Марина Добрынина - Весеннее обострение

Вот! Вот, это снова проявляется тот проклятый синдром! Внешность мне этого незваного тоже очень нравится!

Он опускается в кресло напротив.

— Теперь Вам лучше? — спрашивает он, отводя ладони в стороны.

— Вы — маг-жестовик? — Тут же интересуюсь я.

Кир снова смеется.

— Нет, увы. Отцу со мной сильно не повезло. Я вообще не маг. Если и могу что-то, то только с помощью сильных амулетов, ну, и заклинания вижу. Я просто… Просто один из офицеров в его армии.

— А кто Ваш отец?

— А Вы — Иоханна?

— А какая разница?

— В принципе, никакой. Просто меня просили узнать, как там принцесса Иоханна. Если Вы — не она, я уйду.

Куда это он собрался? А я тут опять одна плакать буду? Ну уж нет.

— Да, я Иоханна Зулкибарская, и я прошу Вас ответить, почему нас похитили! — заявляю я, приняв подобающий вид — то есть выпрямив спину и задрав нос.

— Вы нужны моему отцу.

— Кто Ваш отец? Я уже спрашивала об этом, а Вы не ответили.

Он поднимает руку и проводит ею по собственной темно-русой шевелюре, вроде как затрудняется ответить, и не знает, как отказать.

— Боюсь, — говорит, — его имя Вам вряд ли что скажет.

— А Вы уж постарайтесь.

— Его зовут Кардагол Шактигул.

Ага, мне стало намного легче!

— Раньше его называли Повелителем времени, — поясняет Кир и снова улыбается. Ласково так… зараза!

— Что это значит?

— Это… Простите, Ханна. Я понял, что с Вами все в порядке. Небольшой нервный срыв вполне объясним. До свидания.

Кир как-то очень легко, неестественно пластично поднимается с кресла, посылает мне воздушный поцелуй и проходит сквозь стену.

Э… Что это было вообще?

И солнце, кажется, светит иначе. И я… я чувствую себя каким-то возмутительно молодым и таким… томным! Ах, Селина. Волшебное имя. А я всегда любил смотреть на луну. И петрушку тоже любил. Моя любимая травка — петрушка. Она так оттеняет вкус. Вкус жизни.

О, свет моих очей,

За что ты мне так светишь?

Возьми меня… Меня…

Что же там дальше-то должно быть? А! Неважно!

Иоханна вечно смеется над моими стихами. Глупая девчонка, она не понимает…

А где моя дочь, кстати? Где Иоханна? Пусть она мне расскажет, где и как откопала это чудесное существо, Селину? Может, она мне как-то посодействует? Стоп. А я с ума не схожу? Я всерьез хотел просить своего ребенка свести меня с фрейлиной ее матери? Я не понимаю. Что со мной творится?

Где Ханна, в самом деле? Где она?! Пусть не свести, но информацию-то она может мне дать? Где моя дочь?!

— Ваше величество!

— Что?!

— Ханна пропала!

Стоп. Саффа. Она, вообще, о чем?

— В каком смысле — пропала? Опять?

— Мы с Лином видели, как ее и Дусю что-то затащило в пруд. Это очень странное колдовство. Мы не смогли его идентифицировать. Лин запретил мне вмешиваться, потому что это могло быть опасно.

— Подожди, не части! Где Мерлин?

— Младший?

— Да!

— Пошел искать отца.

— Вальдор, где Лин?!

О, Терин, легок на помине. Глаза горят, а руки трясутся.

— Тебя ищет! — не подумав толком, отвечаю я.

— Где именно?

— А я откуда знаю?

— Так я…

— Стой!

Я хватаю Терина за рукав.

— Иоханна пропала. И Дульсинея.

— Я знаю. Мне нужен Лин.

Эрраде нервно выдергивает руку из моей ладони.

— Я спешу! — рычит он.

— Погоди! — настаиваю я, — ты обязан объяснить мне, что случилось. Там моя дочь.

— И моя жена!

— Бывшая!

— Пока нет.

— Терин!

Князь делает глубокий вдох но, видимо, поняв, что так просто от меня не отвяжется, поясняет:

— Ханну и Дульсинею забрали в Нижний мир. Меня шантажируют.

— Но Ханна здесь причем?!

— Я не знаю! — нервно выкрикивает он.

— Что они от тебя требуют?

— Я должен провести ритуал. Я должен выпустить Повелителя времени.

— А это кто?

— Вальдор, мне некогда объяснять! Саффа, найди Мерлина. Найди и притащи его в Эрраде. Хоть мертвого. Он мне нужен. Скажи, что его внучка в опасности. Объясни про Повелителя времени. Быстро!

Саффа кивает и исчезает. Так, что-то странное. Не понимаю. Что творится?!

— Терин! Что я могу сделать?

Князь смотрит на меня и морщится.

— Ничего, — тихо проговаривает он, — на этот раз — ничего. Я сам.

Тут же рядом с ним появляется и Лин. Эрраде-младший тоже выглядит взволнованным и даже испуганным.

— Папа! Что-то утащило маму и Ханну.

— Повелитель Порталов у тебя?

— Конечно.

— Тогда домой.

Я и слова молвить не успеваю, как оба представителя семейства Эрраде испаряются прямо у меня на глазах. Что это было?

Вот то, что отец здесь, это хорошо. А где Саффа? Саффа где, стесняюсь я спросить? Она же пошла к Вальдору с докладом. Ладно, потом разберусь, куда она подевалась. Сейчас есть дела поважнее — «порадовать» присутствующих новостями. Вальдор (что странно) вообще никак не среагировал, а родитель мой (что не странно) удивления или беспокойства не выказал, только сухо спросил:

— Повелитель Порталов у тебя?

— Конечно.

Кажется, он уже обо всем знает и, наверно, знает больше, чем я.

— Тогда домой.

Не дожидаясь пока я раскачаюсь, он перенес нас обоих в Эрраде. А там Саффа и совершенно трезвый дед.

— Что доигрался, экспериментатор хренов? — набросился он на отца. — Я так и знал! Так и знал, что этим кончится! Себя не жалел, так хоть бы девочку мою поберег, внученьку единственную!

— Прекратите сиротинушку из себя строить, — огрызнулся отец.

— Да я тебя…

— Потом будете отношения выяснять, сейчас не до этого, — нагло вмешалась Саффа. — Надо думать, как Дусю с Ханной из Нижнего мира вытаскивать. Вы не хуже меня знаете, насколько опасен Повелитель времени.

— Я не знаю, — проинформировал я.

— Молод еще, успеешь узнать, — отмахнулся дед и опять набросился на отца, — ты, когда клыкастых из Нижнего мира через портал вытаскивал, чем думал?

— Не Ваше дело! — процедил отец. Кажется, вопрос ему чем-то очень не понравился.

— Понятно, не головой ты думал! Довыпендривался? Спровоцировал Кардагола! — дед сокрушенно покачал головой и признался, — я-то думал, что сгинул он там, внизу, давно уже, а оказывается вот оно как. Если он мне внучку убьет, я тебя собственноручно удавлю! Не посмотрю, что ты отец моего внука!

— Он ее не тронет.

Кажется, отец слегка побледнел, но как всегда держался ровно, без эмоций.

— Я бы на твоем месте не был в этом так уверен! Кардагола, между прочим, предок наш, Мерлин Первый, в Нижний мир упек и мне неведомо, насколько велика жажда мести у этого мага. Может быть, ему в радость будет Дуську убить каким-нибудь зверским способом.