Михаил Бабкин - Слимпериада. Трилогия

– А как вы ухитрились это сделать? – с жадным любопытством спросил Настройщик. – Как? Если вы смогли пробраться в совершенно закрытый Мир, то, возможно, и я смогу отсюда выскользнуть через вашу лазейку! Хотя бы на день – к людям, куда угодно, хоть в Исправительный Мир, я согласен! Впрочем, о чём я говорю, – с горечью произнёс Настройщик. – Проклятое волшебство никуда меня отсюда не отпустит…

– В Комплексный Мир меня когда-то забросила пентаграмма двутелов, – пояснил Семён. – Как, почему – не знаю… Забросила и всё тут! А Мар на всякий случай адресную метку на морском берегу оставил, по ней мы и вернулись вчера. Я насчёт разбегания Миров хотел с тобой потол…

– Погоди, – нетерпеливо перебил Семёна Настройщик. – Какие двутелы, какая пентаграмма? Двутелы – это чужие, да? Я хоть и ограничен в перемещениях, но доступ к линиям связи у меня есть, и не только к линиям… Впрочем, не важно! Расскажи-ка подробнее, что к чему!

Семён откашлялся и начал рассказывать – коротко, по существу, одни лишь факты и ключевые моменты. Если Олии и Хайку он преподнёс историю своего прибытия в Истинные Миры и путешествие в Икс-Мир как приключенческий роман, то Настройщику был представлен официальный отчёт, без лишних подробностей. Да и не нужны были сейчас те подробности, только отвлекли бы от сути дела!

Настройщик слушал внимательно, изредка кивая чему-то своему, словно подтверждая для себя услышанное; когда Семён обмолвился о своей последней встрече с Кардиналом, о том, что Кардинал собирался нанести удар по чужим, стоит им хоть немного ослабнуть в междоусобной войне, как Настройщик резко остановил Семёна.

– Достаточно! Мне всё ясно. Этот ваш Кардинал…

– Император, – поправил Настройщика бесцеремонный Мар. – Новый.

– Ну, Император, – отмахнулся Настройщик, – тем более! Ты, Симеон, говорил, что он в своё время экспериментировал с магией и даже с комплексным волшебством в частности, да? То есть опыт по манипуляциям с заклинаниями у него имеется. И книга первичных заклинаний нынче лежит в имперском спецхранилище, или где она там ещё лежит… уж кто-кто, а Император наверняка может ею воспользоваться! И его слова об ударе по чужим… недавнее полное исчезновение двутелов… Всё сходится.

– То есть? – Семён ждал ответа, хотя ему уже всё было ясно.

– Буквально в тот день, когда исчезли двутелы и Миры стронулись со своих мест, – медленно и веско сказал Настройщик, – кто-то в центре Империи, в Мире Перекрёстка, применил невероятно мощное самодельное колдовство, составленное из фрагментов несовместимо-разных первичных заклинаний… довольно толково составленное! Но магия та, как и любая самоделка, была до крайности сырая, толком не продуманная и потому непредсказуемая по своим последствиям. Последствия, к сожалению, долго ждать себя не заставили…

– Ты уверен, что в Мире Перекрёстка? – мрачно спросил Семён. – Точно?

– Я же Настройщик, – развёл руками вечно юный собеседник. – Я знаю.

– Кардинал-Император хренов! – с ненавистью сказал Мар. – Гад слимперский. Жаль, что я его в своё время первичным заклинанием «На лихого дядю» не до конца прихлопнул. Эх, а какая возможность была, какая возможность! Дурак я круглый после этого и всё тут…

– Что делать будем? – Семён посмотрел в глаза Настройщику. – Есть ли какие варианты по отмене того заклинания?

– В принципе есть, – Настройщик потёр лоб, нахмурился. – Помнится, в руководстве по работе с первичными заклинаниями что-то говорилось об отмене произведённого действия, что-то элементарное… давно читал, уже подзабыл. Надо память освежить, – он встал из кресла и пошёл по берегу.

За трубкой и кисетом.

Глава 10

Самодельная Ловушка Из Медных Прутьев

Настройщик вернулся, уселся в кресло, набил трубочку дурман-травой и, прикурив от пущенной из пальца искры, погрузился в раздумья. Но размышлял и курил он недолго – почти сразу вынул трубочку изо рта, недоумённо оглядел её, сплюнул с отвращением:

– Дрянь какая! Отсырела, что ли? – порылся в кисете и, достав пригоршню зелья, обнюхал его, даже лизнул. – Нет, вроде бы всё в порядке… Странно. Не хочется вовсе. – Настройщик выбил трубку о подлокотник и спрятал её в карман. – Вчера перестарался, наверное… Ладно, обойдёмся, – вечный юноша потёр виски, припоминая. – Отмена первичного заклинания, м-м… простенькое, да-да, но что именно? – Настройщик глубоко задумался, прикрыв глаза.

Семён встал потихоньку из кресла, сделал знак Олии и Хайку – мол, пошли отсюда, – те намёк поняли и без шума последовали за Семёном: отойдя по берегу озерца подальше от затихшего Настройщика, Семён остановился.

– Не хочу мешать, – вполголоса пояснил он друзьям. – А то чихнёт кто или закашляется и всё, плакал наш рецепт отмены заклинания… С травкой-то он, может, быстрее вспомнил бы и наверняка, но раз она испортилась…

– Ни хрена с той дурман-травой не случилось, – уверенно заявил Мар, – чего с ней станется! Это сам Настройщик испортился… то есть вылечился от привычки к траве: стакан, вот в чём всё дело! Опасная, должен тебе сказать, Семён, вещица – эта посудина имени глупого принца, страсть насколько опасная…

– Чем же? – заинтересовался Семён.

– Ну ты сам подумай, – несколько раздражённо ответил медальон. – Ежели ваш дурацкий стакан настолько капитально человека лечит, что тот после нескольких глотков напрочь от дурман-травы отказывается, тогда, стало быть, посудина кого угодно и от других не менее вредных привычек отвадить сможет! Типа от горького пьянства или от иных травок-заварок… от порошков счастья, в конце концов, которые немалых денег стоят.

– И что? – не понял Семён. – Это же здорово! Долой массовое пьянство и наркоманию, даёшь здоровый образ жизни: физкультуру всякую, плавание там или горнолыжный спорт какой…

– Если синдикат торговли порошками счастья узнает об этом стакане, они тебе башку враз снесут, – угрюмо сказал Мар. – Горной лыжей, ага… Я бы на твоём месте выбросил бы стакан и забыл о его существовании! Оно для твоего личного здоровья куда как полезней было бы.

– Да откуда ж синдикат узнает, – рассмеялся Семён. – Я, что ли, им скажу? Или ты?

– Всяко бывает, – флегматично ответил медальон. – Вылечишь, к примеру, одного-другого – ты ж не удержишься, с тебя станется! – и готово, поползли слухи… А синдикат, Семён, это пострашнее любого Кардинала-Императора будет!

– Во всяком случае, не страшнее конца света, – резонно заметил Семён. – Всё, хватит на тему здравоохранения! Итак, Олия… – и лишь сейчас он заметил, что друзей рядом нету: пока Семён беседовал с медальоном, Олия превратила свою одежду в закрытый купальник и теперь плескалась в озерце; Хайк, сбросив куртку и закатав штанины, тоже забрался в воду по горло – всё же было очень жарко, пустыня, как-никак.