Савелий Свиридов - Неочевидные истины

— Он бы тогда и заходить не стал. А вдруг выход здесь вообще не предусмотрен?

— Но тогда каким образом…?

— Через другой конец туннеля. Принцип, вовсю используемый животными-землекопами: всегда полезно иметь путь к отступлению. Ладно, продолжить гадать на кофейной гуще мы можем и на обратном пути.

Выбравшись на центральную аллею, они встретили Куашо, весело насвистывавшего себе под нос популярный мотив. Направление движения и форма одежды явно указывали на огромное желание в самом ближайшем будущем окунуться в прибрежные воды.

— Привет! На турнире был?

— С него и иду. А вы почему отсутствовали?

— Местность изучали… здесь неподалёку. Точнее, проверяли в полевых условиях стабильность действия одного хитроумного заклятия.

— Понятно, — лукаво прищурился индиец, расплываясь в улыбке — знаем, мол, чем иногда занимаются двое парней, уединяясь от остального мира. — Жаль, классное побоище получилось!

— И кто же победитель?

— Жанночка, естественно! Эх, какая женщина! — от умиления Куашо закатил глаза. — Даже не сержусь на неё за проигрыш!

— Но ты ж вроде и не собирался участвовать?

— Продул полсотни баксов, поставив на Исикэ. Вдруг победила бы? Тогда б обогатился аж на пару сотен!

— Не переживай, ещё отыграешь своё. Мы в тебя верим!

С тем и разошлись. Убедившись в отсутствии поблизости других любителей пляжного отдыха, Тим предложил завтрашним же днём повнимательнее осмотреть прилегающие к загадочной скале окрестности — вдруг повезёт разыскать проход.

— Согласен. Но с условием: если найдём, внутрь не лезем, собираем команду. Хватит самодеятельности, братва тоже имеет право знать, чем тут некоторые подозрительные личности занимаются.

Глава 10

Вроде все приготовления позади, и осталось немного времени передохнуть от суеты.

21:00 тридцать первого декабря две тысячи сорок второго.

Через три часа Новый Год.

Третий раз отмечать его наступление суждено здесь, в Штарндале. Уже слегка притупилась острота чувств при виде заснеженной поляны и нарядно украшенной ёлочки посреди зеленеющего леса. Наверняка распорядители торжества постараются сделать праздник незабываемым, и декорации шоу будут на должной высоте, ничем не уступая зрелищам былых лет, но в остальном… торжественная речь Архимага, лёгкий перекусон и проводы старого года, обильное застолье после боя курантов с непременными тостами за удачу в колдовских делах и благополучие всех присутствующих, потом показ самодеятельности, непринуждённое общение, музыка и танцы, а ближе к утру — трогательные прощания с уверениями в глубоком уважении друг к другу и обязательствами всенепременно увидеться вновь.

И всё же именно в новогоднюю ночь, несмотря на освящённый многолетними традициями распорядок, не покидает ощущение чуда, которое вот-вот должно произойти. Перевернёт ли собой всю оставшуюся жизнь или просто оставит приятные воспоминания — не столь важно, главное — пусть будет. Даже прославленные чародеи, могущие собственноручно творить чудеса, и те частенько грешат верой в новогоднюю сказку.

Надолго расслабиться, однако, не удалось — смачный шлепок снежного кома, угодивший прямиком в оконное стекло, моментально вывел из мечтательного состояния. Приоткрыв раму, Эрик высунулся наружу — никого, снежкометатель успел убраться из зоны видимости. Либо пошутить решил кто-то, либо проверяют, дома ли он. В любом случае вернуться в состояние созерцательности уже не получится.

Вздохнув, Эрик в очередной раз осмотрел свой праздничный прикид, парочкой нехитрых иллюзий украшенный радужными бликами. Можно в принципе ещё Расплывчатости добавить для усиления эффекта. Или Опалесценции, придающей одежде бархатистую переливчатость, особенно заметную при неярком освещении. Пожалуй, второй вариант предпочтительнее — и модно, и чересчур не эпатирует.

Вопреки ожиданиям, первым, кто выдернет его из скорлупки уединения, оказался вовсе не Гека. И даже не Рут, обещавшая заскочить пораньше, но, похоже, вновь взятая в оборот обсуждением нарядов.

— Привет! — с вызовом заявила Таисия, заваливаясь внутрь. Нежно-сиреневая туника, облегавшая её тело, слегка распахнулась спереди, словно призывая заглянуть внутрь. Судя по блестящим глазам и специфическому запаху изо рта, кое для кого Новый Год уже наступил.

— Почтишь своим присутствием наше скромное собрание, или опять друзей побоку?

— Глупости не говори.

— А чё? Разве неправа? Совсем от коллектива отбился, где и с кем тусуешься, непонятно. Может, уже и на другую сторону переметнуться успел?

— Виноват, в следующем году обязательно исправлюсь! — потупив голову, изобразил раскаяние Эрик. Сработало.

— То-то же. На сей раз прощаю. Но с условием, — Таисия придвинулась ближе, обдавая жарким дыханием, — когда начнутся танцы, первой пригласишь меня.

— Хм. Боюсь, потом не избежать объяснений.

— А ты не бойся. Мужик или где? Ладно. Так и быть, возьму Рутку на себя.

— Каким образом?

— Увидишь. Если придёшь, конечно, — и, перейдя на полушёпот, — попробуй только откажись, в поросёнка превращу. Чао! — расхохотавшись, Таисия вильнула бёдрами и удалилась, громко хлопнув дверью на прощание.

Придётся поторопиться, а то ведь с неё станет зарулить по второму разу. Некоторым индивидуумам алкоголь, увы, категорически противопоказан — на трезвую голову Таська вполне адекватна, а выпьет — либо приставать начнёт, либо нравоучения читать. А иногда и то и другое одновременно.

Как оказалось, мог бы и не спешить — праздничные огни ещё не зажигались, и немногочисленные гости кучковались в основном вокруг двух относительно молодых магов, представлявших собой колоритную парочку — один на две головы выше другого. Те увлечённо повествовали о недавнем посещении заброшенной военной базы нацистов, располагавшейся на небольшом островке Северного моря. Каком именно, осталось неизвестным — разговор начался без него, а уточнять Эрик не стал.

— Вход туда лишь по воде, причём через едва приметную расщелину, поэтому за сотню лет её так никто и не обнаружил. А целенаправленно не искали — свидетелей либо не осталось вовсе, либо они предпочли молчать всю оставшуюся жизнь. И никаких документов, где раскрывалось бы местонахождение базы и её предназначение — похоже, их уничтожили незадолго до конца войны. Совершенно случайно повезло герру Кольшицу, архивариусу из Фербурга — перебирая пожелтевшие от времени папки трудов Немецкого Географического Общества первой половины двадцатого века, он обнаружил черновик инспекционного отчёта некоего Фридриха Мюльге, сотрудника института Технологий Процветания. Мирное и даже весьма оптимистичное название данного учреждения, однако, могло ввести в заблуждение лишь несведущих — занимались там в первую очередь разработками, могущими коренным образом изменить положение на фронте.