Мэгги Фьюри - Пламенеющий Меч

— Великая королева! Великая королева! Пожалуйста… Эта мольба, которую оборвали выкрики гвардейца, отвлекла Черную Птицу от размышлений о государственных делах. Королева заложила крутой вираж, чтобы взглянуть на причину беспокойства, и с изумлением увидела на ближайшем балконе девочку с коричневыми крыльями, которая, пытаясь вырваться из рук гвардейца, отбивалась и выкрикивала вовсе не детские ругательства. Черная Птица невольно улыбнулась, вспомнив собственное бурное детство. Постаравшись придать своему лицу царственное выражение, она подлетела к балкону, чтобы допросить маленькую нарушительницу спокойствия.

— Пусти меня, ты, грязный стервятник, пожиратель падали! Пусти, тебе говорят… — Девочка заорала от боли и злости: гвардеец снова влепил ей затрещину.

— О боги, где ты нахваталась таких выражений? — Черная Птица сочла за благо вмешаться, пока не поздно.

Девочка, не заметившая, что королева уже рядом, резко обернулась и от изумления раскрыла рот.

— Великая королева! — пискнула она и сделала очередную отчаянную попытку вырваться, чтобы сложить крылья в знак повиновения.

Черная Птица подавила желание ласково погладить девочку по волосам и суровым тоном сказала:

— Что это значит? Как ты посмела вторгнуться во дворец?

— Я уже один раз ее ловил. Великая королева, — вмешался гвардеец. — Маленькая негодница пыталась прошмыгнуть в Тронный зал! Несла какой-то вздор, что у нее якобы какое-то неотложное дело к тебе. Я прогнал ее, но она появилась снова…

— Успокойся! — сказала ему королева. — Разве тиран еще правит нами и позволено обижать детей? Отпусти девочку, ради Иинзы. Может быть, у нее действительно важное сообщение… — Она повернулась к девчонке. — Скажи-ка, малышка, как тебя зовут и какое у тебя ко мне дело?

Та высвободилась из рук хмурого гвардейца, поправила тунику и сложила крылья перед властительницей.

— Благодарю тебя, о Великая королева, — пропищала она. — С твоего позволения, звать меня Линнет и у меня правда есть сообщение для тебя, важное сообщение, от большой кошки Хризы.

— Так это ты та смелая девочка, что спасла ее? — спросила Черная Птица. В свое время она с изумлением услышала, что одна из Крылатого Народа, причем маленькая девочка, может при помощи мысленной речи общаться с пантерами. Тогда ей захотелось самой вникнуть в это дело, но… Нет, все-таки надо на время отложить другие заботы. Тем более девочка сама нашла королеву.

— Ну что же, говори, я слушаю. Линнет покосилась на гвардейца.

— Она просила передать тебе лично. Королева рассмеялась.

— Так милости прошу в мои покои. Заодно посмотрим, не найдется ли там чем угостить такую важную посланницу.

— Так что же она сказала?

Линнет вздрогнула, увидев, как насторожилась королева. От этой черной кошки, будь она неладна, одни неприятности. Неужели ее с позором выдворят из этих чудесных комнат? «Я же говорила Хризе, что это — сумасшедшая затея», — с грустью подумала девочка и торопливо откусила огромный кусок сладкого пирога. Он был очень вкусный, а при таком обороте дела ее вот-вот могли выгнать.

Пока королева хлопала девочку по спине и давала ей воды, та уже забыла, о чем ее спрашивали.

Королева повторила вопрос:

— Ну же, Линнет, что просила мне передать Хриза?

— Просила передать, что у нее.., настоятельная просьба, вот. — Девочка сосредоточенно пыталась вспомнить слова Хризы точь-в-точь. — Она просила тебя подождать, пока улетят остальные — маги и пантеры, а потом дать ей носильщиков, чтобы те отвезли ее в родные края.

— Но почему, во имя Иинзы? — Королева нахмурилась. Она даже забыла, что говорит с ребенком. — Ведь Шиа говорила, что она и ее друзья — изгнанники и не могут вернуться в свою страну под страхом смерти…

— Вот почему эта просьба тайная, — сообщила Линнет. — Если ее друзья узнают, они не отпустят Хризу. А она говорит, что у них плохая королева.., совсем не то, что ты, — поспешно добавила девочка, — так что если с ней не управиться, у Ориэллы в тылу всегда будет лишний враг — так она говорит. Хриза придумала одну штуку, это просто прелесть, — и если она успеет вернуться вовремя…

— Постой, постой… — Королева жестом велела девочке замолчать. — Вот что, Линнет, ты лучше отведи меня сейчас к Хризе, и я сама с ней поговорю, а ты будешь переводить. О боги, что скажут маги, если узнают об этом…

У Линнет словно гора с плеч свалилась. Забыв от радости о высоком положении собеседницы, она бросилась к Черной Птице и схватила ее за руку.

— Пойдем скорее! — воскликнула она. — Я сама не все понимаю, но ты поймешь. А Хриза очень умная, и если она что-то придумала, то это наверняка хорошо…

Черная Птица вздохнула и посмотрела в потолок. «Будем надеяться, что так оно и есть, — подумала она, — а не то Ориэлла и Шиа мне оторвут голову».

Глава 6. НАЧАЛО БУРИ

Большая часть пути осталась позади, и радостное волнение ксандимцев возрастало по мере приближения к родной земле. Они поднимались все выше и выше и с нетерпением ждали того дня, когда с высоты крыши мира увидят свою Священную гору.

В ту ночь у костра царило веселое оживление, а по мере того, как бутыль переходила по кругу, оно усиливалось. Искальда незаметно выбралась из толпы: после долгого изгнания большое количество людей утомляло ее, и сейчас ей хотелось побыть одной. Никем не замеченная, она прокралась мимо часовых туда, где царила темнота и почти не слышен был гул голосов.

На темном небе сияли крупные и яркие звезды. Искальда распустила свои роскошные волосы и сняла плащ, подставив горячие руки прохладному горному ветерку. Как приятно все-таки вновь наслаждаться человеческим существованием! Искальда так долго оставалась лошадью, что уже забыла, как приятно волнует тело шелковая одежда, а шерстяная — согревает, как вкусна человеческая еда; как радостны дружеские объятия и сладостны беседы. За время путешествия она как бы узнавала все заново, словно в начале жизни. Ей казалось, что она опять стала ребенком.

— Разве тебе не холодно?

Искальда вздрогнула, услышав у себя за спиной этот тихий голос. Обернувшись, она увидела Язура, но больше всего ее поразило, что он обратился к ней на ее родном языке. Поглощенная своими переживаниями, она забыла, что Чайм с помощью заклинания сделал так, чтобы ксандимцы и чужестранцы понимали друг друга. Вскрикнув от неожиданности, она отступила на шаг и инстинктивно набросила плащ на плечи.

Молодой воин склонил голову, словно прося извинения.

— Я не хотел потревожить тебя.

— Неужели? — тихо спросила она. — Ты подкрался неслышно, словно Черный призрак в горах, и вдруг заговорил, да еще в темноте. Чего же ты ожидал?