень вынес из седла мотоциклиста, что пропускал неспешно бредущего с тротуара на тротуар пешехода. Врезал пареньку будь здоров, тот и через ограждение, и через кустарник придорожный перелетел. Сам же гад запрыгнул в седло ловко и сходу дал по газам. Я его, правда, кончиком дуги успел по правому плечу хорошенько садануть, однако он чертяка удержался.

Выругавшись трёхэтажно, крутанулся я от ярости на месте и вспомнил к месту слова старой притчи: "Чёрный конь с околицы сразу за горизонт, а там и в облака". Так там было. И тут так. Только на этот раз чёрный незнакомец убрался всё-таки не солоно хлебавши. К тому же, не дал я ему проследить за жертвой, не дал адрес узнать. Да и подранил чуток.

Фиг ему, а не Леру, подумал я, спалив последнюю стрекозу. И пусть теперь сам боится-дрожит. В какую бы глухую норку не спрятался, всё равно на божий свет вытащу. Я буду не я.

Глава 5

Есть в нашем городе один удивительный дворик по улице Чехова, где линии Силы сплетаются в столь причудливо-замысловатый узел, что здесь никто никому не может навредить ни с помощью волшебства какой-либо природы, ни с помощью грубой физической силы. Именно в этом месте и открыл питейное заведение через три лета после лета Большого пожара чародей неясной масти Руслан Непейвода по прозвищу Жонглер. Заведение своё он так и назвал – "У Жонглера". Нескромно, но в лучших традициях.